Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Глаза у Зулы блестели — и от гордости за дочь, и от мыслей о любимом дяде.
— София, — сказала она, — я должна кое-что у тебя спросить. Когда ты пошла в колледж, то еще не определилась со специальностью, но была почти уверена, что это будет религиоведение, или классическая литература, или что-нибудь в таком роде. Именно этим ты в основном и занималась на первом курсе. А потом вдруг резко свернула в направлении когнитивистики, нейрологии, компьютерных наук.
София кивнула, немного нетерпеливо:
— Это просто более технический способ подобраться к тем же вопросам.
— Понимаю, солнышко. Но я хочу знать, просто ради моего собственного любопытства: как давно ты обо всем этом думала? Наш теперешний разговор — ты шла к нему годы?
София мотнула головой:
— Несколько месяцев. То есть, конечно, интерес к нейробиологии у меня появился от того, что в детстве я слушала твои застольные разговоры с Корваллисом и другими насчет МД. Но идея самой туда влезть и запустить программу? Об этом и думать было нечего, технически говоря, пока не появилась «Дыра-в-стене».
— Что-то я про это слышал, — сказал Маркус. — Самый большой в мире параллельный мультипроцессор. Но вам придется мне помочь.
— Это примерно в ста милях отсюда, в каньоне Дыра-в-стене, бассейн реки Колорадо. По совпадению, недалеко от Эфраты, чуть ниже ее по течению. Мультипроцессор построили на месте бывшего алюминиевого завода. Так что там дешевые электричество и холодная вода.
— В той части штата много дата-центров, — заметил Маркус. — Уже не первый десяток лет. Почему именно «Дыра-в-стене» все меняет?
— Это первый такой центр, построенный исключительно на квантовых вычислениях.
— А вы считаете, что квантовые компьютеры лучше моделируют работу мозга? — Скепсис в голосе адвоката был мягким, но различался вполне отчетливо.
— В этом вопросе я агностик. Но знаю — это доказано многими серьезными исследованиями, — что они лучше выполняют операции, необходимые для безопасных, распределенных вычислений.
— Распределенных… в облаке, — пробормотала Зула.
У ее дочери вырвался тихий вздох.
Это было поколенческое. Зула застала переход от эпохи, когда бо́льшая часть вычислений выполнялась локально, на ее компьютере или ноутбуке, к тому времени, когда они распределились между удаленными серверами где угодно. Тогда сказать «в облаке» значило блеснуть осведомленностью, сейчас человек только обнаруживал этим свой возраст.
— А под «безопасными» ты подразумеваешь…
— Это означает, что процессы — миллионы разных исполняемых модулей на бог весть каком числе реальных или виртуальных машин — не должны друг на друга полагаться. Им не нужно друг друга знать. Когда им надо общаться, они делают это… — София на миг прикрыла веки, может быть, чтобы не закатить глаза, — они делают это, как все такое сейчас делается — через распределенные реестры.
— Блокчейн? — спросила Зула.
Вновь справившись с собой, чтобы не закатить глаза, София ответила:
— Куда более эффективные алгоритмы, чем блокчейн двадцатилетней давности. Но по-прежнему требующие большого числа быстрых вычислений.
— Итак, если думать об этом… — Зула подняла руку, прося пока не возражать, — если вообразить, чисто теоретически, что у нас есть один процесс — то, что раньше называлось компьютерной программой, и процесс этот делает только одно — моделирует работу одного-единственного нейрона в мозгу. Больше ничего не делает.
София кивнула и сделала движение рукой — продолжай, мол. Может быть, это даже значило «не тормози».
— Он выполняется на сервере эфратского дата-центра. Занимается только собой. Однако в мозгу настоящие нейроны связаны с другими нейронами — в том-то и суть. Потому-то мы потратили миллиард долларов, чтобы отсканировать коннектом дяди Ричарда.
— Да, — сказала София. — А где-то еще — может, на том же сервере, может, на другом сервере того же дата-центра, может, в совсем другом дата-центре на барже у берегов Калифорнии, или где там еще, такие же процессы-клоны моделируют каждый по нейрону. Все нейроны связаны. Время от времени нужно передать послание от одного нейрона к другому.
— Нейрон выстреливает, — подхватил Маркус.
София на мгновение умолкла, быть может, перебарывая желание заменить употребленное Маркусом слово на более научное.
— Ну или что там еще. Аксоны. Синапсы. Дендриты, — добавил Маркус.
— Мы довольно плохо знаем, как это на самом деле работает, — сказала София, — но в любом случае, как ни моделируй мозг, у вас будет много независимых процессов, и они должны коммуницировать по схеме подключений, которую, в сущности, и представляет собой коннектом. И каждый сигнал — каждый акт коммуникации — влечет затраты, которые придется оплачивать, поскольку тут нужны и вычисления, и пропускная способность. Если делать все как положено, с шифрованием…
— «Как все сейчас делается», — процитировала Зула недавние слова Софии и подмигнула Маркусу.
— …да, то затраты велики, а все одновременно и дорого, и медленно. Компании, строящие квантовые компьютеры, изо всех сил искали, как это дело ускорить. Не дожидаясь, когда закон Мура обеспечит желаемое быстродействие, они сумели прыгнуть на годы и десятилетия вперед.
— Безопасные распределенные вычисления? — спросил Маркус.
София кивнула и принялась водить руками в воздухе. Маркус и Зула, понимая, что она управляет пользовательским интерфейсом, надели очки. Посреди кабинета возникло слайд-шоу из нескольких тысяч фотографий, сделанных Софией и ее друзьями в поездке через страну. Зула узнала дом Фортрастов в Айове, потом Зула прокрутила снимки к более новым.
Центральная часть штата Вашингтон сразу узнавалась по красно-бурому базальту, лиловой полынной дымке и синеве реки Колумбия. На плоском треугольнике аллювиального шлейфа в устье щелевидного каньона стояло пыльное здание в паутине кабелей. Большую парковку для синеворотничковых работников, исчезнувших как класс, занимали всего три машины. Возле одной из них — пикапа с надписью «Служба безопасности» — стоял крупный мужчина в зеркальных очках. Он наблюдал за Софией (или за тем из ее друзей, кто сделал фотографию) и, безусловно, вел видеозапись.
— Именно это и происходит в каньоне Дыра-в-стене, — говорила София. — Внешне это обычный мультипроцессорный центр. На входе электричество и холодная вода, на выходе биты и теплая вода. Однако внутри этого старого завода происходит в тысячи, если не в миллионы раз больше вычислений, чем в мультипроцессорных центрах старого образца выше по течению.
— Ясно, — сказал Маркус. — Теперь я понял, что вы имели в виду, когда говорили, что квантовые компьютеры меняют все в моделировании мозга.
— Идея не моя, — призналась София. — Солли, один из моих преподавателей в Принстоне, высказал
- Зеленый мозг - Фрэнк Герберт - Научная Фантастика
- Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ) - Гамильтон Эдмонд Мур - Космическая фантастика
- Семиевие - Нил Стивенсон - Научная Фантастика
- Вечеринка в стиле «вамп» - Алекс Кош - Боевая фантастика
- Трилогия о капитане Немо и «Наутилусе» в одном томе - Жюль Габриэль Верн - Научная Фантастика
- Легко ли стать вровень - Юрий Медведев - Научная Фантастика
- Унесенный ветром - Николай Метельский - Боевая фантастика
- Очки - Михаил Кривич - Научная Фантастика
- Дочь Деметры - Мария Самтенко - Космическая фантастика / Любовно-фантастические романы / Прочие приключения
- Ранний Азимов (Сборник рассказов) - Айзек Азимов - Научная Фантастика