[1] В США каждый студент самостоятельно выбирает, в какое время ходить на учёбу. Он получает список предметов, необходимых для получения диплома, и далее посещает классы по расписанию, предоставленному на выбор.
[2] Кен — игрушка от американской компании Mattel, парень куклы Барби.
Глава 12.1 Сильная слабость
Сентябрь пролетел, как один миг. Я настолько влилась в учёбу, что не заметила, как стала любимицей большинства преподавателей, кроме одного, разумеется (у которого вообще по определению нет любимчиков), и «боксёрской грушей» для Виктории. Она отрабатывала на мне хуки глазами, иначе не назовёшь те ядовитые взгляды, которые она в меня бросала. Существуют люди, к которым инстинктивно тянешься, чтобы подзарядить свои ресурсы, а мы с ней — два северных полюса магнитов, которые неизбежно отталкиваются друг от друга, и чтобы притянуться, кому-то из нас нужно изменить направление. К её сожалению, это не я.
Напряжение между нами возросло особенно в тот день, когда Рейв настоял на том, чтобы мы с Глорией сели в столовой за стол их большой компании. Мы быстро нашли общие темы для разговоров, без конца сыпали острыми шуточками, благодаря которым над нами висела аура веселья и задора, приковывающая всеобщее внимание. И всё бы ничего, но своим присутствием я, кажется, затмила местную королеву. Чем вызван такой враждебный настрой по отношению ко мне, я не понимала. Ничего плохого я ей не сделала. Если это зависть, то это её проблемы, а не мои. Значит, Виктории есть над чем поработать, верно? Я такая, какая есть, и прогибаться под её Величество уж точно не собираюсь.
Я стала частенько зависать у Глории на её съёмной квартире недалеко от кампуса. И это разжигает приступы беспричинной ревности у Джилл. Мои заверения, что она мне как сестра, и ничто и никто не сможет этого изменить, мало действуют. Каждый раз, когда я возвращаюсь поздно домой, она меня поджидает у кухонного стола, как рогатый муженёк, и устраивает допросы с пристрастием. Надеюсь, сегодня ситуация изменится в лучшую сторону, потому что мы решили провести девочкин день в «E11even», и я пригласила Глорию тоже.
Дико довольная собой, ставлю точку в своём эссе на тему благородства и откидываюсь на подушку, прижимая к груди исписанные черновики. Я дотянула с этим сочинением до последнего. Не сдам сегодня — и я в немилости.
— У тебя вид, как у кошки, добравшейся до валерьянки.
Поворачиваюсь к Глории, лежащей рядом на животе с талмудом гражданского кодекса.
— Просто сегодня возвращается ОН.
Моя кудрявая подружка понимающе улыбается и тоже укладывается рядом со мной голова к голове. Бьюсь об заклад, она искала малейший повод, чтобы отвлечься от чтения и не заснуть.
— Он сам написал тебе?
Я рассказала Глории о своём тайном объекте воздыхания, естественно, умалчивая о том, что он полицейский. Согласно моей легенде, мы с ним познакомились на стажировке в мэрии.
— Дождёшься от него! Его друг Стивен случайно ляпнул об этом Джилл, а она — мне.
— А чего радуешься тогда? Может он и не позвонит?
— Позвонит, — заявляю уверенным тоном. — Уверена, он скучает по мне так же, как и я по нему, просто по неведомым мне причинам он держится на расстоянии. Но… — поигрываю бровями, встречаясь с Глорией взглядами, — у меня есть план.
— Каждый раз, когда в твоей голове возникает какой-то план, происходит что-то из ряда вон выходящее, — хохочет она.
О да, мой последний план был запоминающимся. Пару недель назад кто-то решил выставить меня посмешищем перед всем универом. После секции по волейболу, на которую я записалась, чтобы ещё больше расширить круг знакомств, я по обыкновению пошла в душ, выйдя из которого не обнаружила своей спортивной сумки с вещами. Кто-то пересмотрел молодёжные комедии? На мне было только коротенькое полотенце, предназначенное для головы, и шлёпанцы, подаренные Максом.
Чтобы добраться до шкафчика с телефоном и деньгами, мне предстояло пересечь спортзал, в котором уже вовсю шёл тренировочный матч мужской сборной университета. Конечно, я могла бы дождаться его окончания и отсидеться в душевой, но после этого состязания помещение запирали на ночь, не оставляя мне выбора. Разумеется, моё полуголое дефиле вдоль стенки не осталось незамеченным, и уже на следующий день я стала героиней студенческих новостей, что возымело обратный эффект для моего врага. Судя по приглашениям на свидания, в полку моих воздыхателей прибыло, а девчонки из нашей команды восхищались моей смелостью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И вот тогда у меня созрел план, призванный поставить на место этого тайного недоброжелателя. Через пару дней после этого случая я решила сблефовать и на ланче в столовой как бы между прочим заявила, что попросила старину Эндрю проверить камеры наблюдения, чтобы выяснить, кто выходил с моей сумкой из спортзала, и что Брауни (кличка нашего темнокожего ректора Брауна) обещал исключить воришку. Видели бы вы лица шестёрок Виктории! Уже на следующий день она сидела с нами одна. Её подружки оказались настолько пустоголовыми, что сами отправились к ничего не подозревающему Брауни с чистосердечным признанием. Их не исключили, но вынесли предупреждение. Если честно, я подозревала Викторию, а оказалось, что её свита просто хотела выслужиться перед ней. Предполагаю, что она была в шоке от такой подставы. Конечно, подружками мы не стали, и её угрюмый вид в моём присутствии никуда не делся, но холодная война куда лучше реальных боевых действий.
***
Последний раз я была в «E11even» в вечер знакомства с Максом, поэтому, как только я оказываюсь на танцполе, меня тут же окутывает туман воспоминаний, вызывающих прилив эйфории. В моей голове начинают мелькать кадры моего нападения, нашей встречи в департаменте, наших перепалок, моей победы в центре борьбы… Последний эпизод порождает во мне мелкую дрожь, расползающуюся по моему телу снизу вверх будоражащей волной предвкушения.
Окружённая цветным дымом, переливающимся под лучами стробоскопа, я чувствую себя защищённой от считывания моих мыслей. Пусть подруги думают, что я кайфую от музыки и танца, а не от безумных мыслишек, который день населяющих мою голову. Когда я встречалась с Джейсоном, сыном сенатора, была уверена, что влюблена в него, но теперь я понимаю, что всё это было блажью. То, какие чувства я испытываю рядом с Максом, не идут ни в какое сравнение. Нежность. Влечение. Страсть. Желание понравиться. Желание касаться. Потребность в его заботе. Потребность в нём. Такая значит первая любовь, да? Толкающая на дурацкие поступки, заставляющая вести себя глупо в его присутствии, а главное — ничего с этим поделать не можешь. Мои эмоции, как обычно, побеждают в гонке с разумом.
— Глория, а ты сама откуда? — интересуется Джилл, плюхаясь на диван в нашей VIP-зоне.
— Я местная, — приветливо улыбается Кудряшка, отпивая свой коктейль через трубочку. — Просто сначала два года училась в Аризоне. Хотела смены обстановки. Но потом Майами снова поманил меня.
— А где твои родители живут? Ты же вроде бы снимаешь квартиру одна? — добавляет Мелисса.
— Мои родные живут отдельно, а мне… хочется стать самостоятельной, — Глория с поразительной стойкостью выдерживает учинённый допрос, ведь я знаю, что у неё какая-то непростая ситуация.
Однажды я услышала её телефонный разговор на повышенных тонах, из чего сделала вывод, что она хочет вырваться из-под тотального контроля своих предков. Они явно настаивают на учёбе в этом университете, не спрашивая, чего хочет она. Глория — необычная, а ещё очень милая и добрая, хоть и часто грустно-задумчивая. Но я списываю эту печаль на то, что все творческие люди немного со странностями. Она просто превосходно рисует. Однажды я ей даже позировала. А ещё она увлекается оккультными науками и верит в энергию камней, подбирая каждый день разные украшения. К примеру, сегодня на ней длинные серьги с изумрудными сферами на концах, и каждый раз, когда она поворачивает или наклоняет голову, они начинают вращаться. Лучше бы я сейчас не смотрела на них. Аж голова закружилась.
