В своих кругах он считается весьма компетентным специалистом, причем, в том числе, и за умение постигать «дух времени».
– Знаком с ним лично?
– Общались по сети. Но в реале — нет.
– Так познакомься. Сегодня у них по программе пресс-конференция, общение с народом. Вот и присмотрись к нему. Потом напишешь отчет, а уже послезавтра отправишься за океан.
– Хорошо, Иван Александрович.
Алекс прекрасно понимал, что на каждого члена основного экипажа первого межзвездного корабля Земли и так имеется масса отчетов, психологических портретов и характеристик. Но если шеф хочет получить проекцию и с этой стороны, так в чем же проблема?!
– В любом случае, все они попадут на Филлину только через полтора года с лишним, – продолжил шеф. – А ты — через месяц. Поэтому разберемся сначала с твоей миссией. Раскрой карту!
Алекс пробудил вирт и растянул экран на максимальную ширину. Он чувствовал воодушевление. Об этой планете он грезил последние два года. Неужели ему представится возможность увидеть ее воочию?!
Карта Филлины не оставляла равнодушным никого из посвященных. Далекая планета так сильно походила на Землю, что некоторым было даже трудно объяснить для себя такое сходство, не прибегая к мистике.
Два крупнейших материковых массива планеты напоминали по своем очертаниям обе Америки и Евразию с Африкой. Впрочем, существовали и серьезные различия. Так, филлинский аналог Нового Света, который местные жители без особых изысков называли Западным континентом, казался Алексу похожим на искривленный наконечник копья, протянувшийся с севера на юг от 75-го градуса северной широты до 75-го градуса южной. На севере материк расширялся, его протяженность с запада на восток превышала четыре с половиной тысячи километров, а на крайнем юге сужался до узкой полоски, повторяющей изгибы исполинского горного хребта, растянувшегося вдоль западного побережья всего континента. Конечно, никакого аналога Панамского канала здесь быть не могло, а кругосветные путешествия на Филлине до сих пор представляли собой редкие и памятные события.
Восточный континент, через крайнюю западную точку которого на местных картах проходил нулевой меридиан, был значительно больше Западного. Его очертания походили на огромное, очень неровно обрезанное и вдобавок треснутое полукольцо, обращенное к югу. На западе, примерно на 40-м градусе северной широты, континент прорезало длинное и узкое внутреннее море, отделявшее от материка вытянутый полуостров длиной почти в три тысячи километров.
Эту часть планеты так и тянуло сравнить с Европой. Тем более, что именно по обе стороны моря, которое местные жители к тому же еще и называли Срединным, находился основной очаг технической цивилизации. Однако полуостров выглядел каким-то скучным, не было на Филлине ни своей Скандинавии, ни Италии, ни даже Ютланда, а тамошний аналог Британии походил, скорее, на смазанную кляксу или согнутый в дугу и увеличенный раза в два Крит.
Да и само Срединное море, лишенное крупных островов, больше всего напоминало Красное, причем не только по своим очертаниям, но и геологически. Такое же рифтовое образование, появившееся в месте разлома между двумя материковыми плитами, которые в этом месте расходились, а восточнее, наоборот, сталкивались, образуя чудовищную по своей высоте и протяженности горную систему, протянувшуюся через весь континент. Жители планеты, любящие короткие и емкие названия, называли ее Великой Южной Стеной.
На север от Стены тянулись к далекому полярному океану великие реки, проходя через широкие степи и тайгу. Однако здешняя Сибирь, от которой отрезали Чукотку с Камчаткой по самые низовья Лены, казалась какой-то маленькой. Поэтому между Восточным и Западным континентами вместо тянущихся навстречу друг другу полуостровов пролегали тысячи километров бурного и неприветливого океана.
Южнее Срединного моря, где располагался местный аналог Африки, береговая линия уходила на юго-восток, достигая пятидесятого градуса южной широты. Восточное побережье было вогнутым, так что филиты имели полное право назвать свой Индийский океан Круглым. Тем более, что никакой Индии там не водилось, а роль местного Дальнего Востока играл треугольный полуостров, простиравшийся от десятого градуса северной широты до тридцатого градуса южной. К юго-западу от него тянулась длинная цепь островов, очерчивающая внутренний контур исполинского кольца. Еще одна островная цепь уходила далеко на юг, доставая почти до полюса.
Присмотревшись, Алекс без особого труда нашел искомый Карбахар — небольшой клочок земли на южном склоне Стены примерно на семидесятом градусе восточной долготы. Если перейти горы, попадешь в крупнейшее государство Восточного континента Чинерту, которое порой так и тянуло сравнить с Россией. Причем сходство у них действительно было. И в географии, и в истории, и вообще…
– Насмотрелся? – чуть насмешливым вопросом шеф вывел его из легкого транса. – Давай теперь прикинем, какие перед тобой стоят задачи.
– Во-первых, сбор информации о Филлине, – начал Алекс.
– Безусловно. Экономика, социология, культура. Все, что можно увидеть изнутри. Хотелось бы, конечно, чтобы ты успел навестить хотя бы крупнейшие государства, но не знаю, сколько времени у тебя будет. Вряд ли много. Так что твоя первоочередная цель — все-таки не Филлина, а Империя.
– Космическая война с точки зрения завоевываемых? – хмыкнул Алекс, едва не поперхнувшись на сложном слове.
– Нет, желательно с точки зрения завоевателей, – шеф совершенно не собирался шутить. – Этот захват Филлины, на которой они нам фактически назначили рандеву еще тридцать лет назад, очень дурно пахнет. Система Хары находится почти точно между Землей и имперской Метрополией, поэтому у наших стратегов не могла не возникнуть мысль о плацдарме или промежуточной базе.
– Но это наверняка только один смысловой уровень, за которым могут скрываться другие, – подхватил Алекс.
Он примерно знал, что хочет сказать ему шеф, и сам сформулировал эту мысль, только короче.
– Верно, – подтвердил Иван Александрович. – Проблема в том, что мы до сих пор не понимаем до конца их планов и замыслов. Объяснения, которые нам дали имперцы, в целом соответствуют известным фактам, но ты сам знаешь, как ими можно манипулировать. Там, на Филлине, кээн будут, так сказать, в своем естественном виде. Поэтому я очень надеюсь на твою интуицию, внимательность и… самостоятельность.
– Вы хотите сказать, что посылаете меня на холод? – нахмурился Алекс.
– У тебя будет связь с полярной базой, но не думаю, что ты сможешь поддерживать ее после вторжения. Имперцы объявляют на Филлине карантин, якобы, для предупреждения инцидентов. Поэтому если кто из землян останется на планете, то на свой страх и риск. Кроме того, думаю, тебе будет лучше сразу уйти в самостоятельное плавание. Пусть на базе никто не знает, где ты, и как тебя искать. Так им будет
