месте несомненно заставляла чувствовать себя подавленным.
Когда парень вышел из машины, кто-то сел в нее и припарковал в другом месте. Сам он взял Ань Чуся за руку и повел вперед. Сделав несколько шагов, младший Лин вдруг остановился, наклонился, поправил растрепанную челку своей спутницы и только тогда продолжил идти.
От этого внезапного действия Ханьюя щеки девушки мгновенно залились румянцем. Она мысленно отругала себя за глупость: «Он ведь гей, так чего я смущаюсь?» Чуся поджала губы, опустила голову и последовала за юношей к особняку его семьи. Нетрудно было заметить, что после того, как он сделал этот «двусмысленный» жест, изначально каменные лица полицейских, выстроившихся в две шеренги, вытянулись от удивления. Охранники всегда думали, что презирает девушек – это был общеизвестный факт. Но на этот раз он неожиданно приехал вместе с девушкой, да еще и так нежно поправил ей волосы. «Может ли быть, что мистер Ханьюй… стал нормальным?» – полицейские не смели думать об этом слишком много, взяли себя в руки и снова стали безразличными.
Миновав несколько маленьких домиков, юноша и девушка подошли к главному зданию, расположенному в центре. У дверей стояли двое полицейских и служанка, которая выглядела довольно дружелюбно. Увидев Ханьюя и Чуся, она тут же наклонилась, поставила перед ними две пары тапочек и ровным голосом сказала:
– Молодой мистер, хозяин уже ждет вас.
Да уж, только что юная Ань подумала, что эта служанка должна быть дружелюбной, но кто же знал, что это всего лишь видимость: ее тон был холодным и безразличным. «Почему здесь все холоднее, чем лед? – девушка нервно сглотнула. – Наверное, дедушка Ханьюя, похож на айсберг. Страшно…»
Пока она переобувалась, служанка не проронила ни слова и лишь стояла, согнувшись в поклоне. Чуся почувствовала, что служанка как бы невзначай смотрит в ее сторону, и испуганно придвинулась поближе к своему спутнику, который в тот момент как раз закончил переобуваться. Увидев, что его «дама сердца» выглядит прямо как напуганная молодая жена, переехавшая в семью мужа, он не смог удержаться и улыбнулся:
– Не бойся, я с тобой.
Служанка на мгновение остолбенела. Младшая Ань не знала, что в этом доме почти никто не видел улыбку молодого господина. В конце концов улыбаться этим ледяным глыбам, не было никакого смысла.
Ханьюй снова взял Чуся за запястье и вдруг надавил на него. Та посмотрела на него с недоумением:
– Что случилось?
– Мой дедушка очень радушный человек, так что тебе не нужно бояться, – его слова были похожи на бомбу, которая взорвалась в голове девушки. «Радушный? Как он может быть гостеприимным? Да тут абсолютно все ходят с покерфейсом!»
Без особой надежды она проследовала за Ханьюем в особняк. Пройдя по коридору длиной почти десять метров, они попали в центральную комнату.
– Дедушка, – дверь была закрыта, так что юноша позвал его, но изнутри не доносилось ни звука. Младший Лин покачал головой, отпустил руку Чуся и толкнул ее в сторону. Она в замешательстве посмотрела на него, но вдруг увидела, как из быстро открывшегося дверного проема вылетел дротик.
Ханьюй повернул голову, и дротик пролетел мимо кончика его носа, воткнувшись в стену. Девушка разинула рот, изо всех сил стараясь не закричать. Ее спутник же, напротив, был абсолютно спокоен, как будто часто сталкивался с подобными вещами.
– Войдите, – изнутри раздался старческий, но невероятно властный голос. Чуся широко раскрыла глаза. Ей до сих пор не верилось: дедушка мистера Лин сам бросил во внука дротик? Стоит упомянуть, что тот пролетел с огромной скоростью, и если бы парню не удалось увернуться, то…
Глава 164
Пожилой господин Лин устраивает допрос
– Пойдем, – Ханьюй открыл дверь до конца, взял девушку за руку, и они вошли в очень просторную комнату. В ней был один только темно-красный стол, на котором стояла пара элитных бордовых чайных сервизов. Чуся определила, что сервизы высококлассные только потому, что если бы ей сказали заварить чай, она бы точно не смогла разобраться, как использовать все эти ложечки и прочие штуковины…
Как только юная Ань переступила порог комнаты, то тут же почувствовала, что на нее направлен испытующий взгляд. Под таким любой человек будет готов тут же признаться во всех грехах. По спине Чуся пробежал холодок, и она подумала: «И это называется „радушный“? По мнению Ханьюя такой холодный и острый взгляд – это проявление сердечности? Почему все богачи такие странные?»
Девушка не стушевалась, смело ответила на этот ледяной взгляд и стала бесстрашно осматривать пожилого господина Лин. Ему должно было быть лет пятьдесят или шестьдесят, но, несмотря на то, что виски у него посеребрились, этот человек не казался старым. От него исходила аура двадцатилетнего.
Глаза старика так ярко сверкали, что никто не выдерживал этого взгляда. Ханьюй совсем не походил на своего деда. У пожилой господин Лин были угловатые черты лица, в то время как внук выглядел миленьким. Кроме одинаковых носов, между ними не было никакого сходства. В данный момент старик сидел босиком на полу, небрежно положив руки по бокам, и внимательно рассматривал гостью.
Проницательные, как у старого лиса, глаза повернулись в сторону, и в них промелькнуло восхищение. Эта девушка была совершенно не похожа на ту, которую он предполагал увидеть рядом с внуком. Пожилой господин думал, что Ханьюй приведет кого-то миленького под стать себе, ну, или какую-нибудь знойную красотку, но его спутница была не столько красивой или милой, сколько способной притягивать внимание людей с первого взгляда.
Более того, она обладала какой-то необычной аурой, так что при взгляде на нее сразу же поднималось настроение. Еще и взгляд не отводит, смотрит открыто! Так что дедушка Лин в глубине души одобрил вкус Ханьюя: «Неплохо, эта девушка действительно хороша! Очень подходит на роль будущей жены младшего. Похоже, я зря беспокоился: с сексуальной ориентацией у внука все в порядке! Раньше у него не было девушки только потому, что он слишком разборчив, но теперь наконец-то нашел подходящую спутницу!»
Старик отвел взгляд и хитро улыбнулся хитро:
– Девочка, проходи, попробуй первосортный чай «Колодец дракона», который я сам заварил. Уверяю тебя, выпив одну чашку, тут же захочешь еще!
– Дедушка, ты что, пытаешься продать ей этот чай? Говоришь, прямо как торгаш какой-то, – Ханьюй взял Чуся за руку и сел напротив дедушки. Ей оставалось только сесть рядом с ним.
Когда она снова подняла глаза на старика, его взгляд сделался очень мягким – в нем уже не было той ледяной резкости. Юная Ань даже подумала, что ей
