это будет полезно.
Судя по тому, как недовольно насупились ученики, они ожидали явно не такого. Им наверняка хотелось увидеть хилереми вблизи, потрогать его, даже, возможно, сразиться с ним. Но, переглянувшись, поняли, что дальше спорить бесполезно. Если они откажутся от этого — то не получат вообще ничего. А так — всё лучше, чем продолжать скучную тренировку.
Несколько учеников, уходя на трибуны, бросили на Сарефа взгляд, в котором сквозило невольное уважение. Наверняка поначалу они расценили Сарефа как своего в доску парня, которого можно раскрутить на всё, что угодно. И тот факт, что даже в таком возрасте он легко нашёл управу на их манипуляцию, заставил учеников немного изменить своё отношение. Это тоже хороший урок: внешность обманчива, если человек выглядит добрым и простодушным — не факт, что тебе удастся сесть ему на шею.
Когда ученики разошлись, Сареф почувствовал на себе ещё один одобрительный взгляд. Повернувшись, он увидел на самой верхней ложе одинокую фигуру в красном плаще. Несомненно, Ильмаррион, нарочно устроив весь этот бардак на первом уроке после каникул учеников, пришёл посмотреть, как Сареф будет выкручиваться. Более того, на трибунах, помимо учеников, он заметил целый десяток серых плащей Агьялтов во главе с Энгреем, которые уж слишком пристально на них смотрели. А на противоположной стороне от них — два десятка зевак, которые, казалось, прекрасно знали, что здесь сейчас будет происходить, и именно за этим и явились…
Мигель и Сареф разошлись друг от друга на полсотни шагов каждый. После чего наставник принял свой полный драконий облик. Стоило отдать должное: он был крупнее и Махиаса, и Сфайрата, пусть даже совсем ненамного, но в бою это будет иметь значение. Как и волосы, его чешуя была яркого рыжего цвета, переходя в золотой в области брюха, под горлом, а так же несколько костяных пластин на спине так же переливались золотом. Даже сейчас, когда небо было надёжно затянуто хмурыми тучами.
— Ну что, Хим, готов размяться? — спросил Сареф своего хранителя.
— Более, чем готов, хозяин, — откликнулся хилереми, — а если быть честным — ничего сейчас не жажду сильнее, чем хорошей драки. И возможность начистить морду дракону сейчас весьма кстати!
— Ну, тогда — поехали, — скомандовал Сареф, и уже с привычно кольнувшим в руку отголоском боли вызвал Системное окно и выбрал первую способность:
— Призыв демона!..
Глава 2.6
Сареф почти физически ощутил волну облегчения и предвкушения, с которой Хим материализовался перед ним. Целых три месяца у него не было такой возможности, и с учётом того, сколько времени и сил было вложено в его физическое воплощение, можно было понять, как хилереми истосковался по своему телу.
Мигель, увидев хилереми, взревел, после чего совершил невероятный прыжок, такой силы, словно он выстрелил своим телом, только и мелькнули золотистые пластины на его спине. Сареф и Хим бросились в стороны, но Мигель это прекрасно предвидел. Потому что, оказавшись между ними, он стремительно развернулся, и по Сарефу ударил хвостом, а в Хима попытался вцепиться зубами. Но Сареф и его хилереми, действующие синхронно и считывающие боевые импульсы друг друга в доли секунд, дали слаженный ответ.
Сареф вызвал своё Системное окно и, выставив руку с Гилеаном навстречу хвосту Мигеля, выбрал седьмую способность:
Силовое Поле!
В тот же момент его окружила сияющая защита, и хвост дракона на огромной скорости врезался в ребро выставленной ладони. Разумеется, сломать гибкий драконий хвост таким образом было нельзя, да Сареф к этому и не стремился. Главное было — вызвать у противника болевой шок, что он успешно и проделал. Хим же в это время, выставив руки, использовал свой огненно-световой луч, который ударил дракона точно в морду и ненадолго ослепил его.
Получив столь слаженный отпор с двух сторон, Мигель резво отскочил в сторону, набирая дистанцию. Вообще для Сарефа оказалось неприятным сюрпризом, что дракон пока не использовал свои крылья, зато он невероятно быстро перемещался по песку. Попытавшись пару раз выстрелить в него тёмными молниями из Гилеана, Сареф потерпел неудачу. Стрелять надо было на опережение, но Мигель перемещался настолько непредсказуемо, что на расстоянии свыше 50 метров это было совершенно бесполезно.
Зато Хим, напротив, не собирался отсиживаться в стороне. Используя Сапоги Следопыта, он прытко сократил дистанцию и, дождавшись удобного момента, вызвал свой огненный хлыст и выстрелил им, попав точно по золотым пластинам на спине Мигеля. Тот яростно взревел и, подпрыгнув, сделал пируэт, выдав при этом несколько яростных выпадов передними и задними лапами. И его когти во время этих выпадов вспыхнули… а затем следы от рубящих ударов разошлись во все стороны.
Естественно, в Хима направилось наибольшее количество огненных полос, которые должны были нашинковать его на сотни маленьких прожаренных кусков мяса. Понимая, что просто убежать не получится, Хим использовал Исходную Позицию, возвращаясь к Сарефу. Однако шквал огненных полос рванул вслед за ним. Мало того, все огненные рубящие импульсы, разошедшиеся в разные стороны, внезапно начали слетаться к ним. Понимая, что преследовать их эти сгустки могут до бесконечности, и уклоняться надо в самый последний момент, Сареф выждал нужное время и использовал восьмую способность:
Тёмная Фаза!
Превратившись в тёмный сгусток, Сареф захватил с собой Хима и сместился в заранее выбранную точку. И, на мгновение смешавшись разумом со своим хилереми, Сареф чётко ощущал его усталость, раздражение от бездействия… и бешеное желание сражаться, сражаться, сражаться, пока есть хоть капля сил!
Огненные импульсы взорвались позади них с огромной силой. И Хим, пользуясь тем, что дракон явно пережидал откат от столь мощной атаки, рванул на Мигеля сам. В прыжке он вызвал свой хлыст, правда, сейчас в обычном состоянии, без огня, и, подцепив стремительно перемещающегося по песку дракона за шею, подтянул себя к нему. И, сумев на короткое время оседлать его, он вызвал во вторую руку Скальпель Архитектора и ловко засадил его дракону в плечевой сустав.
От такой наглости Мигель взревел и встал на дыбы, сбрасывая с себя Хима. Но тот и сам, понимая, что ему не суждено долго проездить на драконе верхом, покинул его спину и, совершив невероятное сальто, приземлился на лапы позади него. Дракон же,
