– холодно отозвался парень, жестко глядя ему в глаза. – В лесу столкнулись. Я эту встречу пережил. Они – нет.
– И много их было? – не сдержал купец любопытства.
– А ты что, полицейский дознатчик? – фыркнул парень. – Много лишних вопросов задаешь. Берешь, или нет?
– Ну, вы же понимаете, что просто так я этот товар выставить не смогу, – зашел купец издалека.
– Понятно, – презрительно скривился Елисей. – А ты говорил, что человек надежный, – повернулся он к Изе. – Нет, уважаемый. Так дело не пойдет. Или назови нормальную цену, или давай прощаться.
В ответ купец только растерянно крякнул, не ожидая подобной отповеди.
* * *
Спустя три недели караван втянулся в ворота крепости, и Елисей направил свою повозку к дому. Марья, увидев его, тихо ахнула и кинулась помогать распрягать коней. Улыбнувшись ей, парень ловко обтер коней пучками соломы и, заведя их под навес, велел:
– Маш, ты беги в дом, стол освободи и лавку какую. Сейчас я туда всякое таскать стану, что из города привез.
– Так много привез? – послышался голос, и на крыльцо вышла бабка Радмила.
– Нам хватит, – рассмеялся Елисей, отбрасывая в сторону брезент, которым укрывал поклажу.
С подарками он угадал. И ковры и ткани пришлись женщинам по душе. Но самое большое оживление вызвало очередное зеркало, которое он достал из кучи тканей. Что ни говори, а товар этот тут все еще был редкостью, доступной не каждой семье. Привез он и один волшебный фонарь. Вещь необычная, а значит, интересная. Понятно, что покупать такой фонарь простые казаки не станут, а вот купечество и офицеры должны заинтересоваться.
Последним подарком стал револьвер. Достав из очередного свертка открытую кобуру с револьвером и ремень с нашитыми на него газырями под патроны, Елисей протянул все это Марье, велев:
– Надень и возьми его в руку.
– Неужто сделал? – ахнула Радмила, увидев оружие.
– Я ж обещал, – развел Елисей руками.
Послушно затянув на талии пояс, Марья аккуратно вытащила из кобуры револьвер и, покрутив его в руке, удивленно протянула:
– Удобный и легкий. А как стрелять с него?
– Вот закончу с делами, сходим с тобой в овраг, там и научу, – пообещал парень.
– И верно, Марья. Неча в крепости палить попусту. Сама знаешь, солдаты стрелять завсегда в овраг ходят, – поддержала его Радмила. – Ну, Елисей, угодил, – продолжила бабка, повернувшись к парню. – Вот уж не чаяла, что вспомнишь.
– Так говорил же, задачка не сложная, – отмахнулся парень. – Тут главное, ствол. Чтоб калибр поменьше был. А остальное уже отработано.
– Что дальше делать думаешь? – помолчав, тихо спросила бабка. – Один раз получилось из крепости ускользнуть. А второй может и не получиться.
– Знаю, – помрачнев, кивнул Елисей. – Есть одна мысль. Но тут все как следует взвесить надо. Да и разузнать кое-что.
– А что узнать-то хочешь? – подумав, уточнила бабка. – Ты для начала меня спроси. Я тут почитай все и всех знаю.
– Узнать хочу, что за второй клан в этом деле объявился. Ну, один, понятно. А вот второй откуда?
– Так то родственники, – понимающе усмехнулась бабка. – Кланы слабые, потому и пошли в набег вместе. Собрали самых ловких воинов и отправились. Потому и два.
– И где их искать? – иронично уточнил Елисей.
– А там же, в предгорье. В тех местах только два клана и обитают, – усмехнулась Радмила в ответ. – Их старые казаки все знают. А вот так вражду они в первый раз объявляют. Обычно не рисковали. Странно это.
– Вот и я думаю, что странно, – вздохнул Елисей.
– Хочешь первым ударить? – догадалась бабка.
– Есть такая мысль, – задумчиво кивнул парень.
– Ну, может, оно и верно, – помолчав, тихо вздохнула Радмила.
Елисей понимающе кивнул. Ему и самому не хотелось лишней крови, но эту игру затеял не он. Впрочем, ему одному было проще. Кивнув собственным мыслям, Елисей поворошил кучу тканей на столе и, махнув рукой, отправился к себе.
«Похоже, пришло время вспомнить, что такое одиночный выход, – думал он, присаживаясь к столу. – Придется изобразить волка у овчарни. Думаю, через недельку регулярного отстрела они сами пощады попросят. Главное, из крепости тихо уйти».
От размышлений его оторвал тихий стук в дверь.
– Бабушка велела тебе к ней зайти, рану показать, – передала Марья и, не дожидаясь ответа, исчезла.
– Рану? – проворчал парень, потирая снова занывший бок. – Да, рану посмотреть надо.
Пройдя на бабкину половину, он скинул рубашку и, повернувшись к окну, позволил Радмиле осмотреть едва заживший шрам.
– Никак чего тяжелое таскал? – сурово поинтересовалась бабка.
– Было, – нехотя признался Елисей.
– От дурной, – укоризненно вздохнула бабка.
– Так иначе никак было, – развел парень руками.
– Ладно. Присядь, – скомандовала бабка, доставая с полки склянку с какой-то мазью.
Ловко обработав шрам, она задумчиво пожевала губами и, что-то еле слышно проворчав, взяла с той же полки шкатулку. Достав из нее рулон отбеленной тонкой холстины, которую тут применяли вместо бинтов, бабка все так же ловко перевязала его и, махнув рукой, посоветовала:
– Не спеши с войной. Дай зажить как следует.
– И сам бы рад, да кто меня спрашивать станет, – вздохнул парень. – Не сегодня-завтра найдется у них стрелок, тогда мне совсем весело станет. Нет. Тут придется первым бить. Так, чтобы собственной тени бояться начали.
– А сумеешь? – спросила Радмила.
– Придется суметь, – скривился Елисей. – Тут главное – лишней крови избежать. Не хочу баб с детишками задеть. А то б я им своими гранатами такую веселую жизнь устроил, что они из дома бы боялись выходить.
– А вот это ты правильно решил, – одобрила бабка. – Не нужно лишней крови. Иначе это никогда не закончится.
– А вот тут все от баб зависеть будет, – философски протянул Елисей. – Коль решат они, что не надо, тогда и сыновей правильно воспитают.
– Это верно, – вздохнула в ответ бабка.
Одевшись, Елисей вернулся в свою комнату и, присев к столу, снова вернулся к своим мыслям. А подумать ему было о чем. Просто реагировать на нападения было глупо. Раз пронесет, второй, а на третий может и не повезти.
