class="p1">– Полезай внутрь, – еще более холодно повторяет он, а когда я не двигаюсь с места, добавляет, – поговорим там.
Фыркаю и отворачиваюсь. До чего же он бесячий, и прекрасно знает об этом. Убираю катану в ножны и берусь за ручку вагона, Джаред подсаживает меня и забирается следом. Тихо прикрывает дверь и указывает на дальний угол. Отхожу к противоположному краю, сажусь на пыльный пол и медленно разматываю повязку. Возможно, сейчас не самое подходящее время, но пока идет кровь, монстры всегда вычислят мое местоположение. Смотрю на небольшие ранки и возвожу глаза к потолку, благодаря Вселенную за то, что тварь успела только впиться в кожу когтями, но не дернула лапой, чтобы разодрать мою конечность до кости. Кровь остановилась, но отметины от когтей доставляют дискомфорт в виде пульсирующей боли и периодического онемения. Достаю из кармана сердце хакатури и смотрю на наблюдающего за мной Джареда, стоящего рядом с дверью.
– Ну? – спрашиваю настойчиво.
Он вздыхает, но мне абсолютно наплевать на его недовольство, или что он там испытывает.
– Идти в жилые коридоры было бы самым глупым решением, – уверенно заявляет он. – Там все пропахло людьми, и монстры хлынут туда потоком. Их встретят вооруженные кордоны. Люди сейчас на взводе, и нам не стоило соваться под перекрестный огонь. Кроме того, если ситуация обернется еще более скверным образом, отсюда на поверхность ведет запасной выход.
Чувствую, как нагревается кристалл, который я все это время растирала между ладонями. Прикладываю его к ранкам и решаюсь уточнить:
– А сразу этого нельзя было сделать? Зачем мы засели в этом поезде?
Джаред бросает на меня хмурый взгляд, после чего возвращается к своему занятию по разглядыванию обстановки за окном.
– Я не уйду без Джорджии.
Заканчиваю с лечением, прячу все еще горячее сердце в карман и поднимаюсь.
– Насколько надежно убежище, в которое она ушла?
Джаред оглядывается, мельком осматривает меня, потом в два коротких шага преодолевает разделяющее нас расстояние и поднимает с пола окровавленный рукав, служивший мне повязкой.
– Монстры не попадут туда, только если им не откроют изнутри, – сообщает он, возвращается к двери, приоткрывает ее и выбрасывает остатки рукава наружу.
Недоуменно наблюдаю за его действиями, но спросить, что он делает, не успеваю. Жестом он дает понять, что надо вести себя тихо, а потом и вовсе велит пригнуться. Выполняю в тот же миг, когда до слуха долетает приближающийся клекот. Стискиваю зубы, ощущая, как с силой колотится сердце, и кажется, что оно вот-вот пробьет ребра. Похоже, не все монстры решили пойти в пропахшие людьми коридоры.
Джаред подходит к перегородке, разделяющей кабину машиниста и вагон поезда. Наблюдаю за тем, как он медленно, стараясь не создавать лишнего шума, открывает дверь и так же безмолвно велит мне перебираться в вагон. Беспрекословно выполняю. Пригибаясь еще ниже, покидаю кабину и медленно продвигаюсь в сторону выстроенных вдоль стены сидений. Замираю рядом с самым крайним и осторожно выглядываю в окно. Тут же присаживаюсь и прижимаю руку к горлу, желая вернуть готовый выскочить наружу желудок на место. Я успела увидеть не так много, но этого вполне хватило. Несколько самок кружат между поездами и обнюхивают землю, но не это главное. Как минимум двое монстров находятся неподалеку от выхода. Они не самые крупные из когда-либо виденных мной, но и этого вполне достаточно.
Вздрагиваю, когда кто-то касается моего локтя. Резко хватаюсь за пистолет, но мгновенно успокаиваюсь, увидев, что это всего лишь Джаред. Он прижимает палец к маске в том месте, где скрываются губы, и я зависаю, проваливаясь в воспоминания.
Кажется, это было целую вечность назад. Мы с Картером точно так же скрывались от тварей в темноте заброшенного стадиона. Помню уверенное выражение его глаз, которые очень похожи на те, что смотрят на меня сейчас. Боль пронзает сердце. Возможно, прямо сейчас Картер идет по моему следу вовсе не для того, чтобы защитить. Но я не могу думать ни о чем другом, кроме того, что не хочу, чтобы он пострадал от лап какого-нибудь монстра, которых здесь немало, или еще от кого-нибудь. Похоже, со всеми последними событиями у меня развилось раздвоение личности.
– Эмили? – шепотом произносит Джаред, вырывая меня из круговорота противоречивых мыслей.
Моргаю, прогоняя видение прошлого. Помогает, и вот я снова вижу перед собой другое лицо.
– Что будем делать? – едва шевеля губами спрашиваю я.
Надеяться на то, что твари просто развернутся и покинут эти места, не приходится. А значит, у нас нет выбора, кроме как разобраться с ними. Но как это сделать, не привлекая внимания еще большего количества монстров и самок? Если мы начнем стрелять, сюда сбегутся все, кому не лень. Но надо быть реалисткой, чтобы понимать, одной мне при помощи меча не избавиться от них. Да и не настолько мастерски я владею этим оружием.
– Двигайся в конец вагона, – говорит Джаред. – Если повезет, часть из них уйдет, после этого попробуем разобраться с оставшимися без лишнего шума.
Киваю. Выходит, наши мысли в этот момент оказались схожи.
Наблюдаю за тем, как Джаред тянется к ножу, висящему сбоку на поясе, легким движением вынимает его из ножен, после чего поправляет ремешок с автоматом и задвигает его за спину. Глубоко вздыхаю, на пару мгновений прикрываю глаза, поднимаю руку, мимолетно касаюсь пальцами холодного кристалла, висящего на шее, а после достаю катану. Коротко взглянув на Джареда, замечаю уверенность в его сине-черных глазах, еще раз киваю ему и не спеша начинаю продвигаться в указанном направлении. Прислушиваюсь к копошению и негромкому клекоту за пределами поезда. Пока звуки не указывают на то, что нас заметили, но я все равно стараюсь дышать через раз, чтобы не пропустить момент, когда это произойдет.
Преодолеваю второй ряд сидений и двигаюсь вдоль двери. Снаружи раздается отвратительный скрежет, и я замираю на месте. Передергиваюсь всем телом от звука, похожего по звучанию на то, что кто-то проводит гвоздем по металлу. Поворачиваю голову и едва не задыхаюсь от ужаса, заметив за окном прямо напротив меня силуэт монстра. Бросаюсь к двери и прижимаюсь к ней боком. Прикладываю ладонь к маске, будто это поможет сдержать тяжелое дыхание. Воздух застревает в горле, и я едва не закашливаюсь, а в следующую секунду прямо над моим ухом раздается негромкий клекот, сопровождаемый утробным дыханием.
Все тело каменеет. Смотрю на Джареда, который замер в нескольких шагах от меня рядом с последним сиденьем. Его внимание направлено в сторону окна, вижу, как он с силой стискивает рукоять ножа. Непроизвольно делаю то же самое, лихорадочно соображая, что
