помню, честное слово.
Я откинулась на спинку диванчика и прикрыла глаза. Ох уж эти мужчины… Блондиночка. Курносая. Симпатичная. В самом деле, зачем помнить её имя, когда самое важное в памяти зафиксировано? И ведь не удивлюсь, если этот умник к ней ещё и подкатывать умудрялся. Хотя и для этого имя тоже не требуется, достаточно стандартного арсенала деток, крошек и малышек.
— А без имени совсем никак? — поинтересовался Сирил так уныло и пристыженно, словно по выражению лица понял ход моих мыслей.
— Совсем, — буркнула я, не открывая глаз. — Кровь или имя, что-то одно нужно обязательно, иначе мне зацепиться не за что.
— Я постараюсь, конечно…
— Ты его, это имя, хоть слышал когда-нибудь? — уточнил Рэйн.
— Слышал, конечно. Просто забыл, времени сколько прошло, да и общались мы мало, может, когда парой слов о погоде перебросились. Или даже нет.
— Ладно, раз слышал, значит вспомнишь.
— Ты что, хочешь…
Дальше они начали о чём-то сначала просто говорить, а потом и яростно спорить. В какой-то момент я совершенно перестала понимать, о чём речь, потеряла нить дискуссии и в конце концов попросту заснула.
Разбудил меня аромат жареного лука. Впрочем, этот был не аромат, а скорее вонь ураганной силы, сбивающая птиц на подлёте. Потом послышался грохот захлопнутого окна, но на состояние воздуха в комнате это уже вряд ли могло повлиять.
— И что на завтрак? — пробубнила я, не открывая глаз и вообще мечтая поспать ещё пару часов. Или даже дней.
Звякнул металл, и луковый запах усилился опять, только теперь к нему примешивались ещё и нотки горелого. Нет, ну а чего? Специальный уголь очень даже хорош при отравлениях, неудивительно, что с такой кухней его приходится добавлять сразу. Чтобы, как говорится, два раза не вставать. Ну, или много раз не садиться.
— Знаешь, я не уверен, — как-то растерянно отозвался Рэйн. — Мне кажется, это было пшеном. До того, как его приготовили. Трудно сказать, что это такое теперь.
— Гадость, — уверенно констатировала я. — С именем вы придумали что-нибудь?
— Придумали. Но придётся подождать вечера, нужный зал сегодня весь день занят.
— Есть хочу, — сообщила я, и сама удивилась, как… капризно это прозвучало.
— Ладно. Пойду припомню Ланкеру должок за рёбрышки. Никуда не уходи.
Вместо ответа я натянула одеяло до самых глаз, устраиваясь поудобнее. Никуда не пойду, конечно, пришла охота потеряться в здешнем лабиринте. Лучше уж посплю ещё немного, раз пока тихо и кровать такая удобная. И кто-то даже очень любезно избавил меня от тесного платья.
Второй раз меня разбудил запах получше. Это оказался керр с пряностями и какая-то сдоба. Свежая. Честно сказать, предпочла бы сейчас что-то мясное. Курицу, например, целиком бы съела.
— Омлет?
— Омлет, — согласилась я, не вылезая из-под одеяла. — И колбасу.
— Колбасы нет.
— А курица?
— Курицы тоже нет. А ты хочешь? В смысле, серьёзно хочешь курицу?
— А если скажу, что да? — прищурилась я, всё-таки принимая сидячее положение.
— Ну…
— Шучу, обойдусь омлетом. Бесы с ней, с курицей. Хотя знаешь, на самом деле бесы предпочитают петухов. Уж не знаю, какая им там разница, но факт есть факт.
Омлет, честно сказать, оказался так себе. Уже после пары ложек я начала понимать, почему магистр так наедался у нас за ужином. Даже интересно стало узнать, какая же это религия не позволяет магам найти для своей обители нормального повара. Неужто они все дружно отдают предпочтение Витейру-душеспасителю и следуют его заветам аскетизма? Вообще как-то непохоже.
— А если имя окажется не то? — уже за керром, единственной достойной частью завтрака, поинтересовался Рэйн.
Я раздражённо поморщилась. Доказательств у меня не было, только версия, что ведьма-разведчица заподозрила Ижина в предательстве и отомстила как смогла. Версия эта действительно запросто могла оказаться ошибочной. И если так оно и есть…
— Скорее всего просто ничего не получится, — озвучила я самый оптимистичный из возможных исходов.
— Или? — не купился Рэйн.
— Или проклятие доконает парня немедленно, — пожала плечами я, выдавая вторую по неприятности возможность.
— Это всё?
Я поморщилась опять. Нет, ещё проклятие может перекинуться на меня. И, между прочим, такое не исключено в любом случае, не только от ошибки с именем. Это, конечно, довольно маловероятно, обычно подобный печальный финал постигает неумелых или неопытных ведьм, неспособных правильно защититься. Но возможность ошибки никогда нельзя исключать полностью.
— Я правильно понимаю, что и тебе это может чем-то угрожать?
— Не чем-то, — буркнула я, возвращая опустевшую чашку на столик, — а вот этим самым проклятием. Но есть хорошая новость: с меня его тоже может снять другая ведьма.
— И ты знаешь ведьму, которой можешь доверять настолько?
Положа руку на сердце, такой я не знала. У меня вообще было не так много знакомых ведьм, и все они прямо-таки мечтали избавиться от конкурентки в моём лице. И что-то подсказывало, что знакомые ведьмы Рэйна тоже скорее не упустят возможность воспользоваться так удачно подвернувшимся проклятием, чтобы избавиться от меня, чем наоборот.
— Дай угадаю, — протянула я. — Хочешь запретить мне ввязываться в это опасное дело?
— Хочу, — даже не попытался отпираться Рэйн. — Но, думаю, это безнадёжно, ты всё равно поступишь по-своему.
— Он наверняка что-то знает, — заметила я, хотя на самом деле уверена в этом вовсе не была.
Ижин мог знать не больше, чем успел рассказать Сирилу. Или ненамного больше. И чтобы сдать разведчиков своим азрийским подельникам, Шолтану его помощь на самом деле не требовалась, так что располагали мы по факту не более чем догадками и предположениями.
— Или хотя бы того, кто может что-то знать, — мрачновато согласился Рэйн. — Но и это не точно. Давай сначала пообщаемся с остальными, а там посмотрим, стоит ли рисковать.
* * *
День прошёл в пустых разговорах. Никто из остальных учеников Шолтана не смог ничего добавить к рассказу Сирила. Один только заметил, что перед войной об управлении нежитью и о ключах Иллар говорил частенько, но никогда не упоминал никаких деталей. И на все вопросы отвечал, что расскажет, когда сам всё выяснит.
Рассказ этот мы выслушали в таверне ближайшего городка, куда отправились заедать неизгладимое впечатление, произведённое обедом в обители. Хоть это и казалось невозможным, дневной трапезе удалось затмить утреннюю. Лично я с
