– Давай же, делай предположение. Или я сейчас же отдам приказ убить кого-нибудь из наших пленников.
Его слова звучали равнодушно, но в глазах явно блеснула какая-то эмоция, которую Инна не успела прочитать.
– Я же сказала, что понятия не имею о том, что будет делать Мизуки, – с отчаянием в голосе сказала Инна.
Квантовит сделал еще один шаг, возвышаясь над ней, и девушка испуганно попятилась. А что, если он прямо сейчас ее съест? От такой мысли, казалось, все органы внутри нее пустились бежать отсюда куда подальше. Может, действительно сказать ему что-нибудь, просто чтобы он оставил ее и остальных в покое? Но что, если она и в самом деле случайно угадает действия Мизуки? Да даже наверняка угадает, потому что Андмор видит не только Инну, но и тысячи ее копий. Хоть одна из них, да должна сделать правильное предположение. Но тогда все жители Фориса окажутся в опасности.
– Я начну с Новака, его все равно никто из ваших не любит, – скучающе произнес Андмор. – Просто, чтобы доказать серьезность моих намерений. Если ты и после этого будешь молчать, то следующим пойдет Клод. Потом Алистер. И на десерт – твой отец. Такая ли уж ты благородная? Скольким людям ты позволишь умереть, прежде чем согласишься сотрудничать?
В ее теле и разуме царил полный хаос. Мысли в панике метались туда-сюда, глаза бегали по комнате, выискивая что-нибудь, чем можно было ударить квантовита, хотя она и не понимала, чем это ей поможет. Андмор все шел и шел вперед, вероятно, намереваясь вжать ее в стену. Инна уже была готова ляпнуть первое, что придет в голову, и тут вдруг что-то схватило ее. У девушки перехватило дыхание, а потом она ощутила, что атомы ее тела убегают прочь. Инна не сразу вспомнила, что нечто подобное она уже ощущала – когда ее захватил луч корабля квантовитов. Мелькнула белая вспышка, а потом девушка обнаружила себя стоящей посреди битком набитого зала для собраний в НИИ.
На какую-то секунду Инна решила, что она все еще спит. За последнее время она настолько привыкла к замкнутым помещениям без дверей и мебели, что комната, в которой было столь много стульев, и сцена, и шторы на окнах – здесь были окна! – все это показалось таким нереальным. Но в следующую секунду ее кто-то до боли стиснул в объятиях, и Инна сразу поняла, что все это происходит на самом деле.
– Инна! – визжала Мизуки. – У меня получилось! Я целый час пыталась тебя достать оттуда. Сначала я просто думала, что ты по-прежнему в той комнате, где стоит блок, но потом я увидела тебя вместе с Андмором, и стала пытаться… я думала, что не справлюсь, ведь ратилия осталась в квантовой реальности…
Помимо криков Мизуки, в комнате стоял шум. Все ученые о чем-то яростно спорили, и Инна даже растерялась. Она никогда еще не видела их такими.
– Что здесь происходит? – спросила Инна.
– Мы пытаемся понять, как предотвратить вторжение квантовитов, но никто не знает, как с ними бороться, – покачала головой Мизуки. – Ты очень вовремя появилась, Инна. Потому что нам очень нужен квантовый физик.
Глава 25
– Но подожди! – воскликнула Инна. – А как же мой отец и все остальные? Они по-прежнему там!
– Прости, но я не смогла их нащупать, – вздохнула Мизуки. – Их держат в комнате, которая как-то защищена, и я не могу ничего увидеть. Впрочем, если тебе интересно, я обнаружила Маклейн. Но сил мне хватило на перемещение только одной из вас. Не думаю, что в ближайшие несколько часов, а может, и больше, я смогу пользоваться своими способностями.
Только сейчас Инна обратила внимание на то, насколько измученной выглядит ее подруга. Она тяжело дышала, ее кожа была еще бледнее, чем обычно, и после всплеска эмоций Мизуки присела на краешек ближайшего стула. Казалось, еще немного, и девушка просто упадет в обморок.
– Здесь пользоваться такими способностями очень трудно, – еле выдохнула Мизуки. – Реальность не любит идеи и сопротивляется всему, что не соответствует ее планам. А я еще и без ратилии, на одном лишь соммелисе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Слушай, тебе надо отдохнуть, – с тревогой произнесла Инна. – Ты бы шла домой, поспала немного…
– Некогда мне спать, – отмахнулась Мизуки. – Полиция вот-вот переловит выпущенных мною психов, и тогда квантовиты вновь смогут предсказывать наши планы.
– Ты выпустила сумасшедших? – присвистнула Инна. – Это объясняет, почему Андмор не мог ничего увидеть.
Она хотела еще что-то спросить, но в этот момент через толпу спорящих ученых протолкнулась женщина. Инна сразу узнала доктора Селию Риччи и недовольно скривилась. Однако психиатр сохранила дружелюбное выражение лица.
– Я смотрю, тебе удалось вернуть к нам Инну, – ее голос был мягким и ласковым. – С возвращением.
– А она что здесь делает? – не спешила радоваться Инна.
– Все нормально, Селия теперь мне верит, – поспешно вставила Мизуки.
– Ну-ну.
Неожиданно Инна и сама ощутила резкую усталость, у нее даже в сердце закололо. Когда она в последний раз нормально высыпалась? Когда она в последний раз нормально ела? Все время с исчезновения ее отца, Инна либо куда-то бежала, либо сидела в замкнутом помещении, что не очень-то способствует расслаблению. Как же ей хотелось просто лечь на пол прямо здесь и заснуть, но она не могла. Город по-прежнему в опасности, как и ее отец.
– Думаю, мне стоит присоединиться к обсуждению, – предложила Инна.
– Хорошая мысль, – кивнула Риччи. – Я объявлю остальным, что ты вернулась.
Инна не стала возражать. Психиатр вышла на небольшую сцену, попросила тишины и сообщила, что Мизуки удалось вернуть из квантовой реальности одного из пленников. Заметив Инну, ученые забросали ее вопросами, крича так громко, что у нее разболелась голова. В конце концов, шум утих, и слово взял Эриксон. Выйдя вперед, он своим обычным сдержанным тоном произнес:
– Мисс Рябинина, Вы единственный ученый, который вернулся из квантовой реальности. Что Вы можете рассказать нам о квантовитах? Есть ли у них слабые места? И есть ли у Вас идеи, как их победить?
– Могу сказать то, что квантовиты не так уж далеки от правды, считая, что они во многом превосходят нас, – заметила Инна. – Их мозг видит все те возможности, которые нам людям, недоступны, но при этом у них отсутствует связь с реальностью. Впрочем, судя по всему, они нашли способ эту связь наладить. И, когда они появятся здесь, то сразу же начнут употреблять наш вид в пищу. Слабое место – они не решатся действовать, если не будут уверены в успехе. Но, учитывая то, что они умнее, сильнее и способнее нас, шансов на их успех очень много.
– Да не может быть такого, чтобы кучка каких-то высокомерных тварей была сильнее нас! – крикнул кто-то из толпы. – Может, мы и не можем видеть суперпозицию, но в остальном мы ничем не хуже их.
– Да что ты говоришь? – неожиданно встряла Мизуки. – А ничего еще, что их миллионы, а нас всего лишь пятьдесят тысяч, и большая часть населения – не ученые? Если не умом, так количеством, но они нас задавят.
– А ты вообще кто такая?
В зале снова поднялся крик, и Инна поморщилась, пытаясь унять головную боль. Сосредоточиться на чем-нибудь было трудно, но она напомнила себе, что сейчас не время проявлять слабость. Так как ее отец и Кроссман по-прежнему в плену, она единственная, кто обладает нужными знаниями для борьбы с квантовитами. Она принялась вспоминать все, что ей удалось выяснить, увидеть и услышать за время пребывания в квантовой реальности. Перед глазами всплыла сцена разговора с отцом, когда они впервые встретились после его пропажи. И тут она вдруг вспомнила, что тогда он бросил странную фразу, которая осталась девушке непонятной. «Я заметил, что вы с Алистером не ходили в дом Эшли Маклейн». В тот момент Инна не поняла, с чего это вдруг они должны были туда ходить. Конечно, теперь она знала, что Маклейн – любовница ее отца… И все-таки почему он это сказал? Может, отец подозревал, что они догадываются о его интрижке? Нет, потом он еще что-то добавил. «Жаль, что вас там не было». Бессмыслица какая-то. А может, он на что-то намекал? Но на что?
