двери. Я смотрел в окно. Майор из ИСР… Кто? Та встреча в ресторане неспроста была? Кто решил мне вставить палки в колеса?
От мыслей отвлек стук в дверь. Пришел Чалый и привел весьма недовольного Владимира. Отправил вора заниматься делами, мне предстоит разговор, в котором не нужны лишние уши.
— Борис! — обратился парень ко мне, держа сумку в руках. — Что это за клоака? Почему я здесь?
— Добро пожаловать! — распростер я руки. — Отныне это твой новый дом. Поздравляю, я выбил тебе перевод из Охотничьего!
— Можно я вернусь обратно? — скуксил недовольную мордочку Борзов. — Такой разрухи в жизни нигде не видел, как и столько уголовников на квадратный метр.
— Вовка! — решил я немного его в чувства привести. — А кто плакал мне, что Даша его бросила и уехала в Тобольск?
— Ничего я не плакал и не говорил тебе ничего! Как ты узнал? — уставился на меня Владимир.
Черт! Я же стер ему память о том событии. Как-то немного выбила из колеи ситуация с Барановыми, что я потерял бдительность.
— Борзов! — изменил я лицо. — Ты считаешь, если я не с вами, то не знаю ничего? Просто так ты приехал в тот же город, куда твоя дама сбежала? Не думал, что за счастливое стечение обстоятельств?
— Как? — удивился Владимир. — Никто, кроме Димы, не знал… А он не вылезает из патрулей после того, как нас поймали, когда мы ходили к Славецкому. Он взял всю вину на себя, и я его почти не вижу.
— Попой об косяк! — улыбнулся я, потому что получилось отвлечь аристократа. — Знаешь, сколько людей напряг, чтобы твою костлявую задницу отправили сюда?
— Да, насчет этого… — замотал головой Борзов. — Мне ничего не сказали, изменили метку, со словами, что теперь я не могу выйти дальше Тобольска, и все. Где буду служить, с кем, чем буду заниматься? Просто дали билет и отправили.
— Вова-Вова… — вздохнул я. — Ты думаешь, что я правда дезертир? Вот просто так взял и сбежал после того, как мне дали звание старшего сержанта? Это задание под прикрытием. И когда я узнал, что в части изменения и ты там сопли жуешь, решил вытащить тебя к себе.
— Я… даже не знаю, что сказать… — задумался аристократ.
— Ладно! Жить будешь в этом номере, я оплачу! — взял сумку аристократа и положил на кровать.
— Артефакты, я кое-что смог приобрести! — подбежал Владимир и стал доставать.
Решил пока не разбираться и просто переместил их в свой артефакт. Посмотрел на кольцо Славецкой. Блин, забыл ей его отдать! Теперь еще ящики нужно вытащить и где-то расположить. Потом решу, что с ними делать. Барановы, все карты спутали…
Мне вернули целых десять тысяч рублей. Борзов, как жук, завернул их в тряпку и спрятал в одежде. Шесть нычек смастерил зельевар. Я же заплатил за свой номер на неделю и за Владимира тоже. Все, теперь можно идти знакомить двух мужчин, по-своему любящих одну женщину.
Хорошо, что на улицах по-прежнему царила тишина, а то окажись здесь нежный Владимир, когда тут было несколько шумнее, даже не знаю, что бы он сделал. Убежал?
Добрались до здания Прохорова. Старался не отвлекаться на постоянное недовольство Борзова о том, что здесь ему не нравится и он предпочитает жить в более комфортных условиях. Видите ли, его смутило, когда нам все-таки попались на пути несколько продажных дам не первой свежести, а потом парочка беспризорников.
Почему-то ему не понравились мои хорошие знакомые, Василий Павлович. Золотой человек, сколько раз помогал ориентироваться в трущобах? Володя до этого не видел бездомных в своей жизни. Пока молодой аристократ расширял свой кругозор, мы зашли в полуразрушенное здание.
Пришлось остановиться, потому что Борзов прочистил желудок. Смутили его фекалии в подъезде, как и несколько разложившихся останков крыс, которых кто-то не доел. Мы подошли к двери, заваленной мусором.
Я использовал камень, и преграда исчезла. В лаборатории стоял сильный запах перегара, что мне уже не понравилось. Прошли дальше, за разделочным столом в заляпанном халате на голое тело сидел Прохоров. Мужик обнимал бутылку и что-то мычал.
Твою мать! У этого что случилось? И так Барановы знатно нагадили, еще он…
— Владимир это профессор, он же Прохоров Давид… — не успел я представить своего помощника, как Борзов побежал на мужика.
Влетел в него и скинул со стула. Залез сверху и давай колошматить кулаками по лицу Давида.
— Ты! Все ты! Из-за тебя уехала Даша… Бросила меня! Тварь, ты ей жизнь испортил! Но тебе мало, да? Хочешь лишить ее всего? Ты просрал свою жизнь, теперь и ее?.. — кричал Борзов.
— Звуковая пуля! — произнес я, и моя магия устремилась в голову Владимиру. Вот только она не принесла ожидаемого эффекта. Аристократ продолжил избивать Прохорова.
Значит, Борзов стал сильнее? Молодцы! Принимали эликсир прорыва. Более сильную магию решил не использовать. Подошел, взял его за шкирку и толкнул. Владимир зачем-то выставил руки, когда полетел, и схватил с собой стул, в которой врезался лицом у самой стены.
Через пять минут я усадил их за стол. Оба с синяками и разбитыми харями. Один злой пыхтит, второй еще не пришел в себя.
— Значит, так, Борзов! — начал я. — Профессора не трогать. Это я попросил его написать Даше. Знал, как она отреагирует и что поедет к нему, а тогда и тебя смогу вытащить.
Слабоватая ложь, но мне нужно, чтобы эти двое помешанных работали вместе.
— Ты? — уставился на меня Владимир. — Но зачем? Ты же мог…
— Хватит! — прервал я его. — Мало ты знаешь, чтобы понимать мотивы моих действий. Вот же… Я его вытащил со службы, а он сидит с мордой недовольной. Профессор, какого хрена?
Я уставился на Давида, который снова взял бутылку и прикладывался к ней разбитыми губами.
— Даша… — выдохнул он. — Ее забрали!
— Что? — вскочил Борзов, но я положил ему руку на плечо и посадил.
Долбанул профессору пощечину, чтобы он в себя пришел и объяснил нормально. Подействовало, в затуманенных глазах появился разум.
— Мы встретились с ней, — начал он, опустив голову, — в ресторане. Все было хорошо, но потом пришли они и попытались нас схватить. Я смог уйти.
— Трус! Бросил! Мразь! — снова попытался дернуться Владимир.
— Кто это был? — спросил я и сильнее надавил на рыпающегося аристократа.
— Ботаники… Они пришли за нами… — сделал очередной глоток медицинского спирта профессор. — Они ищут вас, Борис Иванович.
Глава 19
— Рот наоборот! — выругался я и сел рядом.
И как мне доставать Цветкову? Я же сам к ним приду, горяченький, остается только лист на спине повесить со словами «Борис Иванович Солнцев — измененный, которого вы ищете для опытов».
— Боря, — поднял жалостливые глаза Владимир, и посмотрел меня. — Что мы будем делать?
— Снимать штаны и бегать! — дернул щекой и задумался. — Я
