сообщил Дройн, когда девица ушла. — Я прослышал, ты на рудник идёшь. Так я с тобой. Как договаривались. Как раз шёл сказать, когда этого встретил.
— Логоваз меня зовут, — всё-таки представился уманьяр. — И ты ведь понимаешь, что на этом наш спор не закончится? В следующий раз я буду готов.
Мы все понимали, что спор не закончился, это было очевидно. И очень меня бесило, если честно, хотя я и понимал Логоваза. Марта, конечно, странная, да ещё и с прошлым дама, очевидно, но на его месте я бы тоже так просто не отступился.
— Скорее бы уже к авалонцам, — пробормотал я. — Кто бы мог подумать, что наблюдать за этими петухами будет так утомительно?
Мою идею попросить Марту как-то полегче с Логовазом я окончательно похоронил. Причём не оттого, что она не послушается. Вполне вероятно, что наоборот, только после такого у влюблённого точно не будет шансов. Я, конечно, тот ещё психолог, но у меня есть стойкое подозрение, что лишить Марту возможности избивать претендента на своё сердце, значит лишить претендента шансов это сердце заполучить. А так поступать с Логовазом я не стану ни за какие коврижки, это будет слишком жестоко.
— Может, правда прикончить по-тихому Дройна? — Пробормотал я. — Проблем меньше будет, ей-богу!
— Не смей! — В один голо воскликнули Логоваз и Витя. Дальше хора не получилось.
— Он мой! Это наше с ним дело! — Это, понятно, Логоваз.
— Сдохнет Дройн — в банде власть делить начнут! Ещё и остальных в разборки втянут! — а это уже мудрый Витя. Надо сказать, его аргумент показался мне более увесистым.
— Дуся, ты такой рациональный и жестокий! — Добавила Айса у меня из-за спины. Даже не заметил, как она подошла. И, кстати, непонятно. Осуждения в её словах вроде бы нет, но и одобрения — тоже. Не выставил ли я себя перед любимой девушкой жестоким чудовищем? Вдруг она во мне разочаруется? Блин, как страшно жить, у всех любовные любови, в них начинаешь путаться… Всё-таки Логоваз — скотина. Не мог подождать, пока у меня всё устаканится, а уж потом свою личную жизнь устраивать?
Нда, как всё-таки быстро и из-за какой ерунды меняется настроение толпы. Если ещё вчера оно было вполне ровное, то после неудавшегося поединка народ явно приуныл. А уж когда армия заметила, куда именно мы движемся… Оказывается, для большинства стало сюрпризом, что мы собираемся идти на территорию авалонцев старым перевалом. Все знали, какая нехорошая слава о нём ходит, и, оказывается, никто даже не рассматривал этот путь, как возможный. А когда до народа дошло…
В общем, к нам возникли вопросики. Задавать их пришла целых десять делегатов, настроенных решительно и мрачно. Собрались вокруг нашей палатки, молча и мрачно, суровые и с поджатыми губами. Репетировали, что ли?
— Чой-та вы тут тусуетесь, чуваки? — Растерялся я поначалу, так что из своего обычного мрачного образа вышел.
— Шаман! Это правда, что мы идём к Забытому перевалу? — Выкрикнул один из делегатов. Похоже, именно тот, который тут всех и собрал. Орк, которому пришлось поплясать во время аукциона — знакомая личность. Нашёлся, блин, самый истеричный, он мне сразу не понравился! Надо было его ещё тогда пристрелить, зря я с ним миндальничал.
— Если ты про тот, который вот уже виден практически — то да, а что не так-то⁈
— И ты спрашиваешь, что не так⁈ С ним то не так, что это смертельная ловушка! Я не знаю никого, кто через него перешёл, и остался жив! Хотя знал несколько разумных, что пытались! Ни один из них не вышел с другой стороны! Это — смерть! Ты ведёшь нас на смерть!
— Врёшь ты всё, — говорю. — Знаешь.
— Что знаю?
— Ну, ты сказал, что не знаешь никого, кто прошёл бы тем перевалом. А на самом деле — знаешь. Это вот я, Айса, Илве и Киган. Мы все через него прошли. И ещё куча народа из племени Рысей — тоже. — Я говорил громко, чтобы все слышали. — Ребята, подтвердите!
Уманьяр, конечно, подтвердили, но недоверие на лицах делегатов никуда не делось.
— Я что-то не отдупляю, ребят, вы что, считаете, что мы вам врём, что ли? — Я начал понемногу заводиться. Не люблю, когда меня обвиняют в недоверии. — Была там одна пакость, но неужто вы думаете, что она могла что-то сделать мне? Валите уже, трусы. Перевал теперь чист, и для нас идеален — во-первых, он ближе всего к руднику Грасс Вэлли, во-вторых там нас никто не ждёт. Свободны!
Народ разошёлся, и, вроде бы, немного успокоился. Однако, чем ближе мы подходили к перевалу, тем сильнее они нервничали. Зараза, даже мои спутники, которые уже им проходили, тоже начали оглядываться по сторонам с некоторой опаской! Никогда бы не подумал, что страх настолько заразителен!
Все идут смурные, друг на друга огрызаются, пару раз даже чуть драки не вспыхнули. Только благодаря Марте и обошлось, а то пришлось бы задерживаться и ждать, когда драчуны разберутся. Причём, я уверен, вся остальная армия с удовольствием наблюдала бы за любой потасовкой, лишь бы оттянуть неизбежное. Я недоумевал — ну вот как так? Сказали ж вам, опасности больше нет! И нервничать не нужно! Тем более — ну вы ж меня боитесь, уверены, что я весь такой страшный, сильный и жестокий. Так какого хрена вы так уверены, что я не справлюсь с каким-то перевалом? Когда вообще такое было, что Великолепный Дуся с чем-то не справлялся? Странные разумные!
Вокруг постепенно вырастали каменные стены. Чем глубже мы заходили в теснину, тем плотнее нашу армию окутывало молчание. Реально, у них у всех глазки вырастали, как у каких-нибудь котов из Шрека. Или как у мышек из анекдота. Мне-то страшно не было. Ничего здесь за прошедшее время не изменилось. Ущелье по-прежнему оставалось мрачным местом. Я-то чуял, что всё с ним теперь нормально. Ну, встречаются иногда костяки старые, и в целом — тихо, не растёт ничего. Зато ничего угрожающего здесь больше нет. Не чувствуется никакой давящей атмосферы и этой подспудной угрозы, которая щекотала нервы в прошлый раз. Но это попробуй ещё объясни, особенно, когда тебя и не спрашивают. Бредут, сбившись в кучу, по сторонам зыркают, как испуганные суслики, а на меня поглядывают неприязненно. Спиной чую!
Мы-то с ребятами первыми пошли, а то, боюсь, вообще бы
