был бы обеспечен. И вот это, если подумать, уже вполне вписывалось в историю к куртису. Шла леди к себе в покои, и тут совсем рядом внезапно упала люстра — ужас, паника, ещё, может и падение, и закономерный итог. Этакая последняя капля, очевидная причина печального исхода. Но зачем, бесы побери, появился тот мужик?!
Был и ещё один неплохой вопрос: что за ведьма тут поработала? Узнав только о куртисе, я заподозрила было подругу Шолтана. Проклясть цепь она тоже, возможно, сумела бы, но вот фокус с «верёвкой» ей уж точно не по силам. Это сложные чары, деревенские знахарки такими не владеют. Мог ли Шолтан её научить? Вообще-то мог бы, конечно, но что-то подсказывало, что не стал бы. Не в его это характере.
Кот, пригревшийся у меня на груди, вопросительно мяукнул. Негромко, можно сказать вежливо, но весьма настойчиво. Словно интересовался, долго ли ещё мы собираемся тут стоять, и когда уже ему перепадёт что-то вкусное.
— Голодный? — спросила я, и тут же сама ответила: — Ну конечно. Молодой человек?
Маг отвлёкся от изучения ржавой цепи, выпрямился и продемонстрировал полную готовность слушать и повиноваться.
— Как твоё имя? — спросила я для начала, припомнив, как некрасиво совсем недавно вышло с Шимусом.
— Гэллан, миледи, — чуть поклонился парень.
— Очень приятно, — улыбнулась я. — Тебе всё равно надо будет на кухню заглянуть, прихвати там чего-нибудь для этого красавчика, он заслужил.
* * *
Дину я отправила отдохнуть и кота искупала сама. Большой радости нам обоим это не доставило, но мы справились, даже не сильно поругавшись и почти не подравшись, и прилегли перевести дух. Сильно побелевший кот мурлыкал в коконе из полотенца, простив мне всё за хороший кусок печёной рыбы и плошку молока.
Мы оба почти задремали, когда в дверь тактично постучали. Не без досады вспомнив, что заперлась надёжно, я сползла с кровати и открыла. Хотя мелькнула мысль этого не делать. Вроде как обиделась я, и пусть где хочет, там и ночует, хоть со своими лордами обожаемыми, которые ему важнее меня…
Видимо, выражение моего лица оказалось очень красноречивым, муженёк даже шаг назад сделал при виде него. Мне тут же стало стыдно. Вместо того, чтобы о деле важном думать, развожу дурацкие капризы. Ну ладно, может не совсем дурацкие, но здравый смысл это отменять не должно.
— Есть новости? — поинтересовалась я, приглашающе отходя чуть в сторону.
— Чем ты так насолила Рикешу? — поинтересовался Рэйн, всё-таки входя.
— Пренебрегла его гостеприимством, — хмыкнула я, и не сдержавшись, добавила: — Ты вроде бы его тоже не особо любишь.
— Не люблю. Даже скорее терпеть не могу, хотя приходится. Не пойму только, какая ему выгода от тебя избавляться.
— А он подсуетился с отравой, с люстрой или с тем идиотом? — уточнила я.
— С идиотом, — усмехнулся Рэйн.
— Ну… — задумчиво протянула я, возвращаясь на кровать к коту, — у него, помнится, тоже есть дочка…
На самом деле шутила, конечно. Знакомство моё с Рикешем вышло кратким, но достаточным, чтобы понять: при всей своей гнусности этот тип трусоват. По мелочи оскорбить Гровера — предел его собственной решимости. И на такое явное преступление он вряд ли пошёл по личной инициативе. Но для Селбера план слишком непродуманный. Разве что он должен был сыграть роль этакой дымовой завесы, отвлечь от чего-то другого.
— Остальное — снова Дарган.
И снова глупость. Хотя он мог и не знать, конечно, что история с Ласси уже всплыла. И Селбер наверняка требует подельника поторопиться с решением вопроса. Да и эта часть плана была, в сущности, неплоха. Правда, кое-что оставалось неясным.
— И как всё это приблизит Селбера к ключу? — спросила я.
— Не знаю, — пожал плечами Рэйн, усаживаясь на край кровати. — Возможно, вместе с новой женой он надеется ввести в дом шпиона. А может, убийцу.
— Кто-то ещё знает, где ключ? — насторожилась я.
— Пока нет. Но одному человеку рассказать точно придётся рано или поздно. Так ведь и план не на один день рассчитан.
— И ты не можешь обвинять никого в окружении его величества на основании подобных домыслов, верно? — мрачно усмехнулась я.
— Я даже Даргана не могу обвинить, хотя точно знаю, что это его рук дело, — так же мрачно откликнулся Рэйн.
— А он ещё здесь? — уточнила я немного опасливо.
— Нет. Почёл за благо поскорее убраться с глаз долой. А вот Рикеш напросился остаться до утра.
— Намекаешь на что-то?
Честно сказать, очень хотелось припереть этого гнусного типа к стенке и заставить говорить. Но вряд ли он может рассказать что-нибудь действительно интересное. Слишком мелкая фигура, чтобы Селбер делился с ним планами. Наверняка даже напрямую с ним не разговаривал, чтобы ничего не доказать было.
— Намекаю, что задержался он наверняка не просто так.
— Надеется что-то вынюхать?
— Возможно. Будет неплохо узнать, что именно.
* * *
Первым, что я увидела с утра, оказалась пара зелёных глаз. Они смотрели на меня со стола, очень серьёзно и слегка возмущённо. Разумеется, давно уже рассвело, кот был до сих пор не кормлен, а я тем временем позволяла себе наглым образом отсыпаться.
— Сейчас, — пообещала я с самым честным видом.
Вставать не хотелось, так что я просто позвала Дину, точнее, позвонила и принялась ждать. Успела даже размечтаться о свежих булочках, но дождалась вовсе не завтрака своей и кошачьей мечты.
В дверь что-то толкнуло, почти тут же раздался звон и дребезг, визг Дины, гулкий удар, эхом прокатившийся по коридору, и чьё-то сдавленное ругательство. Кот удостоил всю эту какофонию лишь недолгим поворотом головы, после чего продолжил вдумчиво вылизывать заднюю лапу.
Завернувшись в халат, я решительно дошагала до двери и распахнула её. Первым передо мной предстал завтрак. Увы, в весьма плачевном виде осколков тарелок и чашек в луже из смеси молочной каши и сливок. Потом я увидела чуть в стороне Дину, сердитую, раскрасневшуюся, с наполовину занесённым для удара подносом.
— И что это за натюрморт? — поинтересовалась я.
Мимо меня самым бесцеремонным образом прошествовал кот, гордо покачивая порядком распушившимся после купания хвостом, и принялся подлизывать сливки прямо с пола. Дина молчала, хотя ей явно было что сказать. Но это, кажется, были не те слова, которые она считала возможным произносить в
