Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Аккурат все, как было. Готова хоть сей минуту под присягу! – отвечала Егоровна.
– Скажите, пожалуйста, знает ли кто-нибудь о том, что с вами случилось, а также о том, что вы обратились ко мне? – спросил я.
– Ни единая душа, кроме сына. Да и тот до поры до времени приказал мне строго держать язык за зубами.
– Прекрасно, и придерживайтесь этого, никому ни одного слова, иначе вы можете испортить все дело. Вам не известны, конечно, имена монахини и гробовщика?
– Нет, знаю только, что она из Новодевичьего монастыря, а он имеет где-то мастерскую на Лубянской площади.
– Когда у вас назначена дневная панихида сегодня?
– В два часа.
Я посмотрел на часы, было около 12.
– Вот что мы сделаем. Я в качестве знакомого вашего мужа приеду к вам лично на панихиду, видоизменив несколько свой внешний облик. Я сам хочу осмотреть всю вашу квартиру. Быть может, я смогу вам помочь и верну вам ваши бриллианты и деньги. Кстати, вернувшись домой, сейчас же закройте кабинет на ключ, никого туда не впускайте и не входите туда сами.
Баранова в точности обещала выполнить мое требование и действительно его выполнила, судя по тому, что ни единой газетной строчки об этом сенсационном происшествии не появилось в течение довольно долгого времени.
Заинтересовавшись оригинальностью дела, я энергично принялся за розыск. Загримированным присутствовал я на панихиде и задержался в квартире, дав уйти всем посторонним. Я лично произвел самый тщательный осмотр как всего помещения вообще, так и гроба и кабинета в частности, но ровно ничего сколько-нибудь наводящего на след мне обнаружить не удалось: ни одного принадлежащего ворам предмета, ни одного оттиска пальцев на чем бы то ни было. Очевидно, наглые и опытные преступники работали в перчатках.
Единственное обстоятельство, остановившее на себе мое внимание, была очевидная осведомленность воров о месте нахождения ценностей: не только ни одна комната, кроме кабинета, не была тронута, но и в самом обширном кабинете целый ряд хранилищ остался неприкосновенным, и пострадали лишь стол и дубовый шкаф в углу, о коих упоминалось выше. Было сильно похоже на то, что кто-то осведомил воров о подробностях домашнего порядка.
Покончив с осмотром, я обратился к Барановой:
– Скажите, у вас не может быть подозрений о причастности Егоровны к этому делу?
– Что вы, что вы! Господь с вами! – замахала она на меня руками. – Егоровна – мой верный друг, душой за меня всегда болеет, при мне неотлучна и не то что родных или друзей, а и знакомых, окромя меня, никого не имеет.
Подумав, я спросил:
– А что скажете вы насчет вашей кухарки, уехавшей в Коломну?
– Да что? Матрена – баба хорошая, живет у меня десятый год, ни в
- Среди убийц и грабителей - Аркадий Кошко - Биографии и Мемуары
- Шерлок Холмс: наука и техника - Э. Вагнер - Прочая документальная литература
- Шерлок Холмс - Екатерина Мишаненкова - Биографии и Мемуары
- Неизвестный Шерлок Холмс. Помни о белой вороне - Василий Ливанов - Биографии и Мемуары
- Забытые дела Шерлока Холмса - Дональд Томас - Исторический детектив
- Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона в России - Коллектив авторов - Исторический детектив / Классический детектив
- Помни о белой вороне (Записки Шерлока Холмса) - Василий Ливанов - Биографии и Мемуары
- Русская правда. Устав. Поучение - Владимир Мономах - Биографии и Мемуары
- Шеф сыскной полиции Санкт-Петербурга И.Д.Путилин. В 2-х тт. [Т. 2] - Роман Добрый - Биографии и Мемуары
- Около Царской семьи - Алексей Андреевич Волков - Биографии и Мемуары