время советовал присмотреться к Владимиру Михайловичу, — отсалютовал мне бокалом Николай Александрович. — Ну а почему, граф, вы думаете, что подведете Гринева, если начнете службу в Приказе тайных дел?
— Насколько я понял, предполагаются частые поездки за границу, а они отнимают столько времени, — пояснил я свои слова. — Не мне вам рассказывать сколько дней у нас занимает каждая поездка по делам Департамента, когда приходится куда-то лететь. Вон, в Бухарском Султанате вообще считай неделю торчали.
— Да уж, Мухаммадкарим мужчина гостеприимный, это у него есть, — согласился Романов. — Но вы за это не переживайте. В случае с Шуваловым у вас таких проблем не будет, у этих ребят перемещения много времени не занимают.
— Это как? — не удержался я от вопроса.
— Владимир Михайлович, мы организация очень особенная, так что всяких секретов и тайн у нас очень много, — ответил мне Шувалов и в его глазах появился огонек. — Так что в свое время я обязательно удовлетворю ваше любопытство. Это произойдет гораздо быстрее, чем вы думаете.
Вот как? Это хорошо — терпеть не могу мучиться вопросами.
— Ну что же, Максим Иванович, я могу вас поздравить с появлением в рядах Приказа нового перспективного сотрудника, — сказал Романов.
Мы чокнулись бокалами, допили вино, а затем Император неожиданно сменил тему нашего разговора.
— Скажите, граф, что там у вас опять приключилось этой ночью? Мне доложили, будто бы у вас в имении снова какие-то беспорядки?
— Совершенно верно, Ваше Императорское Величество. Какие-то ублюдки вновь пытались убить меня. Как видите, их попытка не увенчалась успехом, но к сожалению, они убили троих моих людей, — сказал я и сокрушенно покачал головой.
— Как им удалось проникнуть в Ясные Горки? Если мне не изменяет память, они прекрасно защищены. Высокие заборы, лес, река…
— Вот как раз со стороны реки они и зашли, Николай Александрович. Мне кажется, использовались эликсиры водного дыхания или что-то типа того, — высказал я наше с Верховцевым предположение. — Сегодня там целый день были жандармы и люди из ведомства Бестужева, так что я думаю, скоро получу ответы на эти вопросы.
— Ну да, мне тоже интересно будет узнать… Вы знаете, у меня складывается такое впечатление, что когда вы не находитесь в отъезде, то вас обязательно кто-то пытается убить. Странно, не правда ли?
— Я тоже заметил, Ваше Императорское Величество, — кивнул я. — Думаю это оттого, что я слишком много времени трачу на личную жизнь и наживаю себе таким образом кучу врагов. Надеюсь, что после нашего сегодняшнего разговора у меня будет еще больше работы и мне просто некогда будет заниматься глупостями типа бизнеса.
Романов с Шуваловым переглянулись и дружно расхохотались.
— Что же… Желаю вам успеха в благом начинании… — сказал Николай Александрович вытерев слезы с глаз. — Но мне почему-то кажется, что в вашем случае это не сработает. Вам еще хоть десять работ дай, вы со своим неуемным темпераментом все равно найдете чем себя занять.
В ответ я промолчал. Что тут скажешь?
— Но вы, пожалуйста, будьте поаккуратнее и с дуэлями не частите, — он улыбнулся. — Все же, граф, пора бы немного остепениться.
— Да я, можно сказать, практически миротворец, Ваше Императорское Величество, иду себе своим путем потихоньку. Вот только он что-то не всем по нраву, — сказал я. — Но ваш совет непременно возьму на вооружение, дуэлей постараюсь избегать.
— Ладно, господа. Чертовски приятно было отужинать в такой приятной компании, но у меня еще масса дел на сегодня…
Николай Александрович начал вставать из-за стола, мы с Шуваловым вскочили чуть раньше. Затем попрощались и вскоре нас проводили во двор.
— Владимир Михайлович, вы не против немного прогуляться в моей компании? — спросил Шувалов, когда мы оказались с ним на улице.
— Конечно нет, ваше сиятельство. Прекрасный прохладный вечер, почему бы не пройтись?
— Вот и хорошо.
Мы медленно шли по тротуару, а позади нас катили наши машины охраны.
— Теперь, когда мы остались с вами вдвоем, я хотел бы поговорить начистоту. Может быть вам будет не очень приятно услышать это от меня, но тем не менее… Скажите правду, вы и в самом деле хотите работать в Приказе тайных дел?
Ого, какой любопытный разговор князь затеял. Что это, интересно знать, проверка или он и в самом деле ждет от меня честного ответа?
— Почему вы спрашиваете меня об этом, Максим Иванович?
— Ну хорошо, не спешите с ответом. Давайте для начала я сам начну. Вы ведь понимаете чем нужно будет заниматься? Дела разные и, как правило, чистыми их не назовешь…
— Так вроде бы не маленький мальчик, ваше сиятельство. Что поделать, если жизнь так устроена. Политика, деньги, власть… какое из слов не возьми, любое плохо пахнет, разве нет?
— Есть такое дело, — кивнул князь, затем остановился и посмотрел мне в глаза. — Но у нас ведь не только грязно, а еще и рискованно…
— Но я думаю за это хорошо вознаграждают или я ошибаюсь? — спросил я и встретил его взгляд.
Спустя несколько секунд он улыбнулся и мы продолжили путь.
— Не ошибаетесь, граф, вот в чем, а в скупости Императора упрекнуть сложно. Хотя у каждого ведь свои запросы… Кому-то всегда мало… Ладно, мы сейчас не об этом. Я все-таки хотел бы получить от вас окончательный ответ на свой вопрос.
Мы прошли пару десятков шагов молча, а затем он продолжил говорить.
— Видите ли, в Приказ никто и никогда не попадает без ведома Николая Александровича. Перед этим всегда следует примерно такой вот разговор, которой состоялся сегодня вечером у нас с вами. Люди часто соглашаются под влиянием авторитета Романова, хотя на самом деле не хотят этого, понимаете?
Князь сделал еще несколько шагов и вновь продолжил свою мысль.
— То есть хотят понравиться Романову, но не хотят заниматься грязными делами ради процветания Российской империи…
— Он и есть — империя, Максим Иванович.
— Сегодня — да, — он бросил на меня быстрый взгляд. — Я просто хочу, чтобы бы вы понимали это и знали, что не нужно идти наперекор себе. Если не хотите — откажитесь сразу. Не нужно пытаться угодить Романову или еще кому-либо. Скажите мне сейчас — нет и я найду как ему это объяснить… Просто скажу, что во время ужина
