он начал терять контроль над клонами. Их движения стали более дёргаными и хаотичными. И это дало мне возможность вычислить настоящего графа. Он бегал плавно и акцентированно. Его-то я и приголубил «взрывом энергии».
— Пожри тебя Чернобог! — яростно заорал он, грохнувшись на песок.
Моя магия разорвала «водяную кожу», но до тела Рыльского не добралась.
А уже в следующий миг тушку графа покрыл «каменный доспех», а сам он исчез, врубив «невидимость».
Клоны же не исчезли, как и не получили «каменный доспех». На это «клонирование» не было способно. А вот если бы граф создал новых клонов, то они бы уже имели и «каменный доспех», и «невидимость». Однако на такое у юного Рыльского просто не хватает маны, иначе бы он в самом начале боя использовал этот трюк.
* * *
Белова напряжённо наблюдала за дуэлью, непроизвольно наматывая на палец прядь белокурых волос. Её белые зубки покусывали нижнюю губу, а руки сжимались в кулачки.
— Громов, кажется, нашёл настоящего графа! — радостно выдохнула серая мышка, верноподданически восседая рядом с красавицей графиней. — Скоро всё закончится.
— Да, наверное, — проговорила Белова и бросила ревнивый взгляд на баронессу Огневу.
Та тоже внимательно следила за ходом боя. Она сидела на два ряда выше и чуть левее. И хоть её лицо оставалось невозмутимым, однако в глазах плескался океан эмоций. Она искренне переживала за Громова.
— Вот сучка, — тихонько выдохнула графиня, окатив Огневу взглядом, сочащимся ненавистью.
Серая мышка аж вздрогнула, увидев выражение глаз Беловой.
— Ничего, ничего, подруга, — прошептала она, успокаивающе поглаживая блондинку по руке. — Громов будет твоим. Огнева тебе не соперница.
— Этот идиот, — кивнула она на Громова, — до сих пор не понимает, что я лучше. Наверняка эта шлюшка Огнева уже переспала с ним, потому этот баран так и очарован ею.
Серая мышка промолчала, хотя и могла бы слегка отрезвить Белову, сказав ей, что своевольная баронесса может выйти замуж за Громова. А что ему способна предложить графиня? Место в гареме?
Вместо этого она снова успокаивающе погладила Белову, попутно заметив странную птицу. Она наблюдала с одного из прожекторов за ходом дуэли. Девице было невдомёк, что это сам Рарог.
* * *
Рыльского накрывала «невидимость», но от его ног на песке оставались следы. Граф пытался неслышно пройти по самой кромке купола, пока его клоны атаковали меня. Но решил, что пора заканчивать этот балаган. Время поджимало.
Я в очередной раз с помощью «телепортации» избежал встречи с молниями и очутился в паре метров за спиной настоящего граф. Тут же выпустил «заряд энергии». Он ринулся туда, где на песке появились следы. Раздался пронзительный крик, на миг перекрывший вопли зрителей.
Рыльский потерял сознание от боли и упал на живот, перестав контролировать свою магию. Клоны тотчас исчезли, как и «невидимость». А сам граф лежал, уткнувшись носом в песок. Его задница превратилась в кровавый фарш, даже несмотря на то что «каменный доспех» пусть и был слабеньким, однако сумел поглотить часть мощи моего «взрыва энергии». На это я и рассчитывал. У меня не было желания убивать графа. Я жаждал лишь наказать его так, чтобы он навсегда запомнил меня.
— Быстрее, быстрее! — выпалил Шилов, глядя на лекарей.
Те подбежали к истекающему кровью графу и начали латать его тело с помощью окутанных целебной магией рук.
— Спасибо, — шепнул взволнованный Рафаэль Игоревич, подскочив ко мне.
— За что? — вопросительно заломил я бровь и ослепительно улыбнулся, помахав зрителям.
Кадеты из «мяса» ликующе взревели. Да и некоторые зрители из других категорий учащихся поаплодировали мне.
— За что? — усмехнулся Шилов и похлопал меня по плечу, лишившемуся «водяной кожи». — За то, что не отправил графа в царство Марены. Для меня это была бы настоящая морока. Пришлось бы объяснять его отцу, почему я допустил это. А так младший Рыльский недельку проведёт в лазарете, а потом снова встанет в строй.
— Да, я именно поэтому и не грохнул его, — иронично выдал я, смахнув с кончика носа капельку пота.
Клянусь душой Локи, граф оказался не совсем уж простым противником! Я даже немного вспотел.
Хм, а ведь было бы неплохо поставить парня себе на службу. Его «клонирование» да моё «вдохновение» будут топовой связкой. Может, зря я ему в жопу стрельнул? Хватило бы и менее унизительной раны. Впрочем, ладно. Разберусь.
Пока же я с притворным раскаянием посмотрел на Шилова и проговорил:
— Простите меня, я вам соврал.
— М-да-а? И в чём? Ты на самом деле не Громов, а бог Велес? — иронично проронил смертный.
— Я сказал, что наша с графом дуэль продлится аж пару минут, а на всё про всё ушло менее минуты.
— Да, за такую ложь надо бы тебя, конечно, лишить отгулов на месяц. Но я человек добрый, так что прощаю тебя, — криво улыбнулся тренер, сверкнув шаловливыми глазами-маслинами.
Он ещё раз похлопал меня по плечу и с довольной улыбкой пошёл к своей бывшей жене. А та встретила его кислой гримасой.
Ставлю золотую монету против гнилого зуба тролля, что ушлый Шилов опять поспорил с ней и выиграл. То-то она очень недовольно поглядывает на меня, словно я не оправдал её надежд.
— Громов, это было великолепно! — быстро подошёл ко мне барон Лисов, прежде сидевший на первом ряду трибуны. — Клянусь молниями Перуна, я в восхищении! Вы так станете лучшим дуэлянтом академии. Вы сегодня явно заработали пару очков… а Рыльский лишился одного.
Красноречивый взгляд весело ухмыльнувшегося парня упал на развороченную задницу графа. Правда ту уже прикрыли рубашкой. А бессознательное тело Рыльского с помощью магии подняли в воздух. Оно полетело за лекарями, быстро двинувшимися в сторону выхода с арены.
— А вон, кажется, и ещё одна дуэль намечается, — пробормотал я себе под нос, заметив Огневу и Белову.
Они стояли на песке арены в паре метров от трибуны и сверлили друг друга презрительными взглядами.
Подойти?
Глава 18
Баронесса и графиня что-то негромко говорили друг другу, обмениваясь насмешливыми взглядами.
Вокруг них быстро образовалась буферная зона безопасности. Никто не подходил к девушкам. Но в некотором отдалении от них крутились любопытные кадеты. Да и не только кадеты. Капитан Морозов тёрся неподалёку от Огневой с Беловой. А чуть в стороне от него улыбался Шилов. Его уши вытянулись, как у самого породистого эльфа. Или
