— Но ты же читаешь газету во время акта! — слегка возмутился Джон. — Читаешь свою идиотскую газету про разных там ублюдков, и я тебе слова не говорю!..
Элизабет, как будто издеваясь, продолжала читать «Нью-Йорк Тайме» вслух:
— «Вчера вечером в районе Бруклинского моста был найден обезображенный труп мужчины двадцати пяти — двадцати восьми лет. Половые органы несчастного были начисто сожжены какой-то сильнодействующей кислотой. Полиция ведет тщательное расследование…»
— Видимо, этот парень засунул свою бадангу не в то отверстие, — высказал догадку Джон, — наверное, в шахте его избранницы было так много бактерий, что они скушали кукан бедняги полностью, безо всякого остатка. Мне кажется, микробы были очень голодны…
Элизабет, продолжая делать тазом равномерные движения, перебила Джона:
— А мне кажется, голодными были отнюдь не микробы, а сама избранница того парня. Наверное, он слишком много себе позволял по отношению к ней…
— Например?
— Например — смотреть по телевизору бейсбол. Во время траха…
— Но чем тебе не нравится бейсбол? Что дурного ты видишь в моем увлечении бейсболом? Чем, в конце-то концов, он хуже чтения газет?
— Ежедневные новости — великая вещь, — сказала Элизабет. — Мы должны знать, в каком мире живем, — добавила она назидательно.
Джон, высвободив из-под задницы Элизабет одну руку, взял с тумбочки пульт дистанционного управления телевизора.
— Хорошо, — он переключил программу, — хорошо. Если мы действительно должны знать, что делается вокруг нас, мне кажется, я тоже имею право посмотреть.
На экране появился Джордж Хильер.
— Сообщаем вам самые свежие новости, — улыбнулся он зрителям, — отложите ваши домашние дела и послушайте. Сегодня днем мэр нашего замечательного города Мери Сьюзил посетила обе Полицейские Академии штата. На своем выступлении в 1-й Полицейской Академии госпожа Сьюзил объявила, что через месяц одно из учебных заведений будет расформировано. Какое? — Хильер улыбнулся. — Это решит специально созданная общественная комиссия. К большому сожалению, встреча мэра с коллективом обеих Академий была несколько омрачена…
На телеэкране крупным планом появилась Сьюзил — лицо ее выражало ужас и отвращение. Скорчившись перед мэром города, какой-то тип в полицейской форме шумно блевал прямо на платье градоначальницы.
— Была несколько омрачена: один из полицейских, лейтенант Колтон, напившись до свинского образа и подобия, своей блевотиной испачкал платье Сьюзил прямо на встрече. На пресс-конференции, данной по поводу этого события, отвечая на вопросы журналистов, мэр сказала, что платье, сшитое по специальному заказу у Пьера Кардена, стоит почти восемь тысяч долларов. Впрочем, — телеведущий улыбнулся вновь, — за этой безобразной выходкой последовала еще одна: лейтенант Робертс, видимо собутыльник Колтона, тут же облевал своего начальника, командующего 2-й Полицейской Академии, Маузера…
На экране появился заблеванный до неузнаваемости Маузер, затем — перекошенные от рвотных спазм лица Колтона и Робертса.
Джон и Элизабет в один голос расхохотались.
— Эта гадкая рожа Маузера неспособна вызвать никаких иных рефлексов, — прокомментировал сообщение телеведущего Джон. — Скажу честно, что если бы мне пришлось все время работать под его началом, я бы только и делал, что блевал на него!
Джон выключил телевизор.
— Ладно, отложи газету. Хватит смотреть и читать о разных уродах — а то скоро у меня совсем опустится и не встанет. Милая, — он нежно погладил ее грудь, — милая, давай поменяем позу…
Элизабет встала на кровати на четвереньки, а Джон, изловчившись, заехал ей сзади.
— О-о-о-о! — застонала Элизабет, — ты достал мне до самых гланд!..
В это время на тумбочке зазвонил телефон. Джон, не отрываясь от дела, поднял трубку.
— Алло?
Элизабет повернула голову.
— Если это опять звонит та вонючая прошмандовка Джейн, — прошипела она, — я вырву у нее матку и заставлю проглотить! А у тебя, мой дорогой, просто откушу…
— Кому сделаешь хуже? — улыбнулся он, — простите, сэр, это я не вам, — произнес он в трубку извиняющимся тоном, — это я с Элизабет. Как у нас дела? Спасибо, все нормально, — Джон беседовал, не отрываясь от дела, его бедра ходили вперед-назад, а Элизабет, несколько успокоившись, продолжала постанывать, — все нормально, капитан Лассард.
— Капитан Лассард? — вновь повернула голову Элизабет, — что ему надо? Джон, скажи, что у нас совершенно законный выходной. Каждый человек имеет право на отдых!
Джон продолжал:
— Я знаю, господин капитан. Только что видел по телевизору, господин капитан. Хорошо, господин капитан. Вместе с женой? Обязательно будем, господин капитан.
Джон повесил трубку.
— Ну, и что от нас хочет этот старый импотент? — спросила Элизабет.
— Завтра в девять утра мы с тобой должны явиться в нашу Полицейскую Академию.
* * *Телеведущий Джордж Хильер, бывший тут же, спросил у коменданта:
— Мне, как тележурналисту, хотелось бы узнать: действительно ли вы всегда можете видеть на этих экранах именно то, что хотите видеть?
Лассард широко улыбнулся.
— О да, — сказал он, — конечно, если я хочу видеть что-нибудь, мне достаточно только взглянуть на экран… — комендант нажал какую-то кнопку: в мониторе появилось изображение туалета. Стоя к камере спиной, какой-то кадет мастурбировал, поминутно оглядываясь по сторонам.
Члены комиссии подошли поближе к телеэкрану.
— Кадет Котек, — заорал Лассард в микрофон, — чем это вы там занимаетесь?
Мастурбатор вздрогнул и принялся запихивать свой член в штаны.
— Комендант Лассард, — обратилась к начальнику Академии пожилая леди, — но зачем вы так жестоко поступаете с этим бедным мальчиком?…
— Я? Жестоко? — переспросил Лассард. — В чем вы видите мою жестокость?
— Вы могли бы немножко обождать, пока этот молодой человек окончит свое дело…
Лассард нахмурился.
— Мэм, я не потерплю онанистов во вверенном мне учебном заведении!
Джордж Хильер подошел к одному из телеэкранов, и, указав на него Лассарду, спросил:
— Господин комендант, я вновь хотел бы повториться: вы действительно можете увидеть тут именно то, что хотите? Я имею в виду, тут не может быть никакого подлога?
— Я не понимаю, о чем речь, — Лассард недоуменно пожал плечами. Джордж Хильер ткнул пальцем на экран.
— Тогда посмотрите сюда, господин комендант. Что это такое?…
На экране какие-то совершенно незнакомые коменданту люди занимались групповым сексом. Впрочем, присмотревшись, он выискал-таки одно знакомое лицо — кадета Агату Трахтенберг. Агату сношали во все возможные и невозможные отверстия. Девушка, стоя на карачках, исполняла у одного из партнеров минет. Двое других работали сзади — один въехал в анальное отверстие, другой, лежа под девушкой, совокуплялся с ней более естественным, классическим способом. Еще двое стояли сбоку — засунув свои инструменты подмышки девушки, они делали бедрами очень характерные движения. Агата, как можно было заметить по стонам и вздохам, получала от этого огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие. Вскоре в кадре появился еще один партнер — потеснив того, что стоял перед лицом девушки, он засунул стой орган ей в рот…
— Вот это класс! — пробормотал восторженный Хильер, — сразу у двоих! Ну и рот же у этой девицы!..
Комендант Лассард быстро-быстро замигал глазами — он никак не мог поверить, что подобные сцены возможны в стенах Полицейской Академии…
— Кадет Трахтенберг! — наконец-то среагировал он, заорав в микрофон, — кадет Трахтенберг! Сейчас же прекратите это безобразие!..
Та, продолжая свое дело, не обратила на приказ никакого внимания.
— Кадет Трахтенберг!.. — продолжал неистовствовать комендант Лассард.
Джордж Хильер нажал какую-то кнопку рядом с экраном — изображение исчезло.
Лассард схватил телефонную трубку.
— Сейчас же прислать ко мне эту мерзкую развратницу Трахтенберг! — приказал он дежурному по казарме срывающимся голосом.
— Успокойтесь, господин комендант, — произнес Хильер, — это всего лишь видеозапись.
— Как, мне опять подсунули видеозапись? — возмутился Лассард, — и такую гадкую? В прошлый раз было лучше — мультики Диснея…
Двери помещения открылись — в дверном проеме появилась Трахтенберг.
— Вы вызывали меня, сэр? — спросила она. Лассард резко обернулся.
— Чем это вы занимаетесь?
Трахтенберг слегка замялась.
— А, господин комендант, вы, видимо, имеете в виду ту старую видеозапись? Один мой знакомый снял это на камеру, когда я еще училась в школе… Вам что, действительно понравилось?
Лоссард сделал недовольную гримассу.
— И вы еще спрашиваете…
