Форма входа
Читем онлайн Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
в которых были офицеры японского Генерального штаба или жандармерии.
В тридцатых годах в Пекине было около полусотни гостиниц, ресторанов, публичных домов, владельцы которых, японские офицеры, вели разведывательную работу. Такое же положение существовало в Харбине, на станции Маньчжурия и в других городах Маньчжурии.
После захвата Маньчжурии в 1931 году японская разведка увеличилась значительно. Она действовала в двух направлениях: не допустить объединения Китая путем углубления сепаратистских тенденций провинциальных правительств и этим подрывать авторитет центральной власти; подготовить Маньчжурию и Монголию к предназначенной им роли в континентальной Японской империи.
Развивая свою деятельность, японская разведка усиленно вербовала путем подкупа китайских генералов и видных чиновников, которые могли бы оказаться полезными для Японии. Среди белых эмигрантов и маньчжур готовились кадры для службы в японских военных миссиях и жандармских отделах в качестве агентов, переводчиков, секретных сотрудников. Белоповстанческое партизанское движение было использовано в разведывательных целях, эмигрантские политические организации сведены до подсобных разведывательных органов. Глава Бюро по делам российских эмигрантов был обязан выполнять поручения японских властей и ежедневно рапортовать им о положении дел среди эмигрантов.
В 1932 году в Харбине были открыты специальные курсы для эмигрантов, предназначенных для отправки в качестве агентов в Советский Союз. На курсах, кроме ремесел шофера, радиста, механика, они изучали приемы разведывательной работы под руководством японских офицеров.
Нередко японская разведка прибегала к форсированному способу вербовки в агенты лиц, не желавших добровольно идти на эту работу. Устраивались аресты, длительное подследственное заключение, во время которого применялись угрозы, издевательства и пытки, включая такие, как вливание из чайника через нос воды, смешанной с керосином. В подобных пытках подвизались не только японцы и корейцы, непревзойденные в этом отношении мастера, но и русские эмигранты.
Намеченные для выполнения особо серьезных заданий агенты обучались в строго законспирированных школах. Другие проходили особые курсы при обществе Се-Хэ-Хой (Кео-Ва-Кай) в Харбине, где преподавателями были такие специалисты по русским делам и ведению разведки, как генерал Кисабуро Андо. Из русских преподавателей в школе был генерал Кислицын.
Во многих городах Китая и Маньчжурии существовали японские школы, готовившие кадры агентов из среды иностранцев. Обычно они скрывались под видом школ изучения японского языка и культуры. Наиболее известными из них были японский колледж Дунвень в Шанхае и «Общество по изучению японского языка» в Тунчжоу[108]. В Токио существовал институт для иностранцев, среди слушателей которого были и русские эмигранты, командированные туда из Харбина.
В Токио работала школа Накано, подготавливавшая сотрудников агентурно-разведывательной работы при японских военных миссиях. Она делилась на русское, китайское и английское отделения. Кроме языков проходили географию, экономику и политику соответствующих стран. Основным же предметом являлось изучение методов работы иностранных разведывательных органов, главным образом советских, американских, английских и китайских. Одним из дополнительных курсов было изучение различных способов вербовки белых эмигрантов и китайцев для разведывательной работы.
В 1932 году по поручению начальника харбинской военной миссии полковника Комацубара были сформированы из русских эмигрантов два вооруженных отряда для несения охранной службы на Мукден-Шанхай-Гуаньской железной дороге и на строящейся Лафа-Гиринской железной дороге.
Позже по распоряжению полковника Комацубара были сформированы из эмигрантов полицейские отряды для борьбы против хунхузов.
В 1938 году японская военная миссия сформировала русский отряд Асано. Позже он был развернут в кавалерийский и пехотный отряды, входившие в состав армии Маньчжоу-Го. Первый в составе нескольких эскадронов под командованием полковника Я.Я. Смирнова находился на станции Сунгари. Пехотным отрядом, стоявшим на станции Хэндаохэцзы, командовал майор маньчжурской службы А.Н. Гукаев. Начиная с 1942 года все молодые русские эмигранты подлежали мобилизации для прохождения военной службы в отрядах Асано.
Незадолго до начала войны японские власти в Маньчжурии ввели повсеместное обучение школьной молодежи воинскому строю. Военно-воспитательная подготовка была введена в таких эмигрантских учебных заведениях, как Железнодорожный институт, Русский техникум, колледж и институт Христианского союза молодых людей, гимназия Бюро по делам российских эмигрантов, школа языковедения, лицей Святого Николая, Духовная семинария.
Приемы разведывательных органов и жандармерии
Японские разведывательные органы и жандармерия при ведении следствий и допросов широко пользовались способами физического воздействия и пытками. В руководстве для оперативного сотрудника[109] детально разработаны правила применения этих способов. В зависимости от обстановки предлагалось предварительно взвесить, не вызовет ли применение пытки вредных последствий. Пытка должна вестись таким образом, чтобы пытаемый знал, что у него нет другой возможности избавиться от страданий, кроме дачи правдивых показаний. Пытка считалась выгодным средством скоро и легко заставить подследственного дать показания, но указывалось на опасность, что в попытке избежать страдания или ради угождения он исказит истину. Указывалось, что «у лиц с сильной волей пытка может усилить сопротивление и озлобить против империи».
«Необходимо иметь в виду, – говорится в руководстве, – что способы пытки должны быть такими, чтобы, легко применяемые, они бы не вызывали чувства жалости у пытающего и не оставили бы ни ран, ни шрамов». В тех же случаях, когда необходимо вызвать чувство опасения за жизнь, «можно не считаться с причинением допрашиваемому вреда, но не лишиться возможности продолжать допрос».
В руководстве указываются следующие примеры пыток: Заставлять сидеть прямо и неподвижно.
Заложив между пальцами по карандашу недалеко от оснований пальцев, связать концы пальцев веревкой и шевелить их.
Положив допрашиваемого на спину (ноги рекомендуется положить немного выше), капать воду одновременно в нос и в рот.
Положив допрашиваемого боком, топтать ему щиколотку.
Ставить под полку, находящуюся на такой высоте, чтобы под ней допрашиваемый не мог стоять прямо.
В случае нанесения допрашиваемому ранения следует принять решительные меры, беря за это на себя ответственность (то есть добить пытаемого).
При получении показаний в результате применения пыток следует проверить, не являются ли они результатом стремления избежать мучений и угодить допрашивающему: в этих случаях необходимы какие-либо подтверждения правдивости показаний.
Необходимо убедить пытаемого в том, что применение к нему пытки было вполне естественной мерой, или же принять такие меры, чтобы он из чувства самолюбия, чести и т. п. не рассказал бы об этом впоследствии; если же нельзя этого ожидать, то следует принять те же меры, как указано в отношении случаев нанесения ранений.
О применении пыток не должен знать никто, кроме лиц, имеющих к этому отношение. Ни в коем случае нельзя, чтобы об этом знали другие пленные. Важно принимать меры к тому, чтобы не были слышны крики.
Японский Лоуренс
Значительную роль в подготовке японской агрессии в Маньчжурии, Монголии и Северном Китае сыграл Доихара Кэндзи, прозванный Лоуренсом[110] Маньчжурии. Небольшого роста, склонный к полноте, с чаплиновскими усиками, свободно говоривший на восьми европейских и на китайском языке, Доихара чувствовал
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин бесплатно.
Похожие на Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин книги
- Троцкий против Сталина. Эмигрантский архив Л. Д. Троцкого. 1929–1932 - Юрий Фельштинский - Биографии и Мемуары
- Александр Гумбольдт - Вадим Сафонов - Биографии и Мемуары
- Литературное наследие России - Евгений Казаков - Биографии и Мемуары
- Огненный скит - Юрий Любопытнов - Исторические приключения
- Красный лик: мемуары и публицистика - Всеволод Никанорович Иванов - Биографии и Мемуары / Публицистика
- Николай Георгиевич Гавриленко - Лора Сотник - Биографии и Мемуары
- Семнадцать героев Морского кадетского корпуса выпуска 1871 года. От турецкого Сулина до японской Цусимы - Константин Григорьевич Озеров - Биографии и Мемуары / Военное / Прочая документальная литература / История
- «Ваш Рамзай». Рихард Зорге и советская военная разведка в Китае. 1930-1932 годы. Книга 2 - Михаил Николаевич Алексеев - Биографии и Мемуары / Военное / Исторические приключения / История
- Ностальжи. О времени, о жизни, о судьбе. Том I - Виктор Холенко - Биографии и Мемуары
- В тени первых Героев. Белые пятна челюскинской эпопеи - Николай Витальевич Велигжанин - Прочая документальная литература / Исторические приключения