– А какой диагноз вы ей ставили?
– Не тратьте моё время повторами: насчёт Зосимовой меня уже спрашивали два года назад. Ответы не изменились – почитайте отчёты, – недовольно стряхнул пепел врач.
– Спрашиваю, какой диагноз вы ставили Валентине Ивановой?
– О, чем она вас так заинтересовала? – невозмутимо уточнил тот.
– И всё-таки? – нетерпеливо пристукнул пальцем по столу Константин.
– Психастения, – небрежно пожал Дмитрий плечами.
– Простите? – не понял следователь.
– Повышенная мнительность, тревожность. Как уже сказал, она постоянно думает, что окружающие её не понимают, приписывает им различные мысли… Поэтому наша с ней задача – изменить её образ мышления так, чтобы она не боялась жить, быть среди людей, доверять им, принимать себя такой, какая она есть.
– Сколько времени она к вам ходит?
– Около трёх лет.
– И за это время ей не удалось помочь? – уточнил Костя.
– Ну что же вы! – не удержавшись, всплеснула руками Кузина. – Это ведь лечение, оно требует времени!
– Спасибо, милая девушка! – ещё более пристально посмотрев на неё, отчего она зарделась, сказал врач. – Действительно, разное лечение требует разного количества времени. Чтобы нарастить, так сказать, защищающую шкуру, некоторым людям требуются годы тренировок и изменений, – мягко, по-отечески, добавил он.
«Да, а ещё это очень выгодно для тебя самого», – промолчал Костя.
– Тем более, что после гибели её подруги Валентине ещё более оказалась нужна эмоциональная поддержка, – подчеркнул Дмитрий.
– Хорошо, – махнул рукой следователь. – Расскажите теперь, что вы знаете об Иване Бердникове?
– О ком? – сигара, неудачно ударившись о край пепельницы, осыпала пепел на стол.
– Иван Бердников, – пристально глядя на врача, повторил Константин.
Зверев помолчал, делая глубокую затяжку.
– Не припоминаю таких имён.
– Уверены?
– Константин Михайлович, ну что же вы? – удивилась Светлана. – Вы же слышите: Дмитрий Никифорович не знает такого имени.
Зверев усмехнулся и повторил:
– Пока не припоминаю. А почему вы спрашиваете?
– Вообще вы могли бы и вспомнить, – медленно продолжил Костя. – Два года назад этот юноша был молодым человеком известной вам Катерины Зосимовой.
– А, да? Так, так… – задумался врач. – Пожалуй, да. Что-то подобное теперь мелькает в памяти… Иван Бер… Как вы сказали?
– Бердников, – терпеливо повторил Петров.
– Кажется, действительно, следователь, который тогда приходил, пару раз называл это имя.
– И это всё, что вы можете о нём сказать?
– Что же ещё? – удивился врач. – Я обычно запоминаю только своих клиентов – мне ведь с ними работать.
– Одну секунду, – отвлёкся Константин от разговора, чтобы ответить на нервно зазвеневший сотовый. Через минуту, что-то выслушав и сказав в трубку «Понятно», он поднялся. – Мне бы хотелось задать ещё несколько вопросов, но уже необходимо идти. Но если вы вспомните что-то важное – обязательно позвоните.
– Как идти? Куда? – всполошилась от неожиданности Света.
– Действительно, куда? – пристально посмотрел на неё Зверев. – Ведь вы ещё не допили кофе.
Она зарделась и схватила кружку.
Костя нахмурился, но вдруг неплохая мысль пришла к нему в голову.
– Хорошо. Светлана, остаёшься за старшую: постарайся, пока у Дмитрия Никифоровича ещё есть немного времени, выяснить дополнительную информацию – это твоё задание. А также запиши контакты Ивановой. Потом приедешь, доложишь.
Девушка радостно кивнула, проводив взглядом следователя до двери, а затем вновь вернулась к мягкому пристальному взгляду интересного врача.
– Хотите ещё кофе? – ласково спросил он.
– Ну…
– С пирожными. Подождите секунду, сейчас принесут, – Дмитрий на минуту вышел к секретарю, чтобы уточнить, через сколько должен быть следующий клиент, а также распорядиться, чтобы в кабинет пока никого не впускали.
Анастасия принесла поднос с угощениями, и Света ощутила, как от горячего кофе по телу начало расползаться тепло, а от взгляда врача становилось всё горячее.
– Ну-с, что бы вы хотели узнать, милая леди? Хотя, конечно, это нечестно: ведь мне бы самому хотелось узнать вас получше, – уточнил он, глядя на неё немного странно. Но не успела она быстро прожевать, чтобы ответить, как он уже поставил перед ней маленькие настольные часики. Очень изящные, с весьма необычной декоративной, но неподвижной секундной стрелкой.
– Какая прелесть! – воскликнула девушка и дёрнула рукой, чтобы посмотреть, но сразу замерла – вдруг их нельзя трогать. Но психоаналитик благосклонно улыбнулся:
– Пожалуйста, смотрите. Не каждый же день можно увидеть подобное чудо. Видите, есть даже маятник. Только кукушки пока нет, чтобы куковала – говорила, что мне нужно, – заиграли в его глазах весёлые огоньки.
Света оценила шутку и тоже засмеялась.
Но взгляд врача вдруг погрустнел.
– На самом деле даже в них есть проблема.
– Какая? – девушка уже совсем и забыла, что ей нужно было бы самой задавать вопросы: так интересно было смотреть в глубокие и мягкие, но пронзительные глаза Дмитрия.
– Кажется, маятник не успевает за секундами. Поможете?
– А как? Я ведь не часовой мастер… – смутилась девушка.
– Да вы не волнуйтесь, расслабьтесь. Тут главное – просто посчитать, сколько в минуту ударов делает маятник. Давайте так: я буду смотреть на свои наручные часы, а вы считайте вслух удары маятника. Так мы и разберёмся, сколько их в минуту получается. Идёт? – широко улыбнулся белозубой улыбкой Зверев.
– Да вы интересный мужчина! – не удержалась Света, довольная тем, что может помочь такому успешному человеку.
– Тогда держите! – пристально глядя в глаза, Дмитрий Никифорович протянул ей часики и, улыбаясь, тихо добавил, – И при слове «шестьдесят» засыпайте.
– Что вы сказали? – не расслышала Света.
– Да так, профессиональная привычка. Вас когда-нибудь погружали в гипноз?
– Ой, нет! Но это так интересно! Может быть, когда-нибудь…
– Да-да, конечно. Но давайте закончим с часами, – кивнул Зверев.
– С удовольствием, – осмелела Светлана и посмотрела ему в глаза.
Через пару часов, наевшись пирожных и задав несколько вопросов по делу Бердникова, Светлана в сопровождении Дмитрия Никифоровича направилась к выходу. Однако получить контакты Валентины ей так и не удалось: Анастасия долго пыталась найти карточку, но сама же успела унести её в общую картотеку, очевидно, перепутав разделы, потому что не смогла пока её отыскать.
– Молодой сотрудник, – отечески пожал плечами Зверев, показывая Свете, что не стоит обижаться на девушку. – Но вы можете зайти позже, чтобы не ждать сейчас. Например, послезавтра – карточку к тому времени Настя уже точно отыщет, ведь Иванова снова должна подойти на приём. Да и у меня в тот день, кажется, больше свободного времени, – как бы невзначай кинул Дмитрий, смахнув несуществующую пылинку с плеча Светы. Та кивнула и, скрывая радость, гордо двинулась в сторону выхода из клиники.
Сеанс 2
Если подводит память, не откроется даже файл
Мужские руки терпеливо переворачивали одну страницу за другой, одну за другой в поисках какой-то информации.
Досье № 2. Иванова Валентина Осиповна. 32 года. Образование: технолог хлебопекарного производства. Безработная. Разведена. Ярко выражены мнительность, рассеянность. Дочь: Мария Сергеевна (10 лет).
Для Константина новый день прошёл быстро и весьма незаметно, так что подсчитывать результаты ему пришлось, только когда он улёгся спать.
«Итак, – подумал он, засыпая, – что мы имеем?..». А день был действительно насыщенным. Для начала удалось получить результаты экспертизы. Они не то, чтобы порадовали Петрова, но дали новый толчок для следствия. Ведь как можно радоваться при выяснении, что человеку, оказывается, помогли покинуть бренный мир? Ссадина на голове погибшего была хоть и основательной, но несерьёзной, и не могла привести к потере сознания – повреждена была, по большей части, только кожа, как от колючих веток. Борозды в траве, как и говорил Макс, действительно не имели никакого значения: эксперты объявили, что эти полосы на земле не могли быть сделаны ногами Бердникова. А вот в крови его обнаружилась большая доза снотворного – очевидно, бедняга уснул и оказался в воде, где и захлебнулся.
– Вот именно! – воскликнул начальник, услышав предварительный отчёт, и ударил кулаком по столу. – Именно так! Уснул и оказался в воде! А ты мне тут расписываешь – убийство, убийство…
– Но такие совпадения! Почему он принял снотворное, находясь возле прудов? Может быть, ему помогли? Ведь надо же ещё узнать, с кем он там мог быть…
– Так работай, работай, Костя! Выясняй всё, что надо! А то, пока ты тут придумываешь, у меня статистика катится к чёртовой матери! Пять нераскрытых дел за последнее время! Где это видано?! И почему этому Бердникову пришло в голову вернуться сюда? Жил бы в своей Болгарии, как сыр бы в масле там катался!..
