Читем онлайн Весь Нил Стивенсон в одном томе - Нил Стивенсон

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
главным событиями, поэтому, когда наступает великий день, Рэнди именно ему поручает нажать на кнопку.

Началу предшествуют молитвы. Ави привез раввина из Израиля, Енох Роот пригласил архиепископа Манилы, Гото Денго притащил какого-то синтоистского настоятеля, и вдобавок приехала уйма представителей из других стран Юго-Восточной Азии. Все они молятся или поют, хотя молитвы практически тонут в реве вертолетов. Слишком многие не желают трогать Голгофу, и Рэнди чувствует, что, по сути, они правы. Но он «прозвучил» акустическим томографом туннель Ина, щупальце пустоты, тянущееся к хранилищу, опубликовал трехмерные карты и аргументированно — как ему кажется — заявил, что гораздо лучше сделать что-нибудь конструктивное, чем просто позволить Ину ограбить сокровищницу. Некоторые согласились с доводами, некоторые нет, однако никто из несогласных не попал на обложки «Тайм» и «Ньюсуик».

Последним берет слово Дуг Шафто. Он снимает бейсбольную кепку и, прижав ее к сердцу, со слезами на глазах начинает рассказывать что-то о своем отце, которого едва помнит. Говорит о битве за Манилу, как впервые увидел отца на развалинах церкви святого Августина, как тот носил его на руках по ступенькам перед тем, как обрушить адский огонь на головы японцев. Говорит о прощении и других отвлеченных понятиях; слова приглушены шумом вертолетов, но Рэнди кажется, что это только придает им выразительности, потому что слова — это обрывки воспоминаний, таких же невнятных и приглушенных.

Наконец Дуг жмет на кнопку.

За несколько минут насосы нагнетают в Голгофу горючую смесь. Дуг жмет на другую кнопку. В глубине горы раздается приглушенный взрыв. Затем мир содрогается и ревет; рев переходит в вибрирующий вой. Из дренажного отверстия внизу вырывается столб белого пламени и зарывается в реку, в том месте, где встретил смерть Эндрю Лоуб. Встает облако пара; вертолеты взмывают ввысь. Рэнди съеживается на берегу под покровом облака, чувствуя, что это последняя в его жизни возможность побыть одному.

Через полчаса вместе с горящим газом выплескивается раскаленный поток. Шипя и поднимая пар, он оседает на дно реки. Долгое время не видно ничего, кроме белых облаков, но через час или два под водой и вокруг камня, на котором примостился Рэнди, проявляется, растекаясь по дну, блестящая, широкая река золота.

1999

Переводчик: Е. М. Доброхотова-Майкова

ДОДЖ

(цикл)

Вирус «Reamde»

(роман)

«Т’Эрра»… Многопользовательская ролевая игра нового поколения с миллионами поклонников по всему миру. С каждым днем «Т’Эрра» увлекает все больше фанатов, погружающихся в захватывающий виртуальный мир, который для многих стал уже куда привлекательнее и важнее мира реального.

И успехом игры решает воспользоваться группа хакеров. Эти кибергангстеры создают уникальный вирус «REAMDE», который шифрует все данные на зараженном компьютере и требует за них выкуп…

Часть 1

Девять драконов

Северо-Западная Айова

Ферма Фортрастов

День благодарения

Ричард смотрел себе под ноги: не все коровьи лепешки замерзли, а на замерзших недолго и ногу подвернуть. Собираясь в дорогу, он ограничился ручной кладью и теперь ступал меж зеленовато-бурых кочек в легких черных кроссовках — настолько легких, что их можно сложить пополам и убрать в карман. Он мог бы с утра рвануть в «Уолмарт» за высокими ботинками на толстой подошве, но не хотелось давать родне лишний повод для разговоров, что кто-то сорит деньгами.

Десятка два его родственников, рассредоточившись вдоль колючей проволоки, стреляли в овраг. Традиция устраивать стрельбы в ожидании индейки и пирога зародилась давно, когда, вернувшись в дедушкин дом после церковной службы, они скидывали парадные костюмчики с галстуками и мчались через луг к ручью, где под присмотром двух-трех мужчин постарше выпускали пар, паля из пневматики и мелкашек. Теперь, уже сами родители, они съезжались на День благодарения, загрузив в багажники своих джипов дробовики, охотничьи винтовки и пистолеты.

Колючая проволока заржавела, а вот столбики из маклюры были почти как новые. Сорок лет назад Ричард и его старший брат Джон поставили эту ограду, чтобы скотина не забредала в овраг. Ручей не широкий — взрослый человек запросто его перешагнет, — но коров не учат перешагивать и вообще думать головой, поэтому они вечно застревали в овражке. Зато для стрельбища место было идеальное. Лето выдалось сухим, осень — холодной, и теперь обмелевший ручей бежал под тонкой коркой льда, а из склона, когда в него попадала пуля, сыпались комья земли, что позволяло стрелкам в следующий раз прицелиться точнее. Сквозь наушники Ричард слышал голоса добровольных помощников из числа зрителей: «На три дюйма повыше. На шесть дюймов левее». Бумканье дробовиков, треск мелкашек и пых-пых-пых самозарядных пистолетов заглушались до легкого перестука специальной электроникой в наушниках — полноразмерных, с прочным корпусом и регуляторами громкости по бокам. Вчера, собираясь на встречу, Ричард вспомнил о них в последний момент.

Он поминутно вздрагивал. Низкое солнце било в стофутовый ветрогенератор на поле за оврагом, и длинные тени лопастей чиркали по земле, как коса. Тень накрывала Ричарда и мчалась дальше, уступая место следующей полосе, солнце пропадало за лопастью и вспыхивало опять. Это было новшество. В его молодости о существовании мира за горизонтом свидетельствовали только элеваторы, а теперь над прерией вздымались циклопические ветряки — единственный внушительный элемент здешнего пейзажа. В краю, где все остальное словно застыло в коме, крутящиеся лопасти мгновенно привлекали взгляд: казалось, они вечно прыгают на тебя из-за угла.

Несмотря на ветер, напряжение в мышцах лица — предвестье головной боли — отпустило впервые с приезда в Айову. Обычно везде, где собиралось семейство — в доме, в ближайшей гостинице, на футбольном матче во дворе, — он постоянно чувствовал на себе взгляды. Иное дело здесь, где каждый занят своим оружием и следит, чтобы дуло было направлено за колючку. Если на него и смотрели, то при коротком разговоре глаза в глаза, говоря ОТ-ЧЕТ-ЛИ-ВО, чтобы докричаться через наушники.

Младшие родственники, салаги и сопляки, обращались к нему «Дик», чего Ричард терпеть не мог, потому что так в его юности звали Никсона. Он откликался на имя Ричард и на прозвище Додж. За долгую поездку на машине из пригородов Чикаго, Миннеаполиса или Сент-Луиса родители наверняка рассказали детям, кто есть кто, — может, даже показали пачки фотографий и распечатки генеалогического древа. Ричард не

На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Весь Нил Стивенсон в одном томе - Нил Стивенсон бесплатно.
Похожие на Весь Нил Стивенсон в одном томе - Нил Стивенсон книги

Оставить комментарий