— Нет, не всё, — строго произнёс Кацу. — Старковцы могут ходить на охоту с луком, устраивать бои на мечах и готовить пищу на костре, но при этом их дома — всего лишь имитация традиционного жилья. Заинтересовавшись тобой, они обязательно войдут во всеобщую сеть, чтобы проверить, как давно ты замужем и каков твой контракт с мужем.
— Контракт? — удивлено хлопнула глазами Шайя. — Ах, контракт! Но разве это доступная для всех информация?
Ребята рассмеялись, и заметив непонимание в глазах собеседницы, с удивлением пояснили:
— Я думал, что все девушки с рождения знают это!
— Мне как-то было ни к чему узнавать об этом, а подруг у меня не было… — Шайя расстроилась.
Это было её упущение, но ей и в голову не пришло, что в процессе бракосочетания есть какие-то тонкости. Когда Дамир женился, то он не упоминал ни о каких контрактах. Зарина тоже промолчала. С Цером не было повода поговорить об этом. С профессором она вообще не заговаривала на эту тему, так как тут же всплыла бы тема его одиночества.
— Есть белый контракт, когда каждый в паре сам по себе и отношения между ними как у деловых партнёров. Это самый распространённый контракт. Есть зелёный, это когда с момента подписания всё становится общим без учёта усилий каждого. И самый редкий контракт — это золотой! — торжественно объявил Ян.
— И что в золотом контракте обещают друг другу новобрачные? — насмешливо улыбнулась Шайя, видя, что ребята не менее девушек смакуют этот момент.
— Золотой — это признание любви! Чистой, бескомпромиссной, вечной! — Эди произнес эти слова с мечтой в глазах, и Шайе захотелось погладить его по голове, говоря с нежностью, какой он славный мальчик! Но она всего лишь одобрительно кивнула, не торопясь спрашивать, чем грозит золотой контракт, когда любовь испарилась.
— Контракт для идиотов, — неожиданно зло бросил Ян, и было в этом что-то личное.
Похоже, Эди знал, так как не счёл себя идиотом, а лишь с укоризной покачал головой. Шайя вопросительно посмотрела на Яна, и тот не заставил себя ждать.
— Каждый в золотом контракте обещает принадлежать полностью и безоговорочно любимому. По сути, это кабала.
— Вы преувеличиваете, Ян. В нашем обществе нет рабства, а что касается денег, то… — Шайя пожала плечами, подразумевая, что ситуации у всех разные, сами брачующиеся разные и, следовательно, при печальном итоге результат тоже будет разным.
— И какой контракт придётся заключить нам с вами? — обратилась она к Кацу.
— Я думаю, что белый нам не подходит, — как можно безразличнее произнёс мужчина, от всей души желая, чтобы парочка сопливых переговорщиков растворилась, но те сидели, ловя каждое слово.
— Согласна, — Шайя почувствовала напряжение Харадо.
Она его понимала: обсуждать столь щекотливый момент в присутствии посторонних было некомфортно.
Понятно, что речь идёт о фиктивном браке, но всё же даже в этом случае раскрываешь нечто личное, то самое, что происходит только между двумя. И чтобы не ставить мужчину в неудобное положение перед двумя мальчишками, с любопытством ожидающих, что дальше предложит член семьи Харадо, она взяла инициативу на себя:
— Я думаю, что зелёный контракт между нами будет вполне уместен. Лишнее внимание с золотым нам ни к чему, — пояснила она, как будто отвечая Кацу на невысказанное предложение. Вот так!
Он смотрел на неё, позабыв обо всём.
Дело было не в её красоте, которую он считал совершенной, а в живости её эмоций. Нет, ничего из сценического в ней не было, когда всё чрезмерно и показательно, чтобы и последний дурак догадался. Шайя как раз была в этом плане довольно сдержанна, и все краски эмоций отражались в основном в её глазах, а кончики подрагивающих в улыбке губ, легкий прищур или чуть приподнятая бровь всего лишь дополняли.
Он видел то, что она хотела показать и то, что она думала про себя, норовя скрыть. И казалось бы, с его проницательностью девушка была перед ним, как на ладони, но за её мимолётными мыслями, текущими явно и тайно, жила ещё одна девушка, а может, множество — и всё зависело от настроения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он уже видел её волнующейся, напуганной, рвущейся спасать мир, любящей дочерью, сопереживающей ближнему, деловой… Она могла быть разной, очень разной, и предсказать её реакцию на что-либо стопроцентно было невозможно. Кацу это… беспокоило, щекотало и не давало покоя!
— Я беру оформление на себя, — с небольшой задержкой всё же произнёс он.
— Капитан Харадо, а почему у нас нет связи с внешним миром? — задал вопрос Ян, зайдя в настройки браслета.
— Потому что я запретил.
— Но мы не можем нормально работать без связи! — возмутился Эди.
— Нам необходимо подготовиться, собрать как можно больше информации о Старке, — поддержал его Ян.
— Пользуйтесь базой данных корабля. Наша миссия слишком важна, чтобы оставлять даже малейшую возможность её сорвать. Вам ли не знать, какие есть способы воздействия и манипулирования посредством слова.
Ребята посмурнели и согласно кивнули. Вообще-то Харадо сразу предупредил их, что связи не будет, но до прилёта на станцию она была, и они расслабились.
После ужина все разошлись по каютам. Кацу проводил Шайю до дверей и, испытывая неловкость, попросил её не выходить одной.
— Думаете, на меня могут напасть?
— Нет, я думаю, что тебя обременят кучей комплиментов, которые ты заслуживаешь, но мужчинам свойственно видеть надежду там, где её нет и… — Кацу сглотнул, так как почувствовал, что болтает лишнее, и уже не про других.
— Не волнуйтесь, если вы раздобудете для меня воды, то я до утра не покину каюту.
— Да, я мигом, — обрадовался Кацу и видя, что она осталась стоять ждать, метнулся в общий зал. В автомате он взял воду, сок и несколько сладких энергетических батончиков.
— Спасибо, — Шайя пропустила его внутрь, показывая, что всё можно поставить на стол. Потом её взгляд случайно переместился на кровать, и она обрадовано воскликнула:
— Ой, чуть не забыла! Как хорошо, что вы здесь. Я впервые на таком корабле и не умею пользоваться прикроватным куполом. Его надо закрывать на ночь? Какую программу запускать?
— Купол сработает автоматически, но тебе надо знать, как его отключить в случае надобности. Вот здесь, видишь? Если ты ляжешь, то тебе удобнее будет, — посоветовал Кацу.
Шайя боком легла и извернулась, чтобы посмотреть, куда указывает мужчина.
— Да, вижу.
— Нажимаешь вот сюда — и сбоку возле головы появится кислородная маска. Её хватит на десять минут. Ты должна понимать, что если сработал купол, то на корабле авария и нет гравитации, а вместе с тем появились проблемы с воздухом и температурой. Кровать на какое-то время превращается в спасательную капсулу, но бывает так, что корабль надо покинуть, и поэтому надеваешь маску, и отталкиваясь, «плывёшь-летишь» к шкафу.
Они вместе подошли к встроенному шкафу, где прямо к стене был прикреплён защитный скафандр.
— Тебе надо будет запрыгнуть в него. Чтобы было проще, нужно держаться вот за эти ручки.
Кацу объяснял, не торопясь, дожидаясь, когда Шайя осмотрится, примерится и всё потрогает.
— Маска тебе нужна именно для того, чтобы было время влезть в этот скафандр. Как только будешь внутри него, встань ровно и подожди немного. От тепла твоего тела он активизируется и сядет по размеру. Застёжки сами сомкнутся на тебе, поэтому стой ровно и не дёргайся.
— А потом что делать?
Кацу решил, что надо показать Шайе корабль, иначе ей будет неспокойно. Он не сомневался, что угрозы извне можно не опасаться, но пока он рассказывает ей о безопасности, она рядом с ним, и вот они идут по кораблю, разговаривают о спасательных капсулах, о том, как их находят или не находят. Незаметно тема их разговора расширилась, захватывая обсуждение других рас, а в частности высших и их кораблей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Спасибо, чудесный вечер, — неожиданно произнесла Шайя, и Кацу понял, что они уже около получаса стоят у дверей её каюты и всё о чём-то говорят. Он говорит, а она слушает! Спроси она о тайнах, он всё выболтал бы, даже не заметив. Всё, что он видел — это её глаза, заинтересованно следящие за ним. Или ему показалось? Он осознаннее посмотрел на Шайю и заметил скрываемую усталость.
