— Уговорила на этот раз. — Снимаю с себя пиджак и протягиваю ей.
Она отказывает принимать.
— Я с тобой никуда не поеду.
— Зато я с тобой поеду. — Вытягиваю ее из угла, сам пакую в пиджак и, пока эта дикая кошка не начала новую драку, добавляю: — Отвезу домой. Доставлю в целости и сохранности.
Глава 12
Глава 12
Кира
Меня никогда в жизни не трясло от мужчин. Ни от преподавателей, ни от преступников, у которых брала интервью, ни от лживых чиновников, требовавших опровержения. Я не дернулась, даже увидев мужа в постели с племянницей. Тихо прикрыла дверь и ушла к Ире.
Но от Вольского внутри все дрожит и булькает! Этот мерзавец всего за несколько минут успевает покатать на целой карусели эмоций.
Вначале, когда вижу его флирт с Викой, — вспыхивает раздражение. К чему эти шуры-муры на приличном мероприятии? Не мог дождаться финала или увезти девушку в отель? Потом, когда он переключается на мое платье, — злость.
Я чувствую себя еще одним экспонатом в коллекции охреневшего питерского бабника. С трудом сдерживаю слова, которые так и рвутся наружу. Ну а когда оказываемся в лифте... понимаю, что шампанского было слишком много!
Откровенный перебор!
Убойная доза!
Другого объяснения у меня нет.
Клянусь себе больше не прикасаться к бокалам и шалею от того, как правильно Вольский мнет мой зад, как грамотно его руки обращаются с грудью и как путает мысли горящий взгляд.
Все это противозаконно!
Где-то в подсознании мечется мысль, что он убийца моего отца, последняя скотина и ходок. А телу хорошо точно так же, как после интервью в ресторане.
Редкая разновидность аффекта.
Ума не приложу, как бы отбивалась, реши это чудовище утянуть меня в какую-нибудь подсобку, но, кажется, разговор о бухгалтере возвращает Вольскому способность думать.
Мы не говорим друг другу ни слова до самой машины. В салоне этот гад занят исключительно своим мобильным телефоном, а стоит остановиться у моего дома, я не оставляю ему шансов.
— Провожать не нужно!
Скидываю пиджак, сразу же толкаю дверцу и на рекордной для каблуков скорости лечу в подъезд.
Что вырвалась и никто меня не преследует, осознаю только под дверью квартиры. На душе почему-то становится тускло. В горле ком. Лишь затяжка на чулках напоминает о коротком сумасшествии в лифте.
— Слушай, а что за такси тебя привезло? — Ира встречает у порога. — Тачка отпад!
Можно только догадываться, как она успела отследить мой приезд и рассмотреть машину.
— Ты хотела сумочку из крокодила? Это была она!
— Очень большая сумочка! — округляет глаза Ира. — И стоит, кстати, дороже твоей квартиры.
— Я не интересовалась ценой. Привезли, к счастью, бесплатно.
— Да какое это счастье, когда на такой машине и бесплатно?! — Подруга как всегда в своем репертуаре.
— Ира, не начинай!
Дико хочется раздеться и в душ.
— Ты хотя бы намекнула, что готова рассчитаться?
— Ира!
— Ножки показала? А спинку? У тебя сзади такие виды! Импотенцию можно лечить.
— Поверь, у этого... крокодила хватает и спин, и ног, и прочего.
Как назло, вспоминается та самая потенция. Горячая, внушительная — от начала ширинки до пуговицы. Гораздо более габаритная, чем у Паши. Рычаг переключения передач, мать его!
— Слушай, ты так говоришь, будто сама с помойки или из дома престарелых!
— В сравнении с некоторыми барышнями я престарелая и слишком обычная. — Перед глазами проносится сцена с галстуком.
Вика так уверенно снимала его с шеи Вольского, так счастливо улыбалась... Как женщина, которой разрешено все. Близкая. Своя.
— Глупая, возраст — это ресурс, а не балласт! — Ира стискивает меня в объятиях.
— В данном случае мне без разницы. — Кладу голову ей на плечо.
Так хорошо, что хоть плачь. Проклятая карусель, похоже, решила окончательно меня ушатать.
— Но на чай можно было и пригласить... Такие сумочки на дороге не валяются!
— Иди ты! — Со смехом отталкиваю ее и тут же осекаюсь.
Лишь сейчас доходит! Совпадений не бывает! Вика целый год жила в Китае. Благодаря ей на портале даже появилась колонка о ресторанах и других развлечениях Пекина.
Раньше я не задавалась вопросом, для чего скряга Ломоносов отправил обозревателя светской хроники в Поднебесную. Очень уж быстро он сориентировался в политике партии. А сейчас вспоминаю интервью Вольского, его рассказ о годе в Китае, и все становится на свои места.
— И с чего это вдруг похоронная мина? — щурится подруга.
— Знаешь, давай не будем ни о сумочках, ни о потенции! — Иду к бару и достаю бутылку шампанского. — У меня юбилей! Редакции! А одно похотливое животное не дало нормально отпраздновать.
— Чувствую, ты все же что-то от меня скрываешь, — тяжело вздыхает Ира, но исполнительно топает на кухню и приносит бокалы.
— Никаких разговоров о мужчинах. Было и прошло! — Стараюсь говорить убедительно, однако профессиональное чутье и то самое намятое место хором подсказывают, что с «прошло» я поторопилась.
Глава 13
Глава 13
Утренний кофе с таблеткой аспирина ударяют по желудку и мозгам, заставляя воскреснуть. Чтобы не схлопотать обезвоживание, вливаю в себя стакан воды и строчу сообщение Ире. Хочу убедиться, что подруга в порядке и не нужно спешить к ней с домашней аптечкой.
Как вскоре выясняется, зря беспокоюсь. Счастливая Тарасова отбивается от меня коротким «Сплю» и через минуту еще одним СМС: «Взяла выходной».
На этом обязанности заботливой подруги считаю выполненными и быстро собираюсь в командировку.
По-хорошему, следовало заняться этим еще вчера — не лечиться шампанским, а готовиться к поездке. Но после эротического массажа от Вольского терапия была важнее.
Несмотря на общую разбитость, эта мысль заставляет улыбнуться. Не прошло и недели после измены мужа, а я уже страдаю из-за ухаживаний другого. Еще недавно не поверила бы, что такое возможно, а сейчас... От случайного взгляда в окно забываю, о чем думала.
— Какого лешего?.. — Я смотрю на гигантскую черную машину, заблокировавшую выезд моей малышке. — Вольский?! Что ты задумал? — спрашиваю сама у себя, закидывая в сумку все, что может пригодиться во время интервью.
Когда выбегаю на улицу, там тихо и спокойно. Не скрипят поржавевшие качели, не видно нашего садовода-энтузиаста тети Гали. Буйные соседи с первого этажа в кои-то веки закрыли окна и не орут на весь двор.
Так и хочется постучать по какому-нибудь дереву. Кажется, я даже знаю, по какому именно.
Заглядываю в окошко к водителю танка:
— И где ваш босс?
— Кира Игоревна? Доброе утро. — Шофер кивает и с самым невозмутимым видом выходит из машины. — Федор, — представляется он, будто у нас впереди общие дела.
— Федор, ваша машина загораживает выезд моей. Можно это как-то исправить?
— Да, конечно, только нужно немного подождать. — Он прячет в карман мобильный.
— Что значит подождать?
— Минут десять. Возможно, меньше.
— Вы сейчас так шутите?
— Нет, что вы? Если хотите, у меня есть для вас кофе! — Федор достает из салона стаканчик и протягивает. — Капучино. На овсяном молоке. Без сахара.
Все как я люблю. Подготовка на совесть.
— У меня через три часа важное интервью, — объясняю, игнорируя кофе и урчание в желудке. — Ваш босс в курсе. Если я буду распивать с вами кофе, интервью может не состояться.
— Прошу прощения, распоряжение Ярослава Борисовича: ждать.
— А не пошел бы ваш Ярослав Борисович к черту со своими распоряжениями?
Никогда не грублю незнакомым людям, но этот — копия начальника. Такой же непрошибаемый.
— Этот вопрос вам лучше задать ему лично. — Федор даже не смеется. Говорит на полном серьезе.
— Уж как-нибудь обойдусь без встреч! Вы сами передайте.
