первым из этого помещения и оказался в лавке. Катя с румянцем на щеках стояла и ждала меня.
— Не думала, что вы позволите себе… — наигранно опустила глазки девушка.
— Екатерина, — улыбнулся я. — Как я мог удержаться от такой восхитительной девушки! Но если еще раз мое сотрудничество с вашим родом пойдет не так, как планируется, можете забыть обо мне как о клиенте! — последние слова сказал голосом отца.
— Я… Простите! Просто отец, он не против был, и вот… Не думала, что вы не захотите увидеть свою будущею жену и ее подругу. Вы… Я… — запиналась девушка.
Я подошел к ней и поцеловал. Быстро разорвал прикосновения губ и на ухо шепнул.
— Запомни, Катя: кого я хочу видеть — решаю я. А также то, как и с кем быть! — в этот момент за спиной прозвучал колокольчик.
Отошел от девушки, которая покраснела и тяжело дышала, ее грудь вздымалась.
— Борис! Что вы себе… — Екатерина замолчала, поправила свою одежду и надела маску.
— Приветствую вас, Софья Семеновна. Рады видеть вас в нашей лавке! — наигранным тоном произнесла Славецкая, не сводя с меня взгляда.
— Катенька! — ответил голос за спиной, такой знакомый. — Не знала, что ты молодого человека завела.
Повернулся. Скрипучий случай! Долгорукова! В красном платье и шубе. Нервно проглотил, стал медленно двигаться к выходу. Софья не сводила с меня взгляда.
— Постойте! — улыбнулась аристократка. — Как вас зовут?
— Корнилов, — постарался изменить свой голос. — Иван Михайлович.
— Здравствуйте… — улыбнулась Долгорукова.
— Простите, опаздываю! — дернул я ручку и выскочил на улицу.
Какого хрена? Что за неожиданные встречи? Ты-то зачем сюда приперлась? Прикидывал, как она может спутать мои карты и к чему это приведет. Еще Царева с Обручевой? У них что там случилось вообще? Нет, я, конечно, не против двух дам. Подумал о Катеньке… Трех. Но…
— О чем я вообще? — спросил сам себя. — Нужно сбросить пар, а то в какой-то момент могу не сдержаться. Еще и Софья… Уже четыре. Стоп!
Отросток пульсировал. Помимо юношеских гормонов, эта железа усиливала мои эмоции и чувства, а мне никак нельзя поддаваться на них. Куда это может завести? А если я тем чертом стану? Блин! Не думал, что в новом теле буду блюсти целибат. Улыбнулся, но по-другому никак. Нужно сначала разобраться с тем, как управлять отростком и не стать тварью, с остальным — потом.
Направился к профессору. Замов я загрузил, осталось использовать помешанного, тогда переключусь на Баранова и Титовых. Еще бы время найти на ботаников и мои документы, вообще будет хорошо. Трутень и мое дезертирство, трущобы… Чем больше я перечислял то, что нужно сделать, тем печальнее становилось.
Вернулся к ресторану. Баранова уже не было, как и Гаврилова. Посмотрел через окно на часы. Есть еще три часа, чтобы сходить к профессору и вернуться. Ускорился. Впереди появились люди, одетые, как аристократы. Они преградили мне путь.
Повернулся, за спиной уже восемь человек. Вашу мать! Этим-то что нужно? Мне что, каждый километр с кем-то драться? Может, машину арендовать? Поначалу казалось тратой денег, теперь уже думаю, что хорошая идея.
Один из тех, кто вышел передо мной, направился в мою сторону. Серый шерстяной костюм и морда знакомая, будто уже где-то видел. Утонченные черты лица.
— Я, Гаврилов Николай Георгьевич, наследник рода. Ты покалечил моего брата, наши лучшие лекари не смогли вылечить его руку. Он останется навсегда инвалидом. Поэтому я и все мои люди бросаем тебе вызов! Никакой дуэли, будем биться до смерти!
Снова перчатка упала мне под ноги. Уже хотел послать его подальше, и без того дел выше крыши, но мне плюнули в лицо.
— Вот ведь суки тупые! — оскалился я.
Глава 12
Во мне кипела ярость, отросток пульсировал. Силы противника я не знаю, если просто начну драку, есть шанс, что не вывезу. Вот только такое прощать не собираюсь. Значит, будет у Гавриловых два инвалида.
Посмотрел на остальных идиотов, которых привел придурок — тринадцать человек. Расклад не в мою пользу. Пока никто не действовал, я в голове рассматривал разные варианты развития событий.
Сейчас бы пригодились паханы со своими людьми, против магов они мало что смогли бы сделать, но отвлечь внимание лишних… Пока думал, сосредоточился на звуковом луче. Голова работала как бешеная, я пытался реализовать новое заклинание.
Магия вместилища перемешивалась с чем-то из железы в моем теле. Меня накрыло так, будто выпил два литра самогона. В глазах плыло, но я продолжал соединять энергии, как когда напитывал магическую конструкцию Цветковой. На лбу даже проступил пот.
Мою сущность словно разрывало на части. То, что не должно быть соединено, объединялось. Подобной силы я давно не чувствовал. Как-то подчинил себе двадцать тысяч человек голосом бога — думал, помру, а в итоге только сильнее стал.
В этом мире мое умение развивается крайне странно. Я, как был, так и есть на первом уровне, хотя должен расти. Все тело дрожало, пока пытался подчинить своей воле эту хрен пойми какую энергию. Вроде получилось, новая магия.
С названиями у меня туго, важна суть. Я пытался создать звуковой луч, но наделить его эффектами крученых пуль, чтобы они были наготове и по моему желанию направлялись к цели. Понял, что долго не удержу, вывод напросился сам, когда у меня пошла кровь из глаз и ушей.
Пульс застучал в висках, в глазах поплыло. Это будет фиаско, если я сделаю новую мощную магию и вырублюсь перед врагом. Сука! Ударил себя по щеке, чтобы привести в чувство.
Секунды в реальности для меня растянулись в вечность. Слюна ублюдка не успела стечь с моего лица.
— Приезжий, который решил идти против рода Титовых, связался с Барановыми и еще запустил руки туда, куда не нужно. Чего ты ждал? Что тебе просто так позволят делать свои грязные дела? — продолжил братик Игоря.
— Разрывные! — сказал я хриплым голосом. Лучшее название, что смог придумать для этой магии.
Появилось жужжание, словно рядом работал пропеллер. Ребятки стали крутить головами. Вот только поздно. Будто снаряды, разрывающиеся в воздухе, вспыхивала моя магия.
Первая пуля угодила в лоб Коли Гаврилова. Дурачок даже ничего не понял, заканчивал слово, пока не заткнулся. В аккуратной выжженной дырке через его голову я видел улицу с другой стороны.
— Сука! — выругался я.
— Коля! — позвал другой Гаврилова, но, когда увидел, что друг больше не ответит, то просто побежал. Двое остальных тоже дали деру.
— Вашу мать! — выругался я.
Мои снаряды полетели за ними. Если я здесь устрою побоище из тринадцати аристократов, то придется бежать уже из этого города, а у меня куча планов, и просирать их я не намерен.
Из последних сил делал то, что не планировал — гасил свою
