Химера лежала на столе, крепко зафиксированная ремнями. Вокруг неё возвышалось огромное количество труб и трубочек, проводов, манипуляторов и прочих непонятных приспособлений.
— Зачем всё это? — я искренне не понимал, зачем столько возни с трёхдневным трупом. — Это такой холодильник для тварей?
— Это не холодильник, — тихо ответил Игнат, заметив моё выражение лица. — Химера ещё жива, просто усыплена. Мы поддерживаем искусственный магический фон вокруг неё, дожидаясь специалиста по вивисекции.
Мне почему-то вспомнился эпизод, показанный алтарём Виноградовых, где в похожем месте принимали роды у эрги и затем убили её. Стало противно от происходящего. Мы ничем не лучше святош или инквизиторов.
Я выругался. Во рту скопились горечь и отвращение к людям. Не помогали здравые мысли, что это работа, здесь так принято и что, попади кто-то из людей в логово химер, его схарчили бы за пару минут. Вот именно, схарчили. А не стали бы искусственно поддерживать в жертве жизнь, чтобы потом наживо вскрыть и разобрать на органы.
— Где у этого макры?
— Как и у большинства тварей: у козла в верхнем нёбе, а у льва — под сердцем, — тут же выдал справку Игнат, ещё не понимая причины моей заинтересованности, но шестым чувством ощущая надвигающуюся бурю.
— Отключай снотворное, — тихо произнёс я кровнику, сжимая кулаки до побелевших костяшек, однако голос мой был ровным и обманчиво спокойным. — Выкатывай стол во внутренний двор и отцепляй ремни.
— Но, ваше сиятельство… вивисе… — Игнат не стал заканчивать предложение, замолчав на полуслове. — У вас глаза… — он сглотнул, разом став как-то меньше ростом.
— Одно дело освежевать тварь, убитую в честном бою, и совсем другое — спящее существо, откуда бы родом оно ни было. Мы — воины, но не убийцы. Ни один воин не достоин того, чтобы быть убитым во сне, — я покачал головой, а после повторил приказ, — отключай подачу снотворного и вывози тварь во внутренний двор. Я дам ей последний бой.
Глава 5
К моменту, когда снотворное прекратило своё действие, вокруг нас с химерой собралась толпа комаров и воев, неизвестно как прознавших про бой.
— Ваше сиятельство, вы уверены? — в который раз переспрашивал Паук, который очень старался не показать своего волнения.
— Уверен! Мы не живодёры!
Больше всего я боялся, что химера может оказаться безобидным эргом. Судя по её виду, об этом не стоило беспокоиться, но волнения были. Я не стану убивать существо, не проявляющее ко мне агрессии, сколько бы ни стоило его сердце, шкура, макр и прочие составляющие. И мне плевать, что обо мне подумают.
Похоже, золотое правило мироздания: «С нами случается то, чего мы больше всего боимся», — со мной сработало на ура, ибо стоило химере открыть свои две пары глаз и увидеть толпу мужчин в военной форме с оружием наперевес, я уже понимал, что битвы не будет. Вот только мой соперник думал совсем иначе.
В меня одновременно полетело два однотипных заклинания из магии огня и магии воды. Огненные шары вперемешку с глыбами льда выглядели сюрреалистично, но весьма действенно. Я ушёл в сторону перекатом, пропуская над собой магические снаряды. Кровники схватились за оружие, а кое-кто даже подвесил на ладони убойное заклинание, но были остановлены моим выкриком:
— Не вмешиваться!
Удивительно осмысленные разумные взгляды химеры выдавали её или его с головой, вернее, с двумя. Лев ещё швырялся в меня огненными шарами, а вот козёл с интересом присматривался и даже принюхивался, как мне показалось.
— Как тебя зовут? — мысленно обратился я к козлольву, показывая раскрытые пустые ладони. — Я тебе не враг, и они тоже! Я знаю, кто ты!
Всё это время мне пришлось скакать как горному козлику, чтобы мою задницу не поджарили. Химера тоже не стояла на месте, кружа за мной по площадке. Ещё хорошо, что кровники активировали силовые щиты, чтобы магия не покидала импровизированное поле боя. Нужно отдать им должное, они абсолютно спокойно смотрели на моё стремительное тактическое отступление. Вои же напротив ошарашенно взирали на творящийся цирк, не понимая, почему я не атакую и не даю им убить тварь изнанки.
— Да твою ж мать! — выругался я, когда мне чуть не припекло рёбра до хрустящей корочки. — Ты же разумное существо, эрг! Что ж ты себя ведёшь как одичавшая тварь изнанки⁈
Я снова перекатом ушёл с траектории летящего огня, а лев, наконец, остановился и уставился на меня с открытой пастью, вывалив язык.
— Откуда ты знаешь, кто мы? — произнесли хором два голоса сразу, причём один был женский, а второй мужской.
Вот это кому-то «повезло», иметь в одном теле не просто две сущности, а две разнополые личности.
— Ты шестой известный мне эрг, причём одна из них находится у меня на воспитании, — я позвал Имяул по кровной связи, и она не замедлила появиться прямо у меня на плече. Быстренько сориентировавшись в ситуации, малышка спрыгнула на землю у моих ног, выгнула спину дугой и угрожающе зашипела:
— Неу троунь! Задеуру! Мряу страушный!
Это выглядело бы умильно, если бы при этом вокруг вздыбленной шёрстки не появились маленькие разряды и не начали искорками стрелять по химере. Зря козолев не воспринял её в качестве угрозы. Стоило первым разрядам достигнуть шерсти химеры, как та задымилась проплешинами, и эрг зашипел, словно ужаленный. Он крутился, пытался отбиваться шипастым хвостом, уворачиваться, но разряды летели точно в цель.
— Верю! Верю! Убери свою защитницу! — зашипел лев. — Милая киса, мы с миром! — отреагировала коза.
Имяул важно повернула ко мне мордаху и уточнила:
— Будеушь драужиуть? Ониу неуобычныуе! Неу злыуе!
— Буду, если нападать не будут и честь по чести познакомимся, — ответил я кисе, но вроде бы как и химере намекнул.
Козолев тут же плюхнулся на задницу, а козья морда улеглась сверху на гриву, выражая полное внимание.
Кровники и вои смотрели на метаморфозы в поведении химеры как на чудо чудное и диво дивное. Никто ничего не мог понять. Почему тварь изнанки четвёртого уровня прекрасно чувствует себя в нашем мире, не подыхая без нужного магического фона, более того вдруг перестала атаковать? Кажется, пора заканчивать представление.
— Паук, пусть все вернутся на места службы. Боя не будет, будут переговоры, — отдал я короткий приказ.
Командиру дважды повторять не пришлось. Он доверял мне полностью. Если граф сказал, значит, так надо. Спустя пару минут мы остались одни во внутреннем дворе. Даже Игнат удалился в свой ангар, постоянно оборачиваясь в нашу сторону, но ослушаться не посмел.
— Меня Кара зовут, — тут же представилась козья голова и подмигнула мне правым глазом, — а меня Лир, — с тяжёлым вздохом отозвалась львиная половина, приветственно кивнув.
— Я — Михаил Комарин, а это Имяул, — представил я
