ему ни одного удара. Верный Хим, отыгрываясь за всё время бездействия, что они провели в клане Айон, настолько филигранно контролировал ноги Сарефа, что он просто за них забыл. У него не было ни тени сомнения, что для очередного приёма, отгоняющей контратаки, блока или смещения Тёмной Фазой его тело всегда будет в нужном положении и смотреть в нужную сторону.
Один из упитанных учеников со светлыми волосами без конца бросался на Сарефа всей своей массой, вероятно, рассчитывая его схватить, и уже потом хоть как-то навредить. Сареф трижды отгонял его Гилеаном, с каждым разом отбрасывая всё дальше, но он упорно не внимал этим предупреждениям. И когда в следующий раз он снова оказался рядом с Сарефом, никак себя не страхуя, тот, отбив очередную атаку, пальцем в Гилеане легонько ткнул его в горло. И когда у бедного ученика глаза от этого вылезли из орбит, и он забыл, как дышать, Сареф ударил его в грудь ладонью в Гилеане — и бедолагу отбросило со скоростью хорошего снаряда, после чего он спиной ударился о стену трибуны и рухнул лицом в песок.
— Опрометчиво, — вкрадчиво сказал Сареф остальным, когда они, проводив взглядом полёт своего товарища, снова повернулись к нему.
После этого ученики стали действовать грамотнее. Свалка, которую они устроили в первые минуты, рассеялась. До них дошло, что так они только мешают друг другу, поэтому на Сарефа бросалась с атаками группа по 3–4 ученика, и в связи с тем, что атаковали они одновременно, блокировать их атаки было куда сложнее.
Тем более, что и ученики, потратив треть времени, начали прибегать к более сложным приёмам. Один из них неожиданно сумел вырастить прямо из песка шипастые щупальца неизвестного растения, которое схватило Сарефа за сапоги и не проткнуло их только потому, что сапоги были артефактные, и повредить таким способом их было невозможно. Сарефу снова пришлось отдать заряд Тёмной Фазы, чтобы спастись от этой лианы. И вот здесь случилось интересное. Перед Сарефом на мгновение вспыхнул образ белоснежной кобры, что притаилась в утреннем тумане… А в следующий момент он с удивлением обнаружил, что из его левого плеча торчит короткий кинжал, а в трёх шагах стоит сероглазый парень со светлыми волосами, который посмотрел на свои руки, а потом перевёл взгляд на Сарефа с таким видом, словно он сам не верил, что у него получилось.
Внимание! Получен урон 26!
Зеркало боли! Отражено урона 9!
— Хороший удар, — похвалил мальчика Сареф, — молодец.
— Альвин из дома Кьяндао прошёл испытание и может покинуть арену, — раздался голос распорядителя. Сам же Альвин после слов Сарефа посмотрел на него с ещё большим ошеломлением, словно он не верил, что носитель хилереми мог искренне его похвалить. Он попытался ему улыбнуться, но секунду спустя отвёл взгляд и… исчез в белом дыму. Вероятно, его таким образом выдернули с арены, чтобы он больше не мешал ни Сарефу, ни остальным.
Впрочем, другие ученики в благородство играть не собирались и, увидев ранение Сарефа, бросились в атаку в надежде достать до него, пока он не успел себя подлатать. Сареф же, с улыбкой использовав на себя Власть Жизни, снова испарился в Тёмной Фазе.
Ученики продолжали атаковать его. Сареф очень внимательно следил за каждым учеником, как они выкладываются, стараются думать, атаковать неожиданно и пытаться удивить его. Некоторые ученики даже пытались атаковать боевой двойкой… и действовали они до того слаженно и уверено, что даже Сареф, одиночка по жизни, был изрядно впечатлён подобными приёмами. И потому позволил двум парам нанести по себе лёгкие раны, естественно, обставив это своей невнимательностью.
Потихоньку время истекало. Сареф, понимая, что Ильмаррион явно не ставил целью жёсткий отсев всего состава учеников, по одному позволял им ранить себя и покидать арену. А вот ещё четверо, что теряли терпение и бросались на Сарефа врукопашную, отправились лежать на песке без сознания вслед за первым товарищем. Последним, кому Сареф позволил пройти, был рыжеволосый парень, который атаковал его с двумя кинжалами, но при этом держал возможную дистанцию и не рисковал. И вот, когда Сареф в очередной раз отбросил его оружие, тот неожиданно вернул один из клинков себе в руку и нанёс колющий удар, который Сареф почти заблокировал Гилеаном. Ему чуть-чуть «не хватило» длины перчатки, чтобы отбить удар, и потому клинок кольнул его в точку чуть выше локтя. Эта пустяковая атака не нанесла ему даже 5 единиц урона, но для зачёта этого оказалось достаточно, и рыжеволосый, невероятно довольный собой, испарился в белом тумане.
Против Сарефа остался только ученик с лицом хорька, который затравленно озирался. Он остался один, и он отлично понимал, что у него не было никаких шансов нанести Сарефу рану за ту минуту, что оставалась до истечения испытания.
— Это было нечестно! — возмущённо сказал он, — ты специально отражал все мои атаки!
— Ах, бедняжка, — с притворной жалостью сказал Сареф, — ну, в подземелье монстрам тоже поплачешься. Они обязательно тебя пожалеют и сами отдадут всю добычу.
— Ах, ты… да я тебя… — с этими словами парень сцепил руки… и в следующий момент принял Вторую Форму дракона. Конечно, он в ней был тощий, маленький и совсем неказистый… Но Сареф нехотя отдавал должное: больше никто из учеников не демонстрировал ничего подобного, ограничиваясь частичными трансформациями рук или ног. Тот же выдохнул в Сарефа струю кинжального пламени, вынуждая его быстро сместиться в сторону, а потом набросился на него. И тут бы Сарефу по-хорошему уступить, но он ничего не мог с собой поделать: ему не нравился этот парень, он почему-то одним своим видом бесил Сарефа, и ему очень хотелось поставить его на место. И вот, когда драконёныш набросился на него, Сареф не смог отказать себе в наслаждении…
Силовое Поле!
Его окружила сияющая защита, и он снисходительно наблюдал за тем, как подлетевший ученик обрушивал на него град ударов, потом пламени, а под конец откуда-то достал небольшой топорик с синими рунами и принялся рубить по его защите. И верное умение, конечно же, не пропускало ничего…
* * *
— Какая интересная способность, — мягко сказал Ильмаррион Жерару, который, не отрываясь, наблюдал за своим внуком, — ничего не напоминает?
