учиться всему заново не особо хотелось. И бинго! Я разобрала эти странные символы! «Ее зовут Мята, позаботьтесь о ней»- гласила надпись. Ну и отлично, хотя бы в этом мне повезло, искренне порадовалась такому открытию. Имечко конечно не ахти, но вдруг и вправду счастливое. А то, что в теле младенца, будем считать, что для другой жизни, новые тапочки. Будем привыкать из любой непонятной ситуации извлекать выгоду и положительные стороны.
Вырвал меня из мыслей топот копыт и гомон мужских голосов. Постойте, копыт?! Каких ещё к черту копыт?! Я ж младенец, меня ж сейчас затопчут, не заметят. Тут я резво замахала ручками и ножками, да как заголосила, что есть мочи своим детским звонким голосочком. Хоть бы услышали, хоть бы услышали, молилась я. О том, что это людоеды или кто похуже, я старалась не думать.
Уже совсем рядом со мной, одна из лошадей, та, что неслась впереди всех остальных затормозила. Мужчина восседающий на ней, резко вскинул руку призывая всадников позади остановиться. Затем спрыгнув с коня, подошёл ко мне низко присев.
— Это младенец. Бросили посреди дороги, видимо друиды из лесу притащили, больше ему неоткуда тут взяться. — осведомил мужчина остальных, подхватывая меня на руки, — Задолбали они, все, что не нужно на дорогу таскать! — сплюнул и поднес меня к какому-то всаднику, — Что делать с ним будем, командир? Или это она? — распахнул он кофточку той девочки для проверки моей половой принадлежности. Стыдно то как…
Я тут же захныкала протестующе. Какой конфуз! Какой стыд и позор. Господи боже! Щеки запылали так, словно их снегом натерли, а на глаза навернулись слезы. Да заматывай уже обратно, идиот! Все рассмотрел уже и мне холодно, мысленно проорала я ему.
— Застенчивая какая однако! — засмеялся мужчина пеленая мое тельце обратно, — Постой, а что это тут у тебя, дай-ка сюда? — забрал у меня записку, — Ее зовут Мята, позаботьтесь о ней. — вслух прочитал.
Глядя на их рожи, я бы ещё дописала «и не ешьте ее, она заразна»! А морды надо сказать, у них были страшные, жуть, как пить дать людоеды! Массивные лица, узкие глазки, клыки на нижней челюсти чуть выступают наружу, головы лысые, руки и грудь неестественно волосатые. К кому меня притащили эти мелкие засранцы друиды? Совсем ошалели поди, младенца то к этим вот?! Возмущению не было предела!
— Оставим, с собой заберём в замок, а там решим, что с ней делать. — ответил командир.
На этой ноте мы двинулись в замок. Во главе со мной, у все того же страшилы на руках, что подобрал с дороги. Весь путь я старательно молчала, лишних звуков не издавала, а то знаю мужиков этих. Они детские вопли на дух не переносят, если шуметь не буду, в суп не пустят.
Боже, как же я сейчас себя глупо ощущала. Вы не представляете! Взрослой девке оказаться в теле младенца. Не таким я себе путешествие в чужой мир виделось, не таким. Всю дорогу мысленно мирилась с этим фактом, принимала и осознавала непростую ситуацию. Выбора у меня все равно нет. Я искала плюсы, о минусах предпочла не думать.
Ну, во-первых, для новой жизни получается, что действительно новенькие тапочки. Во-вторых, я таки здорова, вроде бы. Судить конечно рановато, но не мог же тот тип меня во всем обмануть, обещал вроде, что калекой я больше не буду. Разум свой я точно сохранила, речь здешнюю понимаю, читать могу. В-третьих, будь я все так же семнадцатилетней, непонятно как отреагировала бы на меня толпа мужиков. А так вреда не причинили, во всяком случае пока что. В-четвертых, никто не поймет, что я не из этого мира. Что-то мне подсказывало, что лучше хранить эту тайну. И пока я буду расти, я узнаю об этой планете все, не нужно будет задавать вопросов, которые выдадут меня. А если и буду спрашивать, то маленького ребёнка ни в чем не заподозрят, спишут на любознательность и возраст. Все остальное я уж как-нибудь переживу, перетерплю, пересмущаюсь в конце концов. Теперь главное, чтоб меня на улицу не выкинули, если отправят в детдом, то мы люди привыкшие.
За своими размышлениями я не упускала возможность рассмотреть свой новый мир. Уже расцвело и я любовалась пейзажами вокруг. Деревья в утреннем свете оказались ещё красивей, а небо ещё больше чем ночью потрясло своей красотой. Рассвет тут был немного в других красках, я даже на время перестала дышать наблюдая, как первые лучи солнца окрашивали горизонт темно-зеленым оттенком, затем переходили в салатовый и в желтый, из желтого в золотисто-оранжевый, а потом в красновато-малиновый и наконец полыхнув сиреневым, становилось привычного светло-желтого цвета на фоне голубого неба. Интересно, я когда-нибудь привыкну к такой живописной природе?
— Какая миленькая малышка, такая тихая, спокойная. Кто же тебя такое везение на дороге оставил? А какие у тебя необычного цвета глаза, никогда не встречал такого оттенка. Словно живое золото в зелени. Дело рук друидов, не иначе. Но почему они тебя бросили? — заговорил вдруг страшила удерживающийся меня, потрепав по головке и щёлкнув по носу.
Скривила личико и хныкнула, мол не надо меня лапищами своими трогать. Он расплылся в устрашающей улыбке. Может он и был уверен, что выглядит по-доброму, но мне не привыкшей к такой внешности, было боязно и даже жутко.
Надо сказать, что дорога к замку была не близкой, добирались несколько часов точно. Солнце уже было почти в зените, когда мы стали подъезжать к какому-то поселению на холме. Лес резко обрывался и теперь мне не на что было отвлекаться. А еще ужасно хотелось пить, есть и пи-пи, но обгадить этого страшилу было как-то стыдно. Может я и в теле младенца, но мозги то при мне остались.
Начала возиться и кряхтеть, давая понять, что мне что-то нужно. Елозила у него на руках всем тельцем, пыхтя как ёжик. Рыдать не планировала, успеется ещё. Ну же, здоровяк, давай, включи мозги, отреагируй уже. Я ведь ребёнок, а ты меня все утро ни поил, ни кормил! Чуда разумеется не произошло, но намёк ему хотя бы ясен.
— Эй, потерпи, уже приехали. Сейчас тебя покормят и спеленают. Прости малышка, но кроме хмеля у нас ничего не осталось, еды тоже. — покаялся мужчина мне, бережно покачивая на руках. Ну и на том спасибо, подумала я и затихла. Пыхтеть все равно теперь смысла нет, накормят только в замке.
А замок у них я вам скажу… даже не знаю как это описать, так чтоб этих странных
