— Мне нельзя, — пробормотала она, — мама мне запрещает. Она у меня строгая и…
— Господи, что такое мама, — перебил ее Майкл, — ты когда-нибудь целовалась?
— Да, с Алексом, — Джулия снова взглянула на него, он сидел все так же неподвижно.
— А целовала мужчин еще куда-нибудь? — он в упор глядел на девушку, ожидая реакции на свои слова.
Джулия с испугом замотала головой в разные стороны:
— Это же нельзя, этим занимаются только проститутки!
— Господи, да ты еще ребенок, — тон его стал хитрым, глаза прищурились, улыбаясь, — это вполне естественный способ удовлетворения мужчины. Нет ничего предосудительного в том, что один человек хочет доставить удовольствие другому.
— Но я не хочу, — она попыталась приподняться с кресла, но он удержал ее за плечи.
— А если мы с Алексом очень попросим?
— С Алексом! — с ужасом взглянула в его сторону Джулия.
Неужели Алекс с ним заодно? Она не могла в это поверить, но Алекс не шелохнулся, что было лучшим доказательством тому, что она не ошибалась. Он чувствовал, как кровь прильнула к лицу, ему страшно было взглянуть в ее сторону, он готов был от стыда провалиться сквозь землю, но, к сожалению, пол в доме был деревянный, и надежды не было.
Майкл поднялся и стал расстегивать ширинку:
— Кошечка, это совсем не страшно, всего пять минут, — он говорил как можно мягче, но в тоне его сквозила насмешка.
Джулия попыталась вскочить, но Майкл толчком в грудь заставил ее сесть.
— Нет, нет, я не буду, — с дрожью в голосе сказала она.
— Будешь, — в голосе Майкла появилось раздражение.
Он расстегнул брюки и вытащил член. Джулия со страхом зажмурилась. Она видела мужской член впервые, тем более так близко. Он ей показался таким страшным и огромным, что она боялась снова открыть глаза и сидела неподвижно. Вдруг девушка почувствовала, как что-то теплое коснулось ее губ, она невольно вздрогнула, открыла глаза и увидела перед собой гладкую кожу, покрытую черными волосами. Почувствовав, как конец члена уперся ей в зубы, она стиснула челюсти и дернулась вниз, пытаясь выскользнуть у Майкла между ног. Но он схватил ее за волосы и с силой потянул вверх. Джулия вскрикнула от неожиданности и стала руками отталкивать его от себя.
— Алекс, помоги, подержи ей руки! Ну, кошечка, я научу тебя галантному обращению с мужчинами. — Майкл схватил ее за запястья и прижал ее руки к ручкам кресла.
Алекс с полминуты сидел неподвижно, в нем шла внутренняя борьба, он уже сто раз за этот вечер проклинал себя за то, что согласился на предложение Майкла, но менять что-либо было уже поздно, машина запущена.
Он поднялся, подошел к ним сзади, опустился на колени и, схватив Джулию за руки, вывернул их за спинку кресла. Она вскрикнула от боли и с остервенением стала мотать головой из стороны в сторону, пытаясь увернуться от члена. Майкл схватил ее за ухо, с силой завернул его так, что голова девушки вскинулась вверх и стал пихать член ей в рот. Джулия изо всех сил стиснула зубы. Борьба продолжалась минуты две, затем Майкл не выдержал, и звонкая пощечина положила всему конец.
Удар снова оглушил девушку, у нее зазвенело в ушах, она вскинула голову и взглянула на Майкла. В глазах ее был ужас.
— Открой рот, стерва, — прошипел тот, лицо его исказилось злобой, он отвел руку для нового удара, — считаю до трех.
Джулия поняла, что это все. Единственная ее надежда — Алекс, который ей казался таким благородным, обходительным, добрым, надежным, сейчас железным замком сжимал ей руки за креслом. Алекс, с которым они вместе росли, играли, вместе ходили в колледж, сидели за одной партой, даже целовались, Алекс не заступился за нее, он ее предал. Она не могла в это поверить. Господи, как это подло. Ей захотелось кричать от боли и обиды. К горлу подкатил комок, на глаза навернулись слезы.
— Раз, — резанул слух голос Майкла, — два…
— Будь что будет, — подумала она, зажмурилась и открыла рот. Член Майкла Проскользнул между зубов и уперся в горло. Девушка поперхнулась, но глаз не открыла.
— Молодец, маленькая, ты мне начинаешь нравиться, — Майкл вытащил член и стал вощить кончиком ей по губам. Она ощущала лишь легкое щекотание, затем член нырнул в рот и уперся в язык.
— Поласкай, — попросил Майкл. Его мягкий тон снял с нее нервное напряжение, но обманываться она не хотела, прекрасно понимая, что, стоит ей начать перечить, как тон его сразу же изменится, а в висках еще стучал пульс и щека горела от пощечины.
Девушка сомкнула губы и стала водить языком по головке члена. Как ни странно, у нее уже не было ощущения страха и отвращения ко всему этому, мысли ее переключились на другое. Языком она чувствовала гладкую, нежную плоть головки, которая время от времени напрягалась и расслаблялась, казалась такой живой и трепетной. У Майкла участилось дыхание, он стал теребить ее за ухо.
— Молодец, киска, — сказал он на выдохе, — покусай.
Девушка стала легонько покусывать член чуть пониже головки. Волнение Майкла стало передаваться и ей, она почувствовала какое-то томление во всем теле.
Вдруг член Майкла подался назад, и голова Джулии непроизвольно потянулась за ним. Она не хотела, чтобы он совсем выходил из ее рта. Как будто бы поняв ее желание, дойдя до середины, член остановился, и стал углубляться обратно. Майкл обнял ее за голову, делая поступательные движения. Все это сопровождалось лишь прерывистым дыханием Майкла и Джулии, которая еще изредка причмокивала, делая сосательные движения и сглатывая слюну.
Алексу нестерпимо захотелось посмотреть, что же происходит там, за креслом, и он отпустил руки девушки, которые безжизненно повисли. Алекс поднялся с колен и увидел Майкла, который стоял, запрокинув голову, с закрытыми глазами и, приоткрыв рот, тяжело дышал. Джулия неподвижно сидела в кресле, и лишь голова ее слегка подавалась вперед навстречу движениям Майкла. Алекс почувствовал, как теплота и волнение разливаются по всему телу, член его, медленно пульсируя, стал подниматься, напрягся и уперся в джинсы, появился томительный зуд. Ему ужасно захотелось тоже испытать все то, что сейчас должен был испытывать Майкл. Он стоял, широко открыв глаза, с каким-то вожделением глядя за всем происходящим.
Вдруг руки девушки покачнулись и стали подниматься вверх, к члену Майкла. Она стала пальцами легонько теребить и поглаживать его мошонку. Движения Майкла участились, дышал он все быстрее и прерывистее, на Джулию тоже нашло какое-то вожделение, ей захотелось ощутить этот упругий, перекатывающийся под кожей член в себе, глубоко-глубоко. Ее бедра подались вперед, ноги напряглись, она вытянулась всем телом. Майкл делал поступательные движения все быстрее и быстрее, колени его задрожали от напряжения, он не выдержал и стал помогать себе рукой. Вдруг тело его прогнулось, мышцы охватила сладкая судорога, томительно разливаясь по всему телу, он стиснул зубы и с силой притянул к себе голову девушки, застонал. Джулия почувствовала, как член отчетливо пульсирует под кожей, мощными толчками выталкивая сперму, которая теплой, вязкой массой растекалась по всей полости рта. Она стала с вожделением глотать ее. Когда толчки прекратились, Майкл постоял немного, переводя дух, затем вынул член и тяжело опустился в соседнее кресло.
Джулия открыла глаза и увидела Алекса, который стоял около кресла и в упор глядел на нее. Она поняла, что он все видел, и кровь прихлынула к лицу. Ей стало ужасно стыдно. Теперь виноватой себя чувствовала она, вместо того, чтобы сопротивляться, кусаться, царапаться, если нужно, она так быстро смирилась и уступила желанию его друга. Джулия почувствовала себя последней шлюхой.
— Алекс, не стой, как истукан, твоя очередь, — произнес Майкл, — если ты сумеешь открыть ей рот, то твоя подружка доставит тебе массу удовольствия.
Алексу стало вдруг как-то не по себе. Его мысли сконцентрировались на слове «очередь», которое в его представлении никак не вязалось с тем тайным и интимным, что он впервые сейчас так явно и откровенно видел собственными глазами. Ему было неудобно за себя, что он вот так стоит и стесняется что-либо сделать. Джулия почувствовала состояние Алекса и поняла, что для того, чтобы вывести всех из неловкого положения, ей придется сделать первый шаг самой.
Она сползла с кресла, опустилась перед ним на колени и прижалась щекой к его ноге. Алекса от ее прикосновения передернуло, как от электрического тока, он вдруг явно ощутил, как по телу разливается радостное, томительное тепло. Ему даже казалось, что даже сквозь плотную джинсовую ткань он чувствует ее горячее дыхание. Девушка расстегнула молнию на джинсах, и руки ее скользнули под плавки Алекса. Нащупав там такой же, как и у Майкла, упругий член, приспустила джинсы и припала к нему губами. Затем опустилась ниже, стала лизать и покусывать его мошонку, ощущая, как под ней перекатываются два маленьких упругих яйца. Девушка взяла в руку его член, потянула кожу вниз, оголяя головку, поцеловала ее в самый кончик и, засунув в рот, сомкнула губы. Алексу хотелось застонать от блаженства, когда язык нежно облизал ее, и она уперлась в щеку. Член его вздрагивал и напрягался от каждого прикосновения ее языка. Девушка стала делать поступательные движения головой, его тело невольно тоже стало двигаться взад и вперед. Он, как завороженный, смотрел, как ее алые губы нежно обнимают его член, время от времени немного приоткрываясь, давая возможность ему покинуть полость рта, чтобы потом вновь устремиться в эту массу живого, влажного, теплого и упереться в горло.
