Ответ вырвался из меня автоматически.
— Не курю.
Читавший брошюру парнишка поднял на меня взгляд и вздрогнул. Да, представляю собой зрелище не для слабонервных. Блондинка подняла глаза и побледнела.
— Не бойтесь, — успокоила людей Мамба, — Орк — квазизаражённый. Местный паразит сделал его похожим на заражённого, но там внутри он всё ещё прежний человек.
— Пойдём, говорю, покурим, — ухмыльнулся в неухоженную бороду Иван, — Я покурю, ты покашляешь.
Мы вышли на кухню.
— После твоего лекарства кишка кишке бьёт по башке. Я собираюсь в магазин сходить, — сообщил мне Иван, — Поднабрать еды и перекусить.
— Я хочу попросить вас задержаться в этом доме. И не выходить пока на улицу.
— Почему? — дунул в гильзу папиросы мужчина.
— Это для вашего же блага…
— Не пояснишь? — спросил он напрягшись.
— Поясню. Отчего ж не пояснить, — кивнул я, — Тут другой мир. Другие правила. Если пойдём в магазин, то только вместе и при условии, что ты оставишь ружьё здесь. Если возьмёшь его, то закинешь его за спину и стрелять будешь только по моей команде. Если начать палить, такие могут набежать, что не обрадуешься.
— Я согласен, — кивнул он, — Пошли.
— Тогда не кури. Заражённые за много километров запах табака могут унюхать.
Иван смял папиросу и выбросил.
— При таких раскладах совсем брошу…
Мы направились на выход, но у двери нас остановила Мамба.
— Орк, тебе попадался янтарь? — спросила она, — У нас спека совсем нет. Без него мы Бурята не довезём. Если есть нити, я забодяжу его на кухне.
— Держи, — я передал крёстной не глядя весь пластиковый пакет с добычей, — Мы до магазина, за едой.
— Олега тоже возьмите, — посоветовала практичная латиноамериканка, — Втроём вы намного больше принесёте за одну ходку.
Глава 32
Олегом оказался, как было несложно догадаться, тот самый молчаливый парень. И он был никакой не блондин, как мне показалось с первого взгляда. Очень неожиданно наблюдать седину в таком юном возрасте. Серые глаза обрамлялись полностью седыми ресницами. Ни одного нормального волоса у него не осталось. Поседел, как объяснил Иван. Парню в первые минуты заражения довелось увидеть, как переродившиеся родители съели грудного возраста сестрёнку прямо в детской кроватке и попытались сожрать и его. Олег оказался спортивным парнишкой и успел сбежать. Возле дома его и Наталью перехватил Иван.
Наталья работала в небольшом местном магазине и как раз шла после его закрытия, когда вокруг все начали массово перерождаться. Ключом от магазина, кстати, она нас и снабдила. Это была небольшая поселковая торговая точка, но в ассортименте было, всё, что нам необходимо. От алкоголя до еды. Набрали того и другого с избытком, и без приключений. Всегда бы так ходить за хабаром.
По возвращении мы обнаружили, что на кухне Мамба уже развернула бурную деятельность по изготовлению чудодейственной наркоты под названием спек. Поэтому я тут же был направлен в сопровождении Ивана за недостающим.
Нам пришлось подломить ещё и местную аптеку, попутно разобравшись с несколькими десятками осмелевших пустышей, привлечённых нашим шумом. Нужно сказать, что Иван не запаниковал, а со зверским лицом колол супостата копьём, даже не попытавшись воспользоваться висевшим за его плечами ружьём. Если мы уже привыкли к такого рода деятельности и не воспринимали зачистку, как бой, то Иван ещё не очерствел, но наблюдать за ним всё равно было забавно. В аптеке мы набрали одноразовых инсулиновых шприцев, марли, ваты, физраствора, антисептика, перевязочного материала для раненого и аптекарские весы.
Вернувшись, я был привлечён к работе в кустарной нарколаборатории. На газовой плите, питавшейся от баллона с пропаном, закипела строго отмеренная ранее вода в соотношении к количеству янтаря — один к десяти. В забулькавшую воду Мамба закинула весь янтарь, который мы только что добыли. После томления на медленном огне в кастрюлю отправилась кальцинированная сода. Ещё после десяти минут тихого кипения, которые латиноамериканская варщица отмеряла по секундомеру, кастрюлю я отнёс на балкон, где оставил остывать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пока спек-сырец остывал, мы устроили общий обед. Во всремя еды с улыбками наблюдали за оголодавшими свежими иммунными, уплетавшими еду со сверхзвуковой скоростью. Это всё было бы совсем похоже на пионерский пикник, если бы не впавший в бред на диване тяжелораненый.
Время от времени Мамба выходила к кастрюле и помешивала кислотно-оранжевое варево, чтобы добиться равномерной консистенции сырца. После полного остывания получился кисель, чем-то напоминавший мутаген из мультиков про нинзя-черепашек. Именно такое сравнение пришло мне на ум, некогда испорченный японскими мультиками. Дальше мы принялись процеживать спек-сырец через растянутый над ванной слой марли. Большая часть жидкого варева просочилась сквозь ткань в ванну и безвозвратно канула в недрах канализации. На марле же оставались небольшие оранжевые сгустки. Аккуратно отнесли марлю на сушилку, где и оставили сохнуть.
Процесс не сильно сложный, если бы не такие обильные слезотечения и першение в горле, то был бы и вовсе приятным. Знай себе, помешивай, соблюдай пропорции и временные интервалы. Когда моя помощь больше была не нужна, я в сопровождении Олега и Ивана отправился добить медляков, объяснив спутникам смысл нашего пребывания в этом кластере. Попутно они задавали вопросы, на которые я старался отвечать максимально развёрнуто и не утаивая от них никакой информации. Олег приуныл, а вот Ивана, который уже разменял шестой десяток, новость о том, что у него не только все зубы отрастут, но и сам он помолодеет, вызвала небывалый подъём.
Когда мы через несколько часов вернулись, Мамба уже собирала высохшие сгустки на марлях. При касании латиноамериканской варщицы комочки осыпались мелким порошком, более похожим на пыль. На подставленной бумаге уже была внушительная кучка. Крёстная со всей доступной осторожностью стряхивала оранжевую пыльцу в герметичный пищевой пластиковый контейнер.
После кропотливой сборки спековой пыльцы начался процесс взвешивания на аптечных весах необходимых микроскопических доз порошка, шедших на десятые доли грамма. Разбавляли физраствором, получая готовый спек непосредственно в тонких инсулиновых шприцах. Я с облегчением, наблюдал за тем, как Мамба первую же дозу вколола раненому, по лицу того расплылась блаженная и загадочная улыбка сфинкса. Бред Бурята прекратился сразу же, и, судя по всему, физические страдания тоже.
— Запомнили, как готовить? — обратилась ко всем Мамба, — Спек — это стимулятор и наркотик, одним из компонентов которого является янтарная нить или узелковый янтарь. Есть ещё монолитный, но он встречается у таких страшных тварей, что даже произнести название этих существ в Улье не на стабильных кластерах считается плохой приметой. Чем сильнее развиты заражённые, из которых получили ингредиенты для спека, тем качественнее он будет, и тем меньше будут от него побочные эффекты.
Крёстная обвела взглядом свежаков, к числу коих я себя тоже причислял.
— Некачественный спек может вызвать серьёзное привыкание и умственную деградацию подсевшего на него иммунного. Однако, при грамотном использовании, он значительно повышает шансы тяжело раненого на выживание. Особенно в этом хорош качественный спек из высших форм заражённых, и лайт спек, — она вздохнула, — Но лайт спек получается только из монолитного янтаря. А про тех, из кого его добывают тут, на кластере, я рассказывать вам не буду, но технология изготовления такая же. Только пропустить через марлю сырец можно два-три раза.
— Думал, что янтарь сдают барыгам и знахарям…
Крёстная кивнула.
— Большинство рейдеров сдают янтарь только потому, что у них его не очень много. Кто будет возиться из-за нескольких сот граммов, да даже одного килограмма? У нас же тут безвыходная ситуация, — возразила Мамба, — Не стали бы мы сейчас связываться с варкой, Бурят точно не доехал бы, а он нам нужен как свидетель.
