бумаги для солидности и взялась за ручку.
Женщина вздохнула с кажущимся раздражением, но мне показалось, что за ним она прячет некоторое смущение.
— А зачем еще я могла прийти в брачное агентство?
— То есть вы ищите супруга? — я начала писать на бумажке.
— Не просто мужа! — встрепенулась неизвестная. — Я хочу, чтобы было как у Томаса!
Тут мои брови взметнулись вверх. Вот откуда ноги растут:
— Так вам меня рекомендовали?
— Не совсем, — дама чуть покраснела и повела плечами, устраиваясь. Вся она была красивая, но немного манерная, будто все время позировала. В конце концов, мне удалось ее разговорить и узнать ее историю.
Леди Франсина Воттс была старшей сестрой Томаса и, к сожалению, вдовой.
— Мой муж, Джек Воттс, знаменитый художник… в смысле, был знаменитым художником. Вы не слышали? — нервно сжимая в руках снятые перчатки, спросила она.
— Нет, простите, я не из столицы, — смутилась я.
— В общем… это и к лучшему, — отмахнулась леди Воттс.
Дело в том, что первый ее брак нельзя было назвать счастливым, хоть он и был заключен не по расчету. Господин Воттс был человеком… порывистым, эмоциональным. Эстетом. Встретив юную Франсину, он был очарован, нарисовал с десяток ее портретов, добился свадьбы, несмотря на сопротивление ее родных, вскружил девушке голову… и остыл сразу после медового месяца. Что вы хотите, он же должен думать об искусстве. И пошли… натурщицы, музы, заказчицы, юные ученицы художника…
Бороться с бесконечными любовницами мужа было невозможно, и Франсина просто как могла дистанцировалась от этого. Не всегда выходило, иногда женщины являлись к ней домой и устраивали скандалы. Иногда даже позорили в публичных местах, крича, чтобы она «отпустила» мужа. Но истина была в том, что господина Воттса все устраивало: иметь красивую хорошо воспитанную и утонченную жену, чтобы посещать светские рауты, и целый хоровод вечно сменяющихся любовниц.
— Вы можете себе это представить: девицы, которые являлись к нам домой кто со скандалом, а кто со слезами. В том числе заявляющие, что мой муж их обесчестил или даже заделал ребенка, — всхлипнула Франсина, аккуратно промакивая глаза платком с кружевом по краю. — А в свете: вечно выслушивать слухи, приносимые «добрыми друзьями», и притворяться, что не веришь, что искренне любишь этого человека.
— Почему вы не развелись?
— Муж не хотел меня отпускать, — передернула точеными плечами леди, — а я не хотела устраивать публичный скандал. Все же он знаковая фигура, популярный художник, об этом точно писали бы в газетах…
— Вам не хотелось… отомстить ему? — не смогла не спросить я.
— Опуститься до его уровня? — сморщилась леди Воттс. — Нет, ко мне, конечно, подходили на светских раутах в том числе и господа, желавшие «утешить» несчастную жену, которой изменяет супруг, но это было бы еще хуже. Не любовь, а просто… — она не стала заканчивать, но ее живое лицо очень красноречиво выразило чувства, будто она ощутило что-то дурно пахнущее.
— А как… погиб ваш муж? Он был пожилым человеком?
— Вы и об этом не слышали? — она удивленно покосилась на меня. — Был такой громкий скандал…
Я развела руками.
— Его убила брошенная любовница, публично, на открытии большой выставки его картин. Джек все последнее время говорил, что эта выставка станет вершиной его карьеры… и она стала ее финалом.
— Какой ужас! — ахнула я.
— Я уже пережила. Это было два года назад, — передернула плечами леди Воттс. — Я бы, наверное, никогда не решилась на повторный брак и отношения, если бы не Томас.
— Почему?
— Я… наелась всего этого досыта в первом браке: любовницы, дети на стороне, сплетни, скандалы. Кто-то говорит, что мне просто не повезло, кто-то — что так все живут, просто не с таким размахом. Одна очень именитая дама заявила, что у нормального мужчины тихо живет где-нибудь в пригороде всего одна скромная содержанка, главное — чтобы она не создавала проблем, не рожала детей и не тратила слишком много денег. И это нормально, понимаете?!
— Нет, не понимаю, — честно ответила я.
— Я тоже, — кивнула леди Воттс. — Но вот у Томаса… у него же все иначе! Он на свою Софи смотрит, как на солнышко ясное, жизни своей без нее не представляет. Родители поначалу не были в восторге от девушки, работающей в полиции, — я удивилась, Софи об этом не рассказывала. — Но Томас заявил, что, если понадобится, прервет с ним общение и откажется от наследства, лишь бы быть с ней вместе.
— Они друг друга очень любят, — улыбнулась я вспомнив светлый цвет их эмоций.
— И я хочу того же! — от эмоций леди Воттс вскочила со стула. — Вы же можете…
— Но… — тут смутилась я. — Мои силы немного иначе работают. Я чувствую сокровенные желания мужчин. Я не могу заглянуть в вашу душу и понять, кто вам подходит, потому что вы — женщина. Простите…
— Тогда загляните в души всех встречных мужчин и найдите того, кому буду подходить я, разве не логично?
— Но это… очень сложно! — ужаснулась я.
— Я готова заплатить. Поверьте, от супруга мне осталось достаточное состояние и коллекция дорогостоящих картин.
— Но подумайте… я же могу найти вам какого-нибудь… бедного работника завода. Да, он будет вас искренне любить, но вам не о чем будет с ним поговорить, он будет необразован…
— Если он будет меня любить, меня это полностью устраивает. Моих денег хватит нам на жизнь. Поймите, я уже была достойной женой успешного и популярного мужа. Хватит. Я хочу простого и понятного счастья: семьи и детей. Я не решилась бы, но… я в вас верю. Я видела Томаса и его Софи, слышала о вас от леди Фарци…
— Вряд ли от этой особы вы могли услышать что-то хорошее, — ахнула я.
— Я умею отличать эмоции от фактов. А факты заключаются в том, что у вас есть способности, которых нет ни у кого. И я хочу, чтобы вы нашли мне с их помощью мужа.
— Но это… может быть очень долго… и трудоемко!..
— Я выпишу вам чек на предварительные расходы, — довольно улыбнулась госпожа Воттс, понимая, что я уже сдалась.
Глава 56
Работники, пришедшие прилаживать готовую деревянную вывеску над дверью, донимали меня пошлыми шуточками и комментариями, но я лишь закатывала глаза, прекрасно понимая, что мне следует привыкать к такой реакции, если я больше не собираюсь скрывать свою сущность. В отместку я их использовала, чтобы выполнить недельный план для леди Воттс.
Эта дама, несмотря на образ изящной леди, имела на деле железобетонную хватку, опомнилась я от ее гипноза уже в процессе, едва не подписав кабальный
