чем я думала, и это только усугубляло ситуацию.
Осознание пришло внезапно, и от него мне стало как-то отвратительно стыдно. В очередной раз перед Ником.
Потому что я безоговорочно провалилась в Майкла Миллера снова. Как та маленькая девочка внутри меня.
Я знала, что путаю любовь с влюбленностью, а влюбленность со страстью. Поэтому отчаянно держала себя в руках, и особенно хорошо это получалось, когда Майкла не было рядом.
Эти три дня я жила у него. Ходила на работу, отвлекаясь от дурмана, который он напустил в мой разум.
На съемках, очередная маленькая никому незапоминающаяся роль, я была полностью посвящена любимому делу, а в перерывах вновь и вновь возвращалась к Майклу.
И я понимала, где он сейчас находится. В своей гребанной «Арене». Тренирует грудастых телок, которые призывно улыбаются ему и с радостью готовы раздвинуть перед ним ноги. Он улыбается им в ответ.
Не верю, что Майкл моногамен. Он с подросткового возраста трахал все, что движется, и я прекрасно знаю, что он не для серьезных отношений, и не могу ему доверять. А значит время, которое я трачу на него, впустую.
И каждый раз я говорю, что это в последний раз.
Я выхожу со съемок, полная уверенности в том, что сяду в такси и уеду домой. Но он тут как тут. Рыцарь, просчитывающий любой мой шаг наперед – встречает меня после работы. А дальше я могу думать только о том, как он силен, мужественен, и как синие джинсы обтягивают его идеально-накаченные бедра. Я могу думать только о том, как…
Представлять, как через несколько минут эти бедра будут вбиваться меня, доводя до таких уровней блаженства, с которых совершенно не хочется спускаться.
Лететь вниз с обрыва это прекрасно, но в отношениях с Майклом я лечу на дно ущелья без страховки. И когда я шмякнусь и рассеку свое сердце об острый камень, боль будет настолько сильной, что я даже ее не почувствую.
Это будет просто конец.
Лили теребит в руках мой кулон – подарок Майкла. Маленькая серебряная ласточка на тоненькой аккуратной цепочке. Не смотря на всю простоту украшения, я знаю, что кулон недёшево ему обошелся – крылышки птички украшены маленькими бриллиантами.
Да и сама мысль, что Майкл специально идет в магазин, выбирает для меня «талисман», как он выразился, заставляет меня таять и вспоминать каждую минуту, которую провела с ним, по новой.
Майкл странный. И сложный. Он может смотреть на меня так, будто я прозрачное панорамное окно в его доме, а в следующую секунду внезапно прижать к себе и завалить ласковыми эпитетами.
Я не привыкла к такому. Доминик всегда смотрел на меня влюбленными глазами, а Майк…он смотрит на меня, как на предмет вожделения. Как на собственность. При этом себя он, по ходу, считает абсолютно свободным человеком. Я боялась представить, что будет, если я заявлюсь в «Арену» внезапно и понаблюдаю за ним.
Что будет? Девушки. Много девушек. И каждая хочет ублажить его. Потому что такого парня, как Майкл, невозможно упустить из виду. Мне кажется за один его запах можно отдать свою честь, гордость, я уже молчу, что в этом запахе явно намешано что-то сверхъестественное, от чего белье между ног за секунду становится мокрым.
Он не дает обещаний. Майкл просто проводит со мной время, и его это «моя девушка, моя девочка» совсем не внушает мне доверия.
Потому что после этих ласковых слов, он может нагрубить мне, как будто я повинна в том, что вообще появилась в его жизни.
Все мои сомнения, страхи, рассуждения и стереотипы не помешали мне «провалиться» в Майкла без остатка. Со дня моего дня рождения мы не очень-то много разговаривали по душам, потому что любой наш разговор, даже вполне будничный и невинный, приводил к такой страсти, от которой каждый волосок на теле вставал дыбом.
Чего только стоил тот раз, когда я начала вслух рассуждать о том, как странно, что судьба снова свела нас тогда, в больнице, как он тут же прижал меня к стенке и налетел с такой силой, что я даже «это в последний раз» сказать не успела. Майкл умел затыкать рот. Я стонала в его ладонь, пока он брал меня сзади, и полностью отдавалась каждому чертовому ощущению, которое он мне дарил.
Я чувствовала себя шлюхой. Мне было стыдно смотреть на свое отражение в зеркале, на котором целыми днями могла летать блаженная улыбка.
Это нужно заканчивать. Это нужно заканчивать. Это нужно заканчивать…
Я повторяла эти слова, как мантру, но ничего не получалось. Я оголодала. Но не по сексу. А по Майклу. По своему первому мужчине, от которого подкашивались ноги.
Я любила Доминика, но у меня никогда не тряслась каждая частичка тела в его присутствии. Это другое. Даже стыдно сравнивать «высокие» настоящие отношения с Ником с этим похабным забегом, что происходит с Майклом.
Я не знала, что мне делать…просто не знала.
Я пыталась пробраться в его голову также, как и он в мою, но выходило не очень удачно. Я хотела знать, что у него на уме и куда ведут наши отношения.
Но я боялась, потому что знала примерный ответ.
«Никуда не ведут, Мика. Знаешь…людям просто нравится трахаться, иногда быть рядом друг с другом.»
У этого боксера в жизни все просто. Я слишком хорошо была наслышана о Майкле. Наркотики, драки, пьяные загулы, бабы…страшно представить, сколько девушек побывали на его члене, мне оставалось только надеяться, что он всегда использовал защиту.
Меня передергивало от мыслей и ревности, что кто-то ощущал его точно также, как и я.
И если у Ника до меня было всего три девушки, то у Майкла их было тридцать три. Или в три раза больше!
И ему ничто не мешает бросить меня. Как только он наиграется со «своей веснушкой». И быстренько найдет мне замену. Так нельзя…нельзя терять рассудок.
Мне не двадцать лет, чтобы я могла тратить свою жизнь на кобеля, с которым нет будущего. Я обязана подумать головой. Просто обязана включить свой мозг…
– Майкл, отвези меня домой, пожалуйста, – просто прошу я, когда он снова забирает меня со съемки. Я чувствую, что он не в настроении, и понимаю, что сейчас не лучшее время для разговора, но также знаю, что, если мы не поговорим сейчас, этого никогда не случится.
– Началось, – он включает музыку по громче, всем своим видом показывая, что не желает меня слушать.
– Это больше не может продолжаться. Так, – я сглатываю
