так с чужим ребенком. — Ира пропала.
— Ира? Твоя сестра?
— Нет, не сестра, ее дочь… — видимо, от нервов я окончательно потеряла над собой контроль, потому что сболтнула лишнего.
Ненадолго в трубке повисло молчание.
— Сейчас приеду. Жди.
В ожидании Мирослава я успела дважды обойти вокруг школы.
— А ведь все вы виноваты! Как можно было оставить ребенка! Вы же мать! — ко мне подошла одна из учителей. Я не знала ни ее имени, ни какой предмет она преподает. Да и видела до этого всего один или два раза, мельком столкнувшись в коридоре.
— Спасибо. А то я сама сейчас себя не укоряю, — с трудом нацепив улыбку на лицо, кивнула я, хотя самой внутренне хотелось вцепиться ей в волосы.
— Вот-вот! Только о себе и думаете, — сердито поджала губы она. — Что тут ходите? Без вас поиски проведут. Идите лучше к директору в кабинет. Будете там показания давать, что оставили ребенка одного.
— Я без вас разберусь, куда мне идти, — нет, я прекрасно понимала, что все сейчас на взводе, что и эта учительница тоже переживает, а потому срывается на меня, но… понимать и терпеть — это не одно и то же.
— Угу. С ребенком уже разобрались. Идите теперь оправдывайтесь!
Не выслушивая дальнейших нотаций, просто развернулась и пошла в другую сторону.
— Эй, кабинет не в той стороне!
«Без тебя разберусь, в какую мне сторону», — подумала про себя, выходя к крыльцу школы, где располагалась парковка.
Нужно было внимательнее приглядеться, может быть, если похитители уезжали на машине, то оставили какие-то следы? Да хотя бы от шин!
От дождя было много луж и грязи на парковке. Кто-то гулял тут с собаками, виднелись птичьи следы, и еще… Я нахмурилась, разглядывая странные отпечатки в грязи.
Рядом со мной остановилась машина.
— Мария?
Резко выпрямилась, услышав окрикнувший меня голос. Мирослав приехал. Юркнула к нему на переднее сиденье. Только попав в салон и содрогнувшись от контраста тепла и холода, поняла, как продрогла. Хорошо хоть куртка все еще была на мне, но застегнуть, выходя их интерната, я ее забыла и даже не заметила этого.
— Рассказывай, — скомандовал Барс.
— Иру кто-то забрал, похитил. Мирослав, мне нужна твоя помощь, мы должны спасти ее! — затараторила я, проглатывая окончания слов.
Мужчина кивнул и двинулся с места:
— Пока проедемся вокруг, посмотрим. Может быть, заметим что-то неожиданное.
— Я должна сейчас быть у директора… там он вызывает полицию и арбитров. Могут понадобиться мои показания.
— Поверь, если ты понадобишься арбитрам, они сами тебя найдут. Ребенка ведь похитили, пока тебя не было? Ну вот и пусть пока рассказывает тот, кто с ним сидел, — Мирослав внимательно смотрел по сторонам дороги, словно сканируя местность. — Волшебных детей просто так не похищают. Это мог сделать отец ребенка?
Я закашлялась, косясь на него.
— Хотела бы я знать.
— Так, Мария, — он вздохнул. — В твоих интересах сейчас мне все рассказать. Если отец один из оборотней, и забрал ребенка именно он — то даже арбитры тебе его не вернут. По их законам ребенок принадлежит клану, если не было специального брачного контракта, как в случае моего отца, например. Давай начнем сначала. Чей это ребенок?
Я закрыла глаза, собираясь с духом. И со слезами в голосе прошептала:
— Это ребенок Ирины.
— Не слышу.
Я была уверена, что все он слышал и специально добивается того, чтобы я повторила, поэтому, не сдержавшись, я крикнула:
— Это ребенок Ирины! Она умерла, а у меня пошло молоко, и я решила выдать его за своего. Доволен?!
Ни один мускул не дрогнул на его лице. Я была уверена, что сейчас он снова начнет говорить мне про перемещение, про то, что ребенок даже не рожден тем телом, в котором я сейчас нахожусь, но, к его чести, такого не последовало.
— А что насчет оборотней? Ты уверена, что не они забрали малышку?
— При чем тут вообще оборотни… — я вцепилась пальцами в волосы, с силой оттягивая, причиняя себе боль.
— При том, ты же сама говорила про Песье.
— Ничего я не говорила! — я не понимала, почему он вообще вспомнил про это самое Песье. Похоже, решил, что я оказалась там потому, что отец ребенка был из этой деревни, но ведь не рассказывать же ему, как все обстояло на самом деле? Или рассказать?.. — Я… я ушла оттуда. Эти оборотни не имели никакого отношения ни ко мне, ни к Ирине.
Мирослав вывернул из Лебяжьего на трассу, и я хотела уже было попросить его вернуться обратно в поселок, меня в любой момент мог позвать обратно директор, могло что-либо измениться, появиться новая информация.
Зря я вообще села к нему в машину. А что, если малышку отыщут, понадобится срочно моя помощь? Сердце то билось чаще, то в ужасе замирало.
— Мирослав, нам нужно обратно.
— Как же вы там оказались? — не слушая меня, перебил мужчина.
— Я не знаю, я появилась в этом мире уже после этого. Откуда мне знать?! — не выдержав, вспылила я, — Сейчас главное, выяснить, кто забрал моего ребенка, и найти ее живой и здоровой.
Я всхлипнула, стараясь гнать от себя мысль, что мы можем опоздать.
— Куда ты вообще едешь? Может, выйдем из машины? Ты же, как его… — очередной шумный всхлип прервал мою речь, — фейри. Ты бегаешь быстрее, чем любая тачка. Меня, вон, даже оборотни…
Я хотела сказать «не догнали», памятуя, как сама бежала из злополучного Песье, но осеклась.
Те странные следы на парковке наконец сложились со всем остальным. Это были волчьи следы: вытянутые, когтистые, идущие друг за другом словно по линейке! И не просто волчьи. А двух разных волков, принадлежащих разным породам.
— Ты едешь туда? Думаешь, ребенок там? — перевела я шокированные глаза на Мирослава.
— Я видел следы на парковке у интерната. В городе есть и другие оборотни, но, учитывая твою историю с Песье, искать надо там. И если все так, как я думаю, то ни полиция, ни арбитры нам не помогут.
Я нахмурилась. Внутри закопошилось странное чувство, мимолетная мысль: «Интересно, а почему я заметила следы оборотней, пусть и не сразу поняла, что это, Мирослав заметил их сразу, едва подъехав к школе, а целая ватага учителей-магов
