Форма входа
Читем онлайн Карл Маркс. История жизни - Франц Меринг
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
Лондон и был принят в состав генерального совета, против которого так горячо боролся в «Эгалитэ». Этим генеральный совет доказал свою беспристрастность, так как Робэн продолжал быть ярым приверженцем союза. Уже 14 марта 1871 г. он внес предложение созвать частную конференцию Интернационала для разрешения женевского спора. Хотя генеральный совет считал нужным отклонить это предложение накануне Коммуны, но 25 июля он постановил подвергнуть женевское дело рассмотрению конференции, которую предположено было созвать в сентябре. В том же самом заседании, по требованию Робэна, генеральный совет подтвердил подлинность документов, в которых Эккариус и Юнг сообщал о принятии женевской секции бакунинского союза в состав Интернационала.
Едва только это письмо успело дойти до Женевы, как секция союза добровольно упразднила себя 6 августа и немедленно известила об этом генеральный совет. Видимость получилась очень внушительная; после того как секция получила удовлетворение от генерального совета, который опроверг пущенную Утиным ложь, она пожертвовала собою в интересах мира и примирения. На самом деле решающие причины были другие, как это впоследствии открыто признал Гильом: секция потеряла тогда уже всякое значение и представляла собою в глазах эмигрантов Коммуны в Женеве лишь мертвый пережиток личных счетов. В этих именно эмигрантах Гильом видел пригодные элементы для того, чтобы начать борьбу против женевского федерального совета на более широкой основе. Поэтому была упразднена секция союза; и действительно, несколько недель спустя обломки ее соединились с коммунарами в новую Секцию революционно-социалистической пропаганды и действия; при этом она хотя и заявила, что согласна с общими принципами Интернационала, но сохраняла за собою полную свободу, которую предоставляли ей программа и устав Интернационала.
Все это сначала совершенно не касалось Бакунина. Характерно для его положения якобы полномочного главы союза, что женевская секция не сочла даже нужным запросить его в Локарно, прежде чем заявить о своем упразднении. Бакунин протестовал против этого — не из-за оскорбленного самолюбия, а потому, что при создавшихся обстоятельствах видел в упразднении секции трусливый удар из засады: «Не будем свершать трусливых поступков под предлогом спасения единства в Интернационале». Вместе с тем он занялся подробным изложением женевских смут, чтобы выяснить принципы, из-за которых, по его мнению, поднялся спор; этим он хотел дать руководящую нить своим приверженцам на лондонской конференции.
Сохранились значительные отрывки этой работы; она очень отличалась в лучшую сторону от русских брошюр, которые Бакунин за год до того изготовлял вместе с Нечаевым. Эти отрывки написаны спокойно и дельно, и лишь местами в них встречаются резкие выражения; и, как ни относиться к обособленным взглядам Бакунина, он убедительно доказывает, во всяком случае, что происхождение женевских смут коренилось глубже, чем в зыбком песке личных распрей; а если последние также сыграли некоторую роль, то значительная часть вины за это падает на Утина и его сотоварищей.
Бакунин ни на минуту не отрицал глубокого различия взглядов, которое отделяло его от Маркса и от «государственного коммунизма» последнего, и он обошелся со своим противником далеко не кротко. Но все же он не выставлял его негодным человеком, который преследует только свои собственные низкие цели. Указывая, что Интернационал возник в лоне масс и затем был воспринят умными и преданными народному делу людьми, он прибавил: «Мы пользуемся этим случаем, чтобы выразить преклонение перед знаменитыми вождями немецкой коммунистической партии и прежде всего перед гражданами Марксом и Энгельсом, а также перед гражданином Ф. Беккером, нашим бывшим другом и теперешним непримиримым противником; они были подлинными создателями Интернационала, поскольку вообще дано отдельным лицам что-либо созидать. Мы тем охотнее выражаем свое уважение к ним, что будем вынуждены бороться против них. Наше уважение к ним чистое и глубокое, но оно не доходит до идолопоклонства и никогда не побудит нас стать их рабами. Признавая их огромные заслуги перед Интернационалом в прошлом и в настоящем, мы все же будем на ножах с ними, восставая против их ложных властных теорий, против их диктаторских замашек и манеры вести подпольные интриги, против их низких происков, жалких личных дрязг, грязных оскорблений и позорной клеветы, которыми характеризуется почти повсюду политическая борьба немцев и которые, к несчастью, проникли и в Интернационал». Конечно, эти слова были достаточно грубые, но все же Бакунин не заходил так далеко, чтобы отрицать бессмертные заслуги Маркса, как основателя и руководителя Интернационала.
Но и эта работа Бакунина осталась незаконченной. Он еще писал ее, когда Маццини, в еженедельнике, который он издавал в Лугано, выступил с резкими нападками на Коммуну и на Интернационал. Бакунин немедленно напечатал «Ответ интернационалиста Маццини», за которым последовали и другие статьи в том же духе, после того как Маццини и его приверженцы вступили в полемику с ним. После всех неудач, преследовавших его, Бакунин достиг на этот раз полного успеха: Интернационал, который влачил до того в Италии лишь жалкое существование, стал сразу быстро распространяться там. Этим Бакунин был обязан не своим «интригам», а тем горячим и убедительным словам, которыми он умел вызывать революционное настроение среди итальянской молодежи, увлекавшейся Парижской коммуной.
В Италии крупная промышленность была еще очень слабо развита; в дремлющем пролетариате лишь медленно пробуждалось классовое сознание, и у него не было никаких законодательных орудий для защиты и для нападения. В буржуазных классах, напротив того, полувековая борьба за национальное единство создала революционную традицию и поддерживала ее. За достижение национального единства масса боролась путем бесчисленных восстаний и заговоров, пока наконец эта цель не была достигнута, но в таком виде, что принесла, несомненно, горькое разочарование всем революционным кругам: под охраной сначала французского, а затем германского оружия самое реакционное государство Апеннинского полуострова создало итальянскую монархию. Геройская борьба Парижской коммуны вырвала революционную итальянскую молодежь из этого состояния апатии. И если Маццини грубо отвернулся на краю могилы от нового света, раздражавшего его старую ненависть к социалистам, то тем искреннее прославлял «восходящее солнце» Интернационала Гарибальди, который был еще в большей степени национальным героем.
Бакунин превосходно понимал, из каких слоев народа выходили его приверженцы. «То, чего до сих пор недоставало Италии, — писал он в апреле 1872 г., — были не инстинкты, а именно организация и идеи. И то и другое теперь развиваются в такой степени, что Италия вместе с Испанией являются в настоящее время, быть может, самыми революционными странами. В Италии существует то, чего нет в других странах: пламенная, энергичная молодежь, лишенная всякого положения, всякой карьеры, всякого выхода и которая, несмотря на свое буржуазное происхождение, не исчерпала себя в нравственном и интеллектуальном отношении, как буржуазная молодежь других стран. Теперь она с головой погрузилась в революционный
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Карл Маркс. История жизни - Франц Меринг бесплатно.
Похожие на Карл Маркс. История жизни - Франц Меринг книги
- Новейшая история еврейского народа. Том 3 - Семен Маркович Дубнов - История
- Новейшая история еврейского народа. От французской революции до наших дней. Том 2 - Семен Маркович Дубнов - История
- Неизвестный Карл Маркс. Жизнь и окружение - Павел Берлин - Биографии и Мемуары
- Ценности социализма. Суровая диалектика формационно-цивилизационной смены и преемственности системы общественных ценностей - Владимир Сапрыкин - История
- Экономическо-философские рукописи 1844 г. - Карл Маркс - Политика / Науки: разное / Экономика
- От Франсуа Вийона до Марселя Пруста. Страницы истории французской литературы Нового времени (XVI-XIX века). Том I - Андрей Михайлов - История
- Запрещенная история - Дуглас Кеньона - История
- Капитал. Том второй - Карл Маркс - Политика
- Гёте. Жизнь и творчество. Т. 2. Итог жизни - Карл Отто Конради - Биографии и Мемуары
- Варяги и варяжская Русь. К итогам дискуссии по варяжскому вопросу - Вячеслав Фомин - История