порог.
Гровер, шагавший впереди, остановился у второй двери слева, извлёк из поясной сумки связку ключей, отпер тяжёлую дверь с небольшим забранным решёткой окошком, и первым шагнул внутрь. Герцог последовал за ним. Я остановилась у входа, на пороге, прислонилась к холодному камню и посмотрела на сидящую на лавке у стены женщину.
Вид у неё был как у королевы в изгнании, не меньше: величественная поза, высокомерное выражение лица, уверенный взгляд. Стерва не просто не считала себя виноватой — была абсолютно уверена, что кругом права.
— Что, ваша светлость, — заговорила она первой, — явились лично сообщить мне мой приговор? Благодарю, уж и не надеялась удостоиться столь высокой чести.
— Обязательно, — кивнул Рэйнан. — Но для начала хотел бы знать, почему.
— Почему? — с усмешкой переспросила Хезер. — Серьёзно? Ты забываешь все обещания, приводишь шлюху в дом своего отца и спрашиваешь у меня, почему?
Раньше я думала, что повидала уже всякое, но это заявление заставило меня оторопеть. И от тона, и от выбранных Хезер слов, и вообще. О каких таких обещаниях она тут заговорила?!
— Шлюха в этом доме только одна, Хезер, и это ты, — тон герцога был холоднее, чем веками не видевшие солнца камни вокруг нас. — Я очень долго закрывал глаза на твои выходки из уважения к памяти отца. Я понимаю, почему он чувствовал перед тобой вину, хотя виноват на самом деле не был. Но ты перешла черту, за которой моё терпение заканчивается.
— Да неужели?! — истерично взвизгнула Хезер, буквально на глазах теряя и высокомерие, и самоуверенность. — Десять лет! Десять лет я слушала пустые обещания, и что в итоге?! Кем я осталась?! Служанкой?! Я леди, между прочим!
— Тебе стоило бы вспомнить о том, что ты леди, прежде, чем прыгать в постель Расса Даргана, а потом менять его на барона Доунса, — так же холодно отрезал Рэйнан. — Отец взял тебя в дом из уважения к твоему покойному брату, который всё равно любил тебя и не хотел, чтобы ты развлекала солдатню, хоть это и было бы для тебя, пожалуй, самым подходящим делом. Остальное ты придумала себе сама. И я повторяю свой вопрос — зачем ты пыталась избавиться от моей жены?
Прямота этих слов заставила меня оторопеть снова. Вот, значит, как было дело. Очередная бесприданница придумала отличный, как ей казалось, план: соблазнить завидного жениха и таким манером заставить его жениться. А он благородство проявить не пожелал и попросту выставил опозоренную девчонку за порог. Она повторила фокус, с ещё меньшими шансами на успех и тем же грустным итогом, и оказалась в крайне печальном положении.
Благородную женщину, оступившуюся единожды — по великой любви, по глупости или ещё какой другой причине — простить ещё могут. Нет, клеймо позора ей всё равно носить до конца дней и на удачный брак больше не стоит надеяться, но можно найти приличную работу и даже какого-нибудь не слишком привередливого торговца в мужья. Но на что надеялась эта… красотка, дважды у всех на глазах сожительствуя с мужчинами без брака? На то, что на ней потом женится герцог? Серьёзно? Даже в двадцать лет нельзя быть такой дурой.
— Ты обещал жениться на Айрис Дарган! — выпалила Хезер, и я поняла, что очень хочу присесть. Стоять под такие новости невозможно.
-14-
— Так, — медленно протянул Рэйнан с какой-то невесёлой усмешкой, — кое-что начинает проясняться. Правда не припомню, чтобы давал подобное обещание. Даже интересно, у кого это фантазия настолько богатая, у самого Расса или у его очаровательной дочери, которую я, к слову, в первый и последний раз видел, когда ей было лет шесть.
Я даже слегка не поверила собственным ушам. Это вот к чему сейчас был весь прочувствованный рассказ? Не для Хезер же, которой всё это и так наверняка отлично известно. Он что, передо мной так… оправдывается? Ох, сдаётся, у меня фантазия ещё побогаче, чем у дочки, папочки и ключницы вместе взятых, раз такие мысли полезли…
— Твой отец этого хотел, — с каким-то упрёком отозвалась Хезер.
— Отец пару раз заводил разговор о том, что было бы неплохо породниться с Дарганом. Последний раз лет пятнадцать назад, и я тогда обещал подумать. Не надумал, как видишь. Но тебе, полагаю, это не так и важно? Что же граф наобещал за пристройство доченьки, дорогуша? Стряхнуть пыль со старых чувств и всё-таки сводить к алтарю?
Пятна, поползшие по щекам Хезер, были более чем красноречивы. Герцог определённо угадал. А я невольно поразилась глупости этой вроде бы довольно коварной особы. Это же надо — второй раз поверить единожды обманувшему тебя мерзавцу! Рискнуть всем нажитым благополучием ради очередного пустого обещания! Неужели она настолько его любила?!
Нет, на самом деле план был не так и безнадёжен. Она, надо полагать, надеялась решительно вскрыть факт моей неверности, устроить скандал, дождаться развода, а уж потом на сцену предстояло выйти графу со своим интересным предложением. И до этого момента всё выглядело логично и даже умно. Почему бы не предложить свою дочь, если она вполне подходящая невеста? Почему бы и не согласиться, раз оно так? Но вот с чего вдруг Хезер решила, будто лично ей так-таки что-то светит? Неужели шантажировать потом графа собиралась, угрожая рассказать, как всё случилось на самом деле? Очень на то похоже, надо отметить.
— Понятно, — подвёл черту под разговором герцог. — Если кто-то глуп, это навсегда. Так что завтра утром, Хезер, ты отправишься в столь милый твоему сердцу Дарган. Гровер мне тут сегодня жаловался, что там прачек очень не хватает, солдаты в грязном белье по две недели ходят. Вот и поможешь решить проблему.
— Ты не посмеешь! — прошипела Хезер, даже на ноги от негодования вскочив.
— Не забывайся. Ещё слово, и я отправлю тебя на заслуженную виселицу.
Выцедив сквозь зубы эту фразу, Рэйнан резко развернулся на каблуках и вышел в коридор. По пути поймал меня за руку и почти потащил обратно к лестнице. Я не сопротивлялась. Всякое желание устраивать с этой дрянью скандал, тем более кошачью драку пропало окончательно, ещё не хватало позориться. Она и так наказана, даже больше богами, чем герцогом. Сейчас лучше мне выяснить, сколько ещё в этом доме её подружек, к которым лучше спиной не поворачиваться.
— Ты бы не отправил её на виселицу. В
