вышла, Цинь Чу предложила:
– Где ты живешь? Могу тебя подбросить.
Мысли Цун Жун все еще были заняты выяснением отношений с Чжун Чжэнем, поэтому она рассеянно покачала головой:
– Спасибо, не надо, я здесь живу.
Лицо Цинь Чу вытянулось, а Цун Жун вспомнила, что коллеги Вэнь Шаоцина не было, когда она представлялась. Понимая, что та, возможно, неправильно истолковала ее слова, девушка указала на дверь напротив и пояснила:
– Я живу по соседству.
Только тогда выражение лица Цинь Чу смягчилось, и она натянуто улыбнулась:
– Тогда я пошла.
Вэнь Шаоцин последовал за гостями, потянув за собой Цун Жун:
– Давай вместе проводим их вниз.
Цун Жун этого не хотелось, но из вежливости она согласилась.
Когда дверь лифта открылась и гости плотно набились в кабину, Цун Жун улыбнулась и предложила:
– Лифт уже полон, я спущусь следом.
Прежде чем кто-то успел ответить, двери кабины закрылись.
Цун Жун развернулась, подошла к двери Вэнь Шаоцина, быстро повернула ключ и вошла. Встала на цыпочки, сняла свежую фотографию и сунула за пазуху. Оглядевшись, она увидела, что за ней наблюдают, и злобно пригрозила своему единственному свидетелю:
– Попробуй только выдать! Зажарю тебя!
После чего поспешно вышла и спустилась на лифте вниз.
Вэнь Шаоцин и Цун Жун стояли перед домом и с улыбкой прощались с гостями. Чжун Чжэнь уныло махал рукой, ежась на холодном ветру. Он обиженно глядел на сестру, всем сердцем желая уйти вместе с остальными.
Последние из уходивших смотрели на две фигуры, стоящие рядом, и шептались:
– Видали?
– Что?
– Доктор Цинь проиграла!
– Доктор Цинь не так красива, как адвокат Цун.
– Смотри глубже! Цинь Чу проигрывает в масштабе личности! Если бы у нее был характер Цун Жун…
– Доктор Вэнь выбрал бы ее?
– Ерунда! На месте Цун Жун она даже не взглянула бы на него и не грустила бы сейчас!
– А мне кажется, что доктор Цинь не особо расстроилась. Да и вообще, у нее с доктором Вэнем нет ничего общего. Просто все вокруг заочно их сватают, выдавая желаемое за действительное.
– Яблоки-то раздавят и превратят в пирог. Как же тут не расстраиваться? Такое самообладание говорит о психологических качествах человека. А что это значит? Это значит, что у медиков железные нервы!
Глава 6. Я хочу встретиться с тобой
Порывы зимнего ветра становились все сильнее и время от времени спутывали полы пальто юноши и девушки, стоящих совсем рядом. Их тени на земле будто бы стремились прикоснуться друг к другу.
Проводив гостей, Цун Жун и Вэнь Шаоцин поднялись обратно на свой этаж. Выйдя из лифта, они обнаружили девушку, которая сидела на корточках и молча роняла слезы. Завидев их, девушка тут же обиженно разрыдалась:
– Жун-эр…
Цун Жун нахмурилась и сквозь зубы процедила:
– Зови меня по имени!
Вид у этой хрупкой девушки был глубоко несчастный – должно быть, из-за разбитого сердца. Вэнь Шаоцин взглянул на свою спутницу и, многозначительно улыбнувшись, направился домой.
Почему-то Цун Жун вдруг вспомнились слова Вэнь Шаоцина: «Твой брат говорит, что за тобой бегало много девчонок». Может быть, Вэнь Шаоцин тоже вспомнил об этом и поэтому решил, что она и эта девушка?..
Эта мысль так взбесила ее, что она, развернувшись, гневно посмотрела на брата, стоящего в дверях. Тот перепугался и торопливо последовал за наставником:
– Сестра, ты пока позаботься о Чэнчэн, а я покажу профессору статью и вернусь попозже.
Чжоу Чэнчэн, страдальчески держась за края одежды подруги, вошла за ней в дом. Однако Цун Жун не стала заниматься гостьей, сразу убежала в спальню. Там она быстро переоделась, спрятала украденное фото и только после этого вернулась в гостиную.
Подруга, успевшая к этому моменту съесть баночку йогурта и полтарелки фруктов, подняла залитое слезами лицо.
– Говори, что случилось в этот раз? – спросила Цун Жун.
От ее вопроса Чэнчэн снова расплакалась.
Цун Жун помолчала, затем, с трудом подавив раздражение, как можно ласковее произнесла:
– Дорогая, ты ведь тоже с отличием окончила престижный юридический университет, правда, предпочла работу секретаря суда ради разных громких дел. А когда что-то происходит, ты сидишь, плачешь и ничего не делаешь. Ну как же так?
Чжоу Чэнчэн и Цун Жун познакомились, когда учились за границей, и вместе вернулись в Китай. Чэнчэн была лишена карьерных амбиций: она устроилась обыкновенным секретарем суда, чтобы наблюдать за самыми запутанными и странными делами, о которых порой рассказывала подруге. Работа ей очень нравилась. Только в любви ей никак не везло: по непонятным причинам Лунный старец[12] отвернулся от этой нежной красивой девушки. И после каждой любовной неудачи она прибегала к Цун Жун в поисках утешения.
Наконец подруга, сдерживая рыдания, рассказала:
– Я специально выбрала канун Рождества. У-у-у… призналась в любви коллеге… у-у-у… Он сказал, что ему не до отношений, что хочет сосредоточиться только на работе, но позже я увидела его с другой коллегой. Они, держась за руки, шли вместе, разговаривали и смеялись… у-у-у… Почему он обманул меня…
– Когда кто-то говорит, что ему не до отношений, это ведь не значит, что он не хочет их, просто он не хочет отношений с тобой. Не подумала об этом?
Цун Жун протянула подруге салфетку, затем недоуменно спросила:
– Погоди. Ты ведь только в среду мне рассказывала о красавчике – тренере по плаванию, а сегодня уже призналась в любви коллеге? Но сегодня… – Она бросила взгляд на телефон. – Только суббота.
Чжоу Чэнчэн внезапно перестала хныкать и спокойно ответила:
– О, мне больше не нравятся накачанные парни. В последнее время я запала на интеллигентов с утонченными манерами.
Цун Жун опешила и не знала даже, что и сказать. В этот момент раздался звонок, и она встала, чтобы открыть дверь.
За дверью стоял Вэнь Шаоцин. Не успел он открыть рот, как подруга подбежала и бросилась на шею к Цун Жун:
– Жун-эр, не уходи…
Девушка ошеломленно посмотрела на подругу, затем на Вэнь Шаоцина, выражение лица которого ей совсем не понравилось. Он явно не так все понял, а она во время ужина сама имела возможность убедиться, насколько несдержанны были медики в своих фантазиях.
– У нас не такие отношения, о которых ты подумал! – принялась оправдываться Цун Жун. – Мне совсем не нравятся девушки! Она пришла ко мне из-за разбитой любви!
Вэнь Шаоцин понимающе улыбнулся, но улыбка эта выглядела весьма двусмысленно. Цун Жун еле смогла выдавить из себя вопрос:
– Ну, в чем дело?
– Да так. – Пожав плечами, юноша развернулся и ушел.
Закрыв дверь, Цун Жун
