Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Тот согласился и обрел силу ума, а равно устойчивый облик быстрее любой известной Ждоду души. Имя он себе взял Плутон, ибо так ему вспомнилось.
Плутона влекло устроение Земли. Научившись ее преобразовывать, он принялся расхаживать по разным краям (крыльев у него не было) и совершенствовать их облик. Общие формы, созданные Ждодом, он не менял, но придавал им бо́льшую сложность и разнообразие. На гладких адамантовых обрывах пролегли извивы и трещины, их пронизали жилы и слои невиданных прежде камней. Горные породы, созданные Плутоном, состязались красотой и разнообразием с цветами в Саду. Ждод знал, что Плутона огорчает скопление ошибок, породившее Узел, и, дай ему волю, он бы все там сровнял и пересоздал. Посему Ждод постановил, что Узел должен оставаться неизменным.
Избавившись от чужого глаза, Ждод вернулся к Твердыне и сделал ее больше и сложнее, чем требовалось для какой-либо цели, ибо его не отпускала память о неудаче в сквере. Чтобы прогнать сомнения, он должен был доказать себе: его способность лепить мир по задуманному нимало не оскудела. В этом он скоро убедился и чувствовал, что близость хаоса не помеха, а скорее помощь. Некогда его злейший враг, хаос превратился в источник творчества. По пути от исполинского карниза Ждод вновь прибег к силе хаоса и окружил все это место ураганами. Ураганы подхватывали брызги от бесчисленных водопадов, окутывая Узел стеной грозовых бурь, сквозь которую могли пройти лишь Плутон и сам Ждод.
И все же, вернувшись к Дворцу, он не смог воздвигнуть четвертую башню со стороны Города. Страж, который вроде бы вполне оправился, смотрел на него с изумлением. Чуть поодаль стояли Всеговор и Самозвана, тоже наблюдая за ним, и Ждод знал: из Города на него смотрят и другие души.
Позже, размышляя об этом в Саду, он нашел ответ — все дело в других душах, в их восприятии. В одиночестве он волен менять что угодно — надо лишь вообразить желаемый результат. На глазах у других душ все сложнее. Видимо, любая перемена — например, строительство башни — производит соответствующие перемены в умах всех наблюдающих душ. А души сильны сами по себе и обладают некоторой инерцией, особенно когда должны согласно увидеть создаваемое со множества разных точек зрения. Все в мире связано узами, которые необходимо разорвать, прежде чем произвести перемены, и узы эти плетутся восприятием душ.
Он отослал Стража, Всеговора и Самозвану и повелел туману собраться вокруг холма. (Туманы, как и другие атмосферные явления, были теперь не редкостью.) Как только Дворец окутало мглой, Ждод без труда возвел четвертую башню. Еще он добавил перед Дворцом новые помещения: комнату между Сторожкой и главным залом, где мог бы поселиться Всеговор, дабы разговаривать с другими душами, и башню над Сторожкой — для Самозваны, если ей захочется здесь жить.
Когда туман рассеялся и души увидели новый облик Дворца, в их умах произошли перемены, но Ждоду не надо было для этого трудиться — мир просто сказал им, каково все теперь. Дабы подтвердить свою догадку, он дождался ночи (в это время все души уходили в дома). Ждод спустился в Сквер и на всякий случай еще окутал площадь туманом. Без всякого труда он поднял застрявший в траве камень и воздвиг башенку наподобие тех, какие поставил по углам Дворца.
После этого во Дворце и в Городе на время воцарился порядок. Всеговор занял свою новую комнату, а Самозвана обжила башенку над Сторожкой.
Лето сменилось осенью. Ждод взял в обычай иногда ходить по улице и гулять в Сквере, приглядывая, чем заняты прочие души, и давая им себя посмотреть. Он теперь узнавал и другие души, чем-либо себя отличившие. Одна любила сидеть на башенке в Сквере и просто глядеть иногда днями напролет; Ждод назвал ее Долговзорой и устроил ее комнатку наверху четвертой башни Дворца, той, что смотрела на Город. Еще один обустроил свое жилище на удивление красиво и сложно; его Ждод нарек Делатором и поселил в домике рядом с боковой стеной Дворца, дабы тот изготавливал новые вещи вдали от мешающих взглядов остальных душ.
Ждод научил Самозвану летать на большие расстояния и показал, как преодолеть завесу бурь вокруг Твердыни. Зимой ураганы бушевали особенно яростно, но гибкое тело и проворные крылья Самозваны с ними справлялись. Делатор, напротив, был из тех нелетающих, чьи крылья усохли за ненадобностью. Ждод иногда переносил его в Твердыню и оставлял там на недели ее улучшать. Здесь Делатор научился творить вещи из различных металлов, прозрачного камня и новых горных пород, которые разместил в недрах Узла Плутон. Делатор добывал минералы и руды с помощью других душ, чью страсть к земле подметила Долговзора.
Сам Ждод тем временем подолгу трудился в Саду. Он задумал нечто сложнее всего, что сотворил с тех пор, как впервые извлек себя из хаоса.
Замысел пришел, когда Ждод смотрел с высоты на Сквер и движущиеся души пробудили еще одно почти-воспоминание. У него росла уверенность, что в мире, где он жил, пока не умер, обитали существа, движущиеся по собственной воле. Этим они отличались от деревьев, травы и цветов, которые были неподвижны и лишь колыхались на ветру. Однако не были они и душами, а принадлежали к некоему промежуточному разряду. Думал Ждод о них давно и чувствовал, что Земля без таких существ остается незавершенной. Однако мысль была настолько смутной, что он нисколько не продвинулся, пока случайно не догадался собрать цветы в клумбы — этим, взяв у него общую идею, занималась теперь Самозвана. Благодаря ей цветы были везде, даже там, где им быть не положено, например на ветках деревьев. Долговзора часами глядела на них с легким смущением, которое не умела выразить словами, но легко передавала через единение аур: цветы, хоть и прекрасные, были одиноки и стали бы лучше, роись вокруг крохотные души-которые-не-совсем-души. Они должны порхать на маленьких крылышках, садиться на цветы и наполнять воздух негромким гулом.
Теперь Ждод не мог успокоиться, пока не создаст этих существ. Он трудился в Саду, а когда благоухание и красота цветов начинали его отвлекать, летел в Твердыню и пытался вызвать существ из хаоса. Он вложил смутный образ в разум Делатора, и тот попытался сотворить крылья из металла и стекла. Крылья были прекрасны и похожи на то, что надо, однако не умели летать. Для этого нужна была оживляющая сила, Ждоду недоступная. Он забирал творения Делатора и ставил в Саду, где холодное зимнее солнце играло в стекле и вспыхивало на полированных металлических жилках, но
- Зеленый мозг - Фрэнк Герберт - Научная Фантастика
- Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ) - Гамильтон Эдмонд Мур - Космическая фантастика
- Семиевие - Нил Стивенсон - Научная Фантастика
- Вечеринка в стиле «вамп» - Алекс Кош - Боевая фантастика
- Трилогия о капитане Немо и «Наутилусе» в одном томе - Жюль Габриэль Верн - Научная Фантастика
- Легко ли стать вровень - Юрий Медведев - Научная Фантастика
- Унесенный ветром - Николай Метельский - Боевая фантастика
- Очки - Михаил Кривич - Научная Фантастика
- Дочь Деметры - Мария Самтенко - Космическая фантастика / Любовно-фантастические романы / Прочие приключения
- Ранний Азимов (Сборник рассказов) - Айзек Азимов - Научная Фантастика