— Сережа, ты извини меня… я не могу выйти за тебя замуж. Ты очень хороший человек, но я хочу вернуть тебе кольцо и забрать свой загранпаспорт, — выговорив это на одном дыхании, Юля замолчала.
— Еще раз с этого момента поподробнее, — иронично попросил Сергей. — Сильно головой, говоришь, ударилась? Так, так, так… То есть ты меня решила бросить? Дай подумать. У тебя кто-то завелся?
— Заводятся блохи. А мы расстаемся, потому что не подходим друг другу, — Юля перестала притворяться. — И я возвращаю тебе кольцо, потому что не буду твоей женой.
В трубке повисло предгрозовое молчание.
— Ты не любишь меня, а я не люблю тебя. На этой ноте и расстанемся, — добавила она.
— Я перезвоню, — Сергей повесил трубку.
Юля положила телефон и откинулась на спинку сиденья. В голове шумело, как после удара.
— Второй раунд закончился вничью, — объявила она.
Роберт смотрел на нее, будто видел впервые.
— Я бы сказзал: 1:0, в пользу Джу. А ты далеко не такая пушистая, как кажешься. Не расслышал, что Сергей сказал напоследок?
— Что перезвонит, — Юля закрыла лицо ладонями. — Даже голос его слышать невмоготу!
— Давай-ка, я поведу. Ты отдохни.
— Да, давай.
***
В городе они купили букет из хризантем и роз для мамы, Юля уже пришла в себя и снова села за руль.
— Ты знаешь, — Роберт несколькими ловкими движениями пригладил волосы, — я немного нервничаю. Нужно было подстричься заехать. Не думал, что знакомство с родителями невесты вызовет во мне такой шквал эмоций.
— Не переживай, они у меня замечательные…
— О, нет! Чуть главное не забыл. Зовут-то их как?
— Дормидонт Калабирдекович и Агриппина Нафанаиловна, — сдерживая смех, произнесла Юля.
— Как?! — растерялся Роберт, будто школьник, невыучивший урок. — Дроми… Джу! Я не выговорю. Почему ты раньше не сказала?
Юля рассмеялась.
— Прости, солнце! Я пошутила. Маму зовут Марина, а папу — Андрей.
Роберт выдохнул:
— С тобой весело!
— А то!
***
Мама с порога бросилась к Юле и обняла.
— Привет, — она мягко отстранила мать, пропустила вперед жениха и, окинув цепким взглядом лестничный пролет, закрыла дверь. — Знакомьтесь. Мой спаситель — Роберт Фаррелл, прошу любить и жаловать. Дорогой, познакомься, Марина и Андрей — мои родители.
Роберт умело скрыл удивление, увидев Юлиного отца, сидящим в инвалидном кресле. Мужчины обменялись рукопожатиями и будущий зять, покраснев, вручил маме букет. Она смотрела на него влажными от слез глазами, не находя слов. Отец пришел ей на помощь:
— Ну и что стоим? Мойте руки и к столу!
— Юля, помоги мне, пожалуйста, — позвала ее мать.
Юля прошла на кухню.
— Что скажешь? — взялась она за нож и нарезала аккуратными ломтями хлеб.
— Странное чувство, — мама достала запеченную курицу из духовки, поставила противень на плиту, села на краешек стула и вздохнула, — вы с ним словно одной породы зверьки. Да-да, не смейся, это была первая мысль, которая пришла мне в голову. И ты так изменилась за эти дни! Светишься…
— Я впервые за много лет счастлива! Кстати, знаешь, кого я встретила на днях? Громова с Самураем! Они с Робертом приятели, представляешь?
— Чудеса, да и только. И ты простила Саню? Ведь даже имя его не разрешала называть! Помню, Дмитрий как-то приезжал, но ты велела никому из друзей Громова твой телефон не давать, — покачала она головой.
— Что было, то прошло.
— Неужели не шевельнулось даже в груди?
— Нет, — отрезала Юля.
— А чего покраснела тогда? — мама накрыла Юлину руку своей теплой ладонью. — Ты можешь обмануть себя, но не меня. Первая любовь навсегда остается в сердце.
— Жарко здесь, — Юля поднялась и ловко перекинула цыпленка на блюдо. «Что же ты тогда мне Сергея сватала, раз такая проницательная?» — Пойдем кормить мужчин.
***
— Это самый вкусный цыпленок, которого я пробовал в жизни, — похвалил Роберт мамину кухню.
— Да, Марина прекрасно готовит! — отец отложил нож и вилку, — Как вы познакомились с нашей девочкой?
— Это удивительная история, — Роберт вопросительно взглянул на Юлю, и она согласно кивнула. Обладая даром рассказчика, он поведал ее родителям историю их встречи, умело избегая скользких моментов.
Когда подали чай, Роберт поднялся с места и попросил слова.
— Мы с Юлей вместе всего несколько дней. Но с первой минуты знакомства я понял, что эту женщину ждал всю жизнь. И посему разрешите мне просить руки вашей дочери.
— О, как, — отец удивленно вскинул брови, хотя Юля была уверена на сто процентов, что он в курсе. — Мать, чего говорят-то в таком случае?..
Мама подошла к Роберту и поцеловала его.
— Будьте счастливы, — она взирала на будущего зятя как на божество.
— Шампанского! — воскликнул отец и махнул рюмку коньяка.
— Образа надо нести, — топнула на него ногой мать и бросилась в спальню за маленьким, бумажным изображением Богородицы, оставшимся от бабушки.
Юля с умилением наблюдала за светопреставлением, пока Роберт не вытащил ее за руку на середину комнаты.
— Благословляю вас, дети мои! — перекрестил их отец, неумело сложив пальцы. В церковь в семье Юля ходила одна.
Только вернулись за стол, как зазвонил у нее мобильный. Она взглянула на дисплей: номер не определился.
— Слушаю вас!
— Привет. Это Эдик. Ты дома?
— Дома, — узнала Юля голос водителя Сергея.
— Можешь спуститься за паспортом и вынести диск, если я подъеду через пятнадцать минут? Сергей Владимирович занят, а вот приперло ему забрать то, что ты обещала, — Эдик балагурил как обычно, и она расслабилась. Тридцатилетний симпатичный детина не вызывал у нее опасений, да и отношения их носили приятельский характер.
— А домой ко мне ты не можешь подняться? — Юля взглянула на Роберта, он одобрительно кивнул.
— Слушай, я вчера на тренировке мышцу растянул, за рулем еле сижу. Если ты, конечно, настаиваешь… — заныл Эдик.
— Ладно, выйду, не скули, — пожалела его Юля, сбросила звонок и встала из-за стола, — Спасибо за угощение, но нам, похоже, пора. Солнце, пойдем, я тебе свою комнату покажу.
— Давай лучше я выйду, — предложил Роберт, когда они с Юлей остались вдвоем.
— Нет, не нужно, чтобы Сергей знал о твоем существовании пока. Одно дело — просто расстались, другое дело — изменила, — она присела на краешек кровати. — Я знаю Эдика, он часто подвозил меня, это его водитель. Мне нравится решение Сергея не встречаться лично. Может он и порядочная скотина, но если удастся разойтись так легко, то я прощу ему разбитую скулу.
Она на секунду вспомнила его противный язык между своими бедрами и дрожь охватила ее тело: " Как я вообще позволила ему прикaсаться ко мне".
— Может, ты и права, — Роберт подошел к окну и забарабанил пальцами по стеклу.
— Нет, Юля, —
