Теперь настала моя очередь. Я снял майку, убрал всё со стола и посадил Таню на самый край. Поезд трясло и ей приходилось удерживаться руками за края. Я стал на колени и начал не просто лизать, а целовать в засос её киску. Таня прямо млела от этого. Наконец, она просто легла на стол и широко раздвинула ноги, держа их согнутыми в коленях параллельно столу и придерживая их руками. Спустя полчаса мы решили, что хватит, т. к. могла зайти проводница за бельём. Только Таня оделась, как вошла проводница и сказала, что поезд опаздывает на двадцать минут.
— Хочешь напоследок попробовать в попу, — предложил я Тане.
Глазки у неё загорелись.
— Но я слышала, что это больно.
— Если хорошо смазать, то нет, — ответил я.
У Тани оказался крем для лица, который делали специально для их семьи их знакомые, биологи.
Крем не содержал никаких химических веществ, а только масла и экстракты растений. Таня возбудилась от мысли, что сейчас будет трахаться, пусть даже и не во влагалище. Я предложил полностью раздеться нам обоим. Перед тем, как смазать мне член, Таня сначала взяла его в рот, и вскоре он затвердел. Потом она обильно смазала его по всей длине и дала баночку мне.
— Стань на четвереньки на поле и выгнись как можно сильнее, — сказал я. Таня положила голову на руки и подняла попу вверх. Я смазал указательный палец и засунул ей в дырочку. Потом два пальца. Решив, что достаточно, я встал сзади Тани на колени и вставил головку члена ей в попу. Таня издала какой-то звук, но я попросил её расслабить мышцы и потерпеть. Член сам собой скользнул к ней во внутрь, но стенки кишки потом сократились и очень плотно обхватили мой член. Сначала осторожно и с трудом, а потом с силой я начал двигаться взад и вперёд. Таня издавала какой-то грудной стон и тёрла киску изо всех сил. Я долбил тоже изо всей силы и через минуту кончил в неё.
После этого я решил, что это всё, но Таня быстро сползла на пол и снова начала сосать мой обмякший член.
— Мы не успеем, — сказал я, переводя дыхание, но девочка так усердно сосала, что я не мог ей отказать. Я снова смазал её и себя, поставил в ту же позу и начал трахать. Минуты через полторы мы изменили позу, чтобы продлить акт. Таня стала спиной к дверям и легла животом на стол. Мы трахались ещё минуты три. Я почему-то никак не мог кончить. Всё время пока мы трахались, попа Тани издавала хлюпающие звуки. Я загонял ей член по самые яйца, и были слышны негромкие хлопки. Наконец мы нашли выход. Я сел на полку и раздвинул ноги, сверху на мой член села Таня и какое-то время «приседала». Потом я обхватил её за талию и облокотился на спинку.
Таня начала дико вращать бёдрами и я со стоном кончил. Я чувствовал, что сперма стекает у неё из попы по моему члену, яйцам и капает на пол, но мне было всё равно.
К моменту остановки поезда мы уже были одеты. Я помог донести сумку Тани до машины её тёти и, пообещав, что зайду в гости, отправился в гостиницу. Я дико хотел спать.
Лето одного дождя
Подростки, инцест
Автор: ImрeriorЧасть I. НатуристкаПриезд«Пшш-шш-шш» — сказала электричка своими дверьми у меня за спиной, и покатила дальше, отбивая ритм на стыках рельсов. Рельсы протянулись из одной стороны в другую, исчезая за поворотом. Они протянутся на многие километры в обе стороны от того места, где стоял я. Они зажаты между двух тупиков.
На платформе было пустынно. Громко лаяла собака, привязанная её хозяином к черной чугунной изгороди. Мимо пробежали двое карапузов — их позвала мама.
«…ево» — гласила табличка, приделанная давным-давно к изгороди. Под ней сидела старушка и продавала семечки. Я хотел купить, но внезапно передумал. Вместо этого я расстегнул рюкзак и достал бутылку пива.
«Теплое», — с огорчением подумал я. Но другого у меня не было, и я открыл бутылку и отхлебнул.
«Не так уж и плохо, когда хочется пить», — подумал я.
Мимо прошли цыгане, потом двух девушек я проводил взглядом. Подъехала ещё одна электричка, и мне пришло в голову, что я застоялся на этой платформе. Поэтому я повернулся и зашагал в сторону леса. Спускаясь по бетонной, с торчащими из неё стальными прутьями лестнице, точнее, спустившись с неё, я увидел ещё одно зрелище, которое на секунду заняло мое внимание. Под лестницей сидел мужик со спущенными штанами и, зажмурив глаза, срал. Но это зрелище меня не прельщало, и я зашагал дальше, потягивая пиво.
Кстати, вас, наверное, интересует, зачем я поехал, и куда. Если не интересует, то пропустите этот абзац и читайте дальше. Мог бы чего получше придумать, скажет кто-то, но я сюда приехал не нефть искать или клад выкапывать. Даже не расследовать дерзкое убийство или ограбление. Дело в том, что есть у меня бабушка. Она немного не от мира сего. У неё хобби — рисовать при помощи современных программных средств. «А он, наверное, позировать приехал…» — протянет кто-то из читателей. Нет. Я даже не компьютер сюда привез. Он стоит целехонький у бабки на даче. Все дело в том, что он только и стоит, а бабка на нем только рисовать и умеет. Ну, а чтобы установить какое-нибудь ПО (тот же Windows), нужен её любимый внук. Вот я и иду прямо на дачу, стуча дисками и пивом в рюкзаке.
Сухая дорога пылила, однако на ней ещё не просохли особо глубокие лужи. Скорее всего, не так давно был дождь. А свежий ветер, игравший в кронах деревьев, предвещал новый. Постепенно солнце пропало за дымкой, а потом потемнело. Когда я прошел небольшую березовую рощу и вышел на поле, пошел мелкий противный дождик. Пить пиво стало не так приятно. Я допил бутылку и зашвырнул её в поле. Потом повернул кепку козырьком вперед, чтобы дождь не щелкал по носу. Надо сказать, что я этого терпеть не могу. Когда я подошел к лесу, дождь зарядил вовсю. В лесу капало не так сильно, но дорога промокла и стала скользкой. Так что пару раз я поскользнулся, раза три споткнулся о корни деревьев. Каждый раз при этом я падал, а, вставая, поминал чьих-то родственников.
Вокруг не было ни души. Я углублялся в лес. Я точно знал дорогу, но почему-то вокруг все было незнакомо. Теперь я окончательно промок. Несложно представить, что я думал про одну художницу. Правда, я не столько думал, сколько кричал. Я не буду приводить в данном тексте все слова, сказанные мной тогда, но могу утверждать, что они схожи с вашими, произносимыми в подобной ситуации. Больше всего мне хотелось оказаться в теплом доме, где не надо смотреть под ноги, а ещё лучше посидеть. Моя квартира подходила для этого больше всего, хотя тот домик, огороженный какими-то палками поставленными без разбору, тоже подойдет.
«Постучу, а если никого нет — дверь вышибу», — подумал я, и помесил грязь, направившись прямо к дому.
ОтъездЯ запустила руки маме под юбку и нащупала резинку трусиков. Я потянула их вниз и опустила красный кружевной материал до маминых коленей. Потом я снова залезла левой рукой маме под юбку. Указательным пальцем я нашла дырочку её ануса. Я провела вокруг него, постепенно возбуждаясь. Затем я засунула палец наполовину внутрь. Я смотрела на маму, которая стояла передо мной в одной юбке. При этом я сидела на кровати абсолютно голая, и мой указательный палец блуждал в мамином анусе. Я сделала несколько толчков пальцем внутрь, а затем поворочала им из стороны в сторону. Потом я вынула палец и повела им по тому месту, где мамины ноги сходились вместе. Я повела ладонью по её бугорку — там пока ещё было сухо. Потом я поиграла в густых маминых волосках на лобке. И мне и ей нравилось, когда я проводила рукой по её волоскам. Я вынула руку из-под маминой юбки и продолжала смотреть на маму.
Мама расстегнула сзади молнию на юбке и стала медленно спускать её вниз. Мой взгляд скользил по маминому телу вместе с верхней полоской её юбки. Сначала был виден её живот, потом, посередине, показалась линия черных жестких волосиков. Эта линия постепенно сужалась. Наконец, передо мной открылись мамины половые губы, которые сейчас представляли собой розовое пятно, окаймленное коричневой каймой. Мама отпустила юбку, и она беззвучно упала на пол. Она сняла трусики и осталась полностью обнаженной, как и я. Мама села рядом. Мы поцеловались в губы. Мы всегда так делаем, когда собираемся немного расслабится. Она обняла меня и положила на кровать. Сама она, тесно прижавшись, легла сбоку и стала целовать мои груди. При этом её губы оставляли яркие отпечатки на моих сосках и вокруг. Маме нравилось, когда на моих грудях остаются следы помады. Впрочем, ей нравятся ещё и отпечатки моих губ на её грудях. Поэтому перед тем как придти в спальню мы с мамой накрасили губы в несколько слоев дешевой помадой.
Мама закончила и подалась немного вперед, так что её аппетитные груди закачались перед моим лицом. Я приподняла голову и поцеловала один из сосков. Потом я слегка укусила его, а потом целовала и лизала мамины груди, покусывая то один, то другой сосок. При этом я провела рукой по маминым половым губам. Они были уже достаточно влажными.
