докажешь. По его словам, великий князь Константин пытался повлиять на брата. Ничего хорошего из этого не получилось, только поругались.
Последнее время вокруг царя тесно стало от обилия французов и англичан. Грустно это все. Когда прадед узнал, в связи с чем я посетил Россию, только укоризненно покачал головой и коротко сказал:
— Зря, не сваришь с ним каши. Не тот это человек, с которым можно иметь серьёзные дела. Если ты — не иностранец, то царю не интересен.
Вот так вот. Человек, который до мозга костей патриот своей страны, именно так отзывается о её правителе. Стоит, наверное, прислушаться. Но теперь уже что-то менять поздно, да и не нужно. Посмотрим, как все будет происходить. Думаю, что при любом раскладе выкручусь. А если сам не смогу, то бойцы помогут.
Порадовала меня информация о сиротских домах. На удивление, инициатива, проявленная прадедом в этом направлении, запустила неконтролируемые процессы. Если в столице богатые люди, пожелавшие поучаствовать в этом деле, понесли свои деньги прадеду, то в других городах как-то самоорганизовались и начали действовать на свой страх и риск. Сиротские дома начали появляться, как грибы после дождя. Дошло до того, что даже конкуренцию начали составлять прадеду. Как по мне, так это и к лучшему. При наличии здоровой конкуренции будет только лучше. Бог даст, со временем не останется ни одного региона, где будут неустроенные дети.
В день моего приезда проговорили с прадедом до позднего вечера с непродолжительными перерывами на приёмы пищи. Ночью спал, как младенец. Правда, недолго. Перед рассветом меня разбудили бойцы, наблюдавшие за особняком прадеда. Они смогли проследить сразу за двумя обитателями дома, которые покинули его с периодичностью в пару часов. Один целенаправленно отправился к дворцу великого князя Константина, а вот второй попытался затеряться на окраине города. Притом, делал это довольно-таки профессионально. С определённым трудом, но проследить за ним смогли и даже сумели довести до дверей квартиры в доходном доме, в которую он пришел.
Разбудили меня с одной единственной целью — получить добро на захват и допрос встречающихся.
Я немного встряхнулся, прогоняя сонную одурь, и решил сам поучаствовать в этом деле. Очень уж интересно, кто против нас играет. Сам на захват я не пошёл. Дал добро, не торопясь, собрался и направился к месту событий. К моему прибытию ребята уже подготовили к разговору проживающих в квартире и прадедового слугу. Очень интересный расклад вырисовывается.
Оказывается, мы вышли на самое настоящее подполье в лице командира одной из пятерок, относящихся к «Народной воле».
Поначалу, этот ухоженный, я бы даже сказал, изысканный господин, вёл себя нагло и требовал передать его в руки полиции или жандармерии. Дурачок, что ещё скажешь. Запел он уже после второго раздробленного пальца. Притом, так бодро, что мы не успевали за ним записывать. В итоге, пока день не вступил в свои права, мы решили проехать сегодня по ещё одному адресу. К господину, от которого поступила команда на устранение моего прадеда. Слуга, числившийся в этой организации уже пару лет, тоже рассказал немало интересного. Поэтому, его, предварительно лишив сознания, отвезли в моё имение, где на время пребывания в столице поселились бойцы. С ним попозже дополнительно поработаем. Всё-таки, слуга двух господ. И это я сейчас не считаю прадеда. Да, он дополнительно сливал информацию ещё кому-то. Внятно объяснить, кому именно, не смог. Но о способе связи рассказал все. Попозже предстоит заняться распутыванием ещё и этой ниточки.
Человек, которого мы навестили по наводке командира пятёрки, оказался целым профессором. Он координировал работу всех столичных ячеек народной воли, находящихся в столице.
Этот индивидуум оказался покрепче своего подчинённого, и пока не увидел собственное ухо, отрезанное одним из бойцов, пытался терпеть даже боль от раздробленных пальцев. Итог — закономерный. Запел, как соловей в брачный период.
Его тоже пришлось вывозить в имение вместе со слугой-помощником. Подчинённый главаря оказался австрийцем и был своего рода посредником между местными радикалами и их европейскими кураторами.
Их предстоит ещё долго расспрашивать. Но уже сейчас мы смогли выяснить главное, чьи уши торчат за всеми этими покушениями. Банкиры развлекаются, притом, сразу два, и не из последних. Мстить решили. Один за английских родственников, а второй из-за любви к искусству. Обиделись, наверное, на то, что кто-то посмел сопротивляться их власти, и решили наказать. Приблизительно из таких соображений действовал второй подельник из тех, которые устроили эту вендетту. Ничего, теперь посмотрим, кто от кого прятаться начнёт. Не все ведь коту масленица, иногда и ответка прилететь может.
В особняк я вернулся уже при свете дня с надеждой завалиться поспать пару-тройку часиков. Но не судьба. Практически вместе со мной появился посыльный от великого князя с требованием, чтобы мы с прадедом навестили его немедленно. Пришлось приводить себя в порядок и ехать в знакомый дворец. Не принято таким людям отказывать.
По дороге я рассказал прадеду о своих утренних похождениях. Его очень зацепило то, что на него открыли охоту иностранные банкиры. Аж затрясло всего. Я с трудом его успокоил. Главное, знаем кто безобразничает. Остальное — не суть. Важно, что ответим и быстро.
Во дворце князя казалось, что время застыло. Практически ничего не изменилось, за исключением секретаря. Теперь это был очень серьёзный мужчина лет тридцати, дорого одетый, с повадками бывалого вояки. Выправка хоть на витрину магазина ставь. К князю пригласили без проволочек, даже минуты ждать не пришлось. Кабинет был тот же, внутри ничего не поменялось. Как был оформлен в восточном стиле, так и остался. Изменилось поведение князя. Если раньше он разговаривал немного снисходительно, то сейчас нет. В тональности его фраз иногда проскакивали даже уважительные нотки, хотя, разговор он начал как бы с шуточного наезда.
Поздоровавшись, он, разглядывая меня с каким-то непонятным интересом, произнес:
— Так ты мне и не нашёл обещанные алмазы!
Охреневший от такого начала, я чуть не ответил в стиле — сам дурак. Благо, вовремя сдержался и произнес не то, что подумал, а то, что от меня ждали:
— Не по моей вине их не отыскали.
— Да уж, сам виноват, — тут же ответил князь. Затем с улыбкой продолжил:
— Сейчас нет желания продолжить поиски? А то профинансирую.
Блин, вот только в тайгу мне сейчас и не хватает залезть на неопределённое время. Поэтому, отказался от этого предложения даже слишком категорично:
— Нет, сейчас просто нет времени на эти поиски. Может быть, позже займусь.
Князь как-то странно на меня посмотрел и произнес:
— Пусть так, хорошо,
