– Добрый день, – вежливо поздоровалась она, церемониально приседая. Шэнь повернулся к ней и оглядел ее с легким удивлением.
– Госпожа, – его губы расплылись в улыбке, призванной ошеломить любого собеседника или собеседницу, и, признаться, это сработало. На целое мгновение Чживэй захотелось ему довериться и раскрыть себя, но затем она увидела его взгляд. Холодный и расчетливый – совсем не вязавшийся с привычным дурашливым Шэнем. Рядом с ней выражение его глаз всегда обжигало подобно горячему солнцу.
И, Чживэй не могла этого не признать, это было приятно.
Подкинув в воздух виноградину, Шэнь поймал ее ртом, после чего удалился, что-то насвистывая. Чживэй мысленно хмыкнула: так вот, как вел себя сумасшедший принц.
Когда явился император, все согнулись в приветственном поклоне. Чживэй тоже склонила голову, хотя ей не терпелось разглядеть своего врага. Он был прямо здесь, под ее носом! Или это она была под его носом?
– Поднимитесь! – скомандовал император.
И Чживэй медленно разогнулась и посмотрела прямо на Чжао Куанъиня. Она раньше никогда не думала о сходстве сына и отца, но среди всех присутствующих принцев Шэнь больше всего походил на императора. Такие же четкие черты лица, та же пронзительность взгляда под густыми очерченными темными бровями и та же лукавая улыбка.
Ей захотелось попробовать его энергию, но Темная не стала этого делать. Быть может, она и могла похвастаться некоторыми талантами в сокрытии энергии, но император наверняка заметит, если в его ци попытаются вмешаться.
– Сегодня у нас большая радость, – заговорил император. – Чжао Шэнь привез невесту, которая спустя несколько дней станет его женой.
Император замолчал, зато заговорил евнух.
– Чжан Мэйлин, представься императору!
Пытаясь сложить все свои знания об императорах прошлого, а также то, что наговорила Ифэй, Чживэй вышла вперед и преклонила колени.
– Желаю всех благ императору! Император позволил ей подняться, что Чживэй и сделала. Подняв на него взгляд и посмотрев ему в глаза, Чживэй вдруг сообразила, что вела себя слишком дерзко, и тут же опустила голову.
– Боишься императора? – благодушно спросил он.
Чживэй покачала было головой, но сразу же спохватилась, что демонстрирует крайне невежественные манеры. Император Чжао Куанъинь это, конечно же, заметил. Теперь он разглядывал ее чуть внимательнее, чем ей бы хотелось.
– Скажи, в чем, по-твоему, заключается величие императора?
Она знала, что ей стоило ограничиться вежливым ответом, но Чживэй не смогла удержаться от шпильки.
– Величие императора заключается в том, что от взмаха его кисти зависят жизнь и смерть всех живых существ.
Непростительно дерзкий ответ Чживэй сгладила благоговением в голосе. Ей следовало ответить что-нибудь банально девчачье о справедливости и благородстве правителя, но ей хотелось, чтобы где-то в смыслах ее слов звучал и упрек.
Невольно она подумала, что Шэнь не зря выбрал положение дурачка: можно было позволить говорить все, что вздумается, но при этом никто не воспринимал тебя всерьез.
Чживэй опустила голову, притворяясь, что выдала свой лучший ответ. Однако неожиданно вмешалась вторая принцесса, сглаживая ответ невесты своего брата:
– Я вижу, что хочет сказать эта милая и очень юная особа. Она понимает ответственность, что лежит на плечах правителя. Однако величие императора состоит не только в управлении жизнями и смертью, но и в умении справедливо и мудро руководить своим народом, обеспечивать процветание и спокойствие в империи. Настоящая сила императора проявляется в умении совершенствовать и оберегать жизнь, создавать справедливость и гармонию в обществе.
– Прекрасно сказано, – похвалил наследный принц.
Император потерял к ней интерес, очевидно, посчитав недостойной своего внимания глупышкой.
Чживэй бросила взгляд на вторую принцессу. Сколько бы они с Шэнем ни обсуждали престол, никогда речь не заходила о ней. Но почему? Она создавала впечатление умного противника.
– Вы прекрасны, как цветок лотоса, – раздался сладкий голос Шэня у нее над ухом. От столь проникновенного шепота Чживэй невольно вздрогнула и обернулась.
Всего мгновение – и все изменилось. Его взгляд источал мед, а на лице блуждала абсолютно глупая влюбленная улыбка. Ему настолько понравился ее ответ императору?
– А вы изящнее персикового соцветия, – приторно улыбнулась Чживэй в свою очередь.
За спиной Шэня появился Хэлюй, чье любезное выражение лица было настолько непривычным для Чживэй, что она аж засмотрелась на него.
– Ваш приезд – такая честь, – прощебетал он. – Только скажите, если вам будет что-то нужно, мы с господином немедленно организуем.
– Благодарю, – едва скрывая раздражение, ответила она.
Так вот, значит, как вел себя Шэнь… На что она вообще надеялась? Ведь знала, что он обманул ее, но все еще верила, что получит хоть какие-то объяснения. Однако внезапная перемена в его поведении показывала, насколько она ошибалась все это время, полагая, что он ее как-то выделял среди других.
– Не желаете ли прогуляться по саду? Я бы хотел провести время в вашей чудесной компании.
Чживэй кивнула, и они отправились на прогулку. Хэлюй, Лин Цзинь и Ифэй последовали за ними. Было слышно, с каким энтузиазмом разговорились Хэлюй и Ифэй. Похоже, нужно было просто позволить приехать сюда Мэйлин и дать этим двоим пожениться.
Да и чего она ждала? Пропала на много месяцев, когда единственное, что они разделили, – это один поцелуй…
Но нет. Они разделили месть! Разве это не связывает похлеще всяких клятв, разве это не говорит о той близости, что была между ними?
– Госпожа, вы грустите, – Шэнь остановился и приподнял ее подбородок. – Вас не радует этот красивый сад?
Чживэй приложила усилия, чтобы не выдать раздражения.
– Одна ваша улыбка – и сад меркнет перед ней, – улыбнулась она.
– Как думаете, вы сможете меня полюбить всем сердцем, так, чтобы ничего не имело значения, кроме нас двоих? – в его голосе появились заискивающие нотки.
– Несомненно, – проскрипела Чживэй и тут же отвернулась от него. – Нянюшка, Ифэй, у меня прихватило живот, отведите меня в мой павильон.
За спиной раздался смешок Шэня.
– Сопроводить вас? – подскочил он к ней, осматривая ее с наигранной серьезностью.
– Я справлюсь, не хочу отнимать ваше драгоценное время, – очередная улыбка далась ей очень тяжело.
– Для меня было бы огромной честью сопроводить вас…
– …в туалет? – прервала его Чживэй, не выдержав фарса ситуации.
– Если госпожа пожелает.
– Не пожелает, – отрезала она, затем улыбнулась, после чего стремительно направились прочь.
Чжао Шэнь
Хэлюй источал волны радости, словно ему только что выдали кувшин с лучшим вином империи.
– До чего прекрасный день, – щебетал он. – Хорошие новости от евнуха Го! Он раздобыл печать императора, и теперь указ, провозглашающий вас наследным принцем, у нас в кармане! А невеста!
Слуга покачал головой.
– Я знаю вас лучше, чем кто-либо, господин. Раньше вы никогда не отступали от плана, но как только появилась эта… вы поняли. Все стало зависеть от ее улыбки! Не очень-то надежный план, если хотите знать, господин!
– Тебе понравилась моя невеста? – усмехнулся Шэнь.
– Да! И я вижу, что вам тоже! И что могло не понравиться в ней? Мила, красива! Может быть, немного простовата… Но это то, что вам нужно, господин. Надежный тыл!
Шэнь хмыкнул, а улыбка на его лице стала шире.
– Я рад, что ты одобряешь мой выбор. Пожалуйста, не забудь об этом потом.
Он едва сдерживал глупый смех. Спустя столько месяцев она была наконец-то здесь! Ах, какая дерзость!
Конечно, он ее узнал. Как только она ответила императору, Шэнь мгновенно понял, кто перед ним. И теперь не только на улице, но и у него на душе расцвела весна.
Глава XII
Вода устанавливает свое течение в зависимости от места; войско устанавливает свою победу в зависимости от противника
Император Чжао Куанъинь
