Я направилась туда, решая заодно как лучше предстать перед объективом. Вспоминались движения моделей, их позы, взгляды. Получиться ли у меня такое? Я ведь не хуже их? На фотографии я выглядела почти, как и они. Кто мне мешает делать тоже самое?
Сядем на постамент, колени в бок, руки свободно ложатся на поверхность, наклоним голову… Щелчок. Покажем ножки… Повернемся, сместимся к краешку, ноги расходятся, коленки вниз, голову вверх… Щелчок. Подымем руку, запустим пальцы в волосы, смотрим прямо в камеру… Щелчок. М-м-м… Сядем прямо разведем ножки… Что там у нас видно? Щелчок. Поднимем ногу, поставим на постамент… Интересно, трусики видны или нет? Щелчок. Встаем, повернемся спиной, ногу на куб, поворачиваем голову, пытаемся заглянуть в объектив… Щелчок. Петя смещается, хочет сфотографировать сбоку. Ждем. Щелчок. Руки на грудь, голову назад… Щелчок. А-ах… Я действительно возбуждаюсь. Грудь налилась, залезаем обеими ногами на куб, прогибаемся… Щелчок.
— Умница, — хвалит меня Петр. — Ты прекрасно чувствуешь позицию. Продолжай девочка.
Да я девочка и слегка на взводе. Расставим коленки пошире, ручку на талию, вторую на плечо, головка наклонена… Щелчок. Сядем на ножки, рука с талии на коленку… Щелчок. Теперь сдвинемся в сторону, ножки изящно согнуты возле меня. Надо опереться, а то упаду. Голову вниз, волосы спадают волной… Щелчок. М-м-м… Вкусно… я еще и сексуальна. Наклоняемся вперед, становимся на четвереньки… Щелчок. Прогибаемся… Щелчок. Подымем ножки… Щелчок. Опускаемся на ноги, руки остаются на месте, и я почти касаюсь грудью пьедестала… Щелчок. От удовольствия, я облизываюсь. Медленно… Он успевает подойти и сделать ряд снимков.
— Заканчивайте, — доносится голос Наставницы. А я только почувствовала вкус позирования.
— Еще несколько кадров, Сонечка, — фотограф не отрывается от искателя.
Поднимаемся, сидя на ножках, коленки смотрят в стороны, пальчик в рот, затуманенный взгляд, рука придавливает грудь. А-а-ах…
— Ты только посмотри, какая экспрессия. Какая энергия. Валечка, вы никогда не хотели показать свою красоту?
— На что ты намекаешь, Петя? — интересуется Адари, подходя к нам. Она обнимает меня за плечи и спускает с куба.
— Я говорю о красоте тела. Истинной, всепроникающей, сводящей с ума красоте женского тела…
— Какая патетика.
— Ты только посмотри, как от нее идет волна женственности, как она хочет показать себя… в естественном виде.
— Этого у нее не отнять, — Наставница поглаживает меня по плечу. — А что ты предлагаешь?
Я только успеваю переводить взгляд с Адари на Петра.
— Я предлагаю попробовать более откровенный фотосеанс, показать всю женственность, энергию, сексапильность, красоту…
— Очень откровенные фотографии?
— Вы увидите, насколько это будет великолепно. Гарантирую полную анонимность. Распоряжаться этими фотографиями будете только вы.
— Решать, конечно, Валечке, — и Наставница хитро смотрит на меня, мол «Что ты скажешь?».
Когда я научусь не теряться? Адари опять все свалила на меня. Проверяет на сколько я… Сниматься обнаженной?…
— Вам надо попробовать, Валя, — уговаривает меня Петр. — У вас есть все данные. Вам это нравиться. У вас есть желание, и вы получаете удовольствие. — Оказывается, он тоже это заметил. — Вы просто рождены быть настоящей женщиной…
В глазах Адари смешинки. Она знает, какая я «настоящая женщина». Мне тоже стало весело от этого замечания. Но ведь мне было хорошо. Я хотела показаться и раскрыться… Насколько я раскрепощена в этом плане? А ведь Валентину никто не знает… Раздеться и позировать?… М-м-м. От одной мысли об этом по телу пробежала дрожь и отозвалась внизу. А что скажет Наставница?
Бросаю вопросительно просящий взгляд на нее, но та лишь… улыбается. Одобряет? Что?
— Я… не… против, — выдавила я из себя. Адари подмигивает, одобряя мое решение.
— Вот, — он достает визитку и ручку и пишет на обратной стороне. — Это адрес моей частной студии. Я буду рад вас там видеть… Мы могли бы туда сразу пойти. Я угощу вас по дороге. С вами можно появиться в любом месте и быть в центре внимания.
Адари забирает визитку и передает мне вместе с сумочкой. Маленький намек. Открываем сумочку и кладем в кармашек.
— Мы сейчас по делам, а вот попозже… Подумаем… — лукаво отвечает наставница.
— Вы играете мной, — притворно вздыхает Петр. — Но ради вас я готов терпеть… и ждать.
— Дон Жуан. Мы, в самом деле, спешим.
В сопровождении молодого человека, выходим из студии. Петр нас провожает до входных дверей.
— Соня, вы деспот. Вы прекрасный деспот: как для мужчин, так и для Вали. Дайте ей попробовать вкус настоящего чувства. Валя, вы только расцветете еще больше, вы почувствуете новый вкус жизни…
— До свидания, искуситель, — Наставница протянула ему руку. — Надежда умирает последней.
— Красоту надо беречь и холить, — Петр поднес к губам кисть Адари и поцеловал пальчики.
— До свидания, — в свою очередь протянула я ему свою руку.
— Я буду надеяться, что до скорого, — он поцеловал пальцы и мне.
Сама я, будучи Валентином, никогда не целовала руку или пальцы, но, увидев как это проделывает молодой человек у Адари, захотелось попробовать… как мне их поцелуют. Мягкое прикосновение губ к коже, тепло губ, сама ситуация и внимание вызвали теплоту в груди. Мне с каждым шагом становилось интересно быть девушкой. Красивой и сексуальной. Вернемся ли мы к Петру?
Скил вышел из машины и открыл нам двери. Адари посадила меня на задние сиденье и… устроилась рядышком с другой стороны.
— К «Бабочке». И побыстрее.
— Постараемся, — ответил Скил.
— Ты вела себя превосходно, — это уже ко мне. — Ты начинаешь чувствовать вкус секса. Если так пойдет дальше, скоро ты сама сможешь все делать, — она похлопала меня по руке. — Давай, поправим тебе прическу, а то ты ее растрепала.
Школьница, которую похвалили за хорошие отметки — вот как я себя чувствовала.
— Сейчас мы встретимся с неким Павлом Дмитриевичем. Он должен обеспечить нам разрешение на открытие нашего клуба. У него есть сомнения по поводу его и его владелицы. Я выступаю в роли твоего агента. Он захотел увидеть тебя, так что будь внимательна и любезна. Понятно?
— Да.
— Ты у нас выступаешь как Валентина Васильевна Спокусова. Запомнила? — «Без меня — меня же и крестили». — Прости, не было времени, а теперь все пошло по инстанциям. Тебе восемнадцать.
— А насколько любезной надо быть?
— Это зависит от тебя. Ты прекрасно справляешься. Будь сама собой, но разговаривать о деле предоставь своему «агенту».
— Уяснила.
— Сиди, стреляй глазками, и держи ушки на макушке.
— Угу.
— Ты прелесть. Петр прав — от тебя идет настоящая волна желания.
Все хвалят и хвалят. Так что самой вериться. Если дальше пойдет в том же духе, то я и не захочу возвращаться к Валику.
«Бабочка» оказалась небольшим, но уютным кафе, с раздельными нишами кабинками, где можно было уединиться. Когда мы вошли, Адари осмотрелась и направилась к угловой кабинке. Там находился мужчина в возрасте. По крайней мере, по моим меркам. Он встал, приветливо улыбаясь.
— Сонечка. А я вас заждался.
— Добрый вечер, Павел Дмитриевич. Простите, мы немного задержались.
— Ничего, ничего. Вы не представите мне Вашу очаровательную спутницу?
Мужчина, движением руки пригласил нас присаживаться, чем мы и воспользоваться. Мне уже надоело постоянно придерживать сумочку, и я с облегчением положила ее на стол.
— Это и есть та самая загадочная Валентина Васильевна. Павел Дмитриевич.
— Приятно познакомиться, — одарил меня мужчина взглядом и улыбкой.
— Взаимно, Павел Дмитриевич, — ответила я, изображая радость на своем лице.
— Мне приятно вдвойне, поскольку такая красивая молодая девушка еще интересуется и инвестициями.
Комплименты, комплименты, комплименты… Их приятно слушать, но они бывают такие скользкие… С этим придется смириться. Я ведь все-таки девочка. Придется их выслушивать на каждом шагу. У меня нет практики по реагированию на эти комплименты. Придется ее набирать и быстро. Если обыкновенная девушка привыкает к своему положению постепенно, то мне надо спрессовать это время в мгновение. Наставница права: чтобы жить в образе Вальрисы и не вызывать у каждого недоумения, мне надо учиться. А как же мне вести себя сейчас? Что отвечать? Попробовать быть девушкой? Надо же набирать когда-то опыт. Сейчас подходящий момент. Надо быть раскованной, естественной, не стесняться. Если что сделаю или скажу не так, то можно списать на женскую натуру…
— Не только инвестициями, — отвечаю загадочно.
— Вот как?
Добавим намеков.
— Вы сами заметили, что я молода и привлекательна, так что мне интересны и другие прелести жизни.
