любовного треугольника, в котором за твое сердце борются двое классных мужчин. На практике это было настолько выматывающее, что уж лучше обойтись без подобных переживаний. Однако, вопреки ее воле, синоптики объявили ураган на ее любовном фронте. Если бы Ли Юнхи получила этот прогноз заранее, то вполне могла укрыться от приближающейся опасности, но неожиданно оказалась в самом эпицентре событий.
Основная проблема заключалась в том, что Юнхи сама не знала, чего хочет. Она запуталась. На работе Ли Юнхи привыкла взваливать на себя всю ответственность за себя и за младших коллег, но в настолько важном и личном вопросе она страстно желала, чтобы кто-то сделал выбор за нее. Она была всего лишь не определившаяся женщина, давно тайно мечтавшая, чтобы за ее любовь сражались два горячих мужика, но испугавшаяся, когда это произошло в реальности.
В итоге, Ли Юнхи напечатала два совершенно одинаковых сообщения. «Очень жаль, но сегодня не получится». Ни Со Ван, ни Пак Джихо на это ничего не ответили.
В глубине души она лелеяла трусливую надежду, что после нескольких таких холодных ответов, один из мужчин, чьи на самом деле были не серьезными, быстро потеряет к ней интерес.
Когда рабочий день подходил к концу, Юнхи спешила распечатать последние документы и закончить все дела. Она собиралась покинуть офис раньше обычного, чтобы избежать случайной встречи с Со Ваном, когда получила уведомление о срочной посылке для директора Кана. Подхватив бумаги для финансового отдела, она направилась к лифту.
Лифт был пуст, и она, вздохнув, нажала кнопку первого этажа. Двери начали закрываться, но почти в последний момент кто-то вставил руку между ними, заставив двери вновь открыться. На пороге лифта стоял ее Со Ван. Он был одет в строгий угольно-черный костюм, который подчеркивал его широкие плечи. Его лицо освещала легкая улыбка, но в глазах светилось что-то большее.
Ли Юнхи застыла, словно ее поразил гром прямо на месте. То, чего она так боялась, все-таки произошло. Секунды показались вечностью, когда Со Ван шагнул внутрь и двери лифта закрылись за его спиной.
— Добрый вечер, — Юнхи выпрямилась, стараясь не выдать волнения.
Лифт наконец-то сделал рывок и начал спускаться.
— Госпожа Ли, в последнее время встретиться с вами сложнее, чем с генеральным директором, — голос Со Вана звучал слегка укоризненно. — Неужели вы меня избегаете?
Юнхи покачала головой, но тут же передумала и кивнула, подтверждая его догадку. Она ощущала себя как пойманный с поличным преступник, и это было не самое приятное чувство. Отчасти именно поэтому Ли Юнхи решила перестать убегать от Со Вана и поговорить с ним на чистоту. Он заслуживал правды, а не пустых ожиданий и игнора.
— Если честно, я до сих пор в замешательстве, — откровенно ответила Юнхи. — Служебные романы не поощряются, вы это прекрасно знаете. Я дорожу своей работой и не хочу создавать лишнюю неловкость. К тому же, я не ищу отношений.
Во многих компаниях существовало правило, согласно которого романтические отношения с коллегами были строжайше запрещены. За его нарушение обычно кто-то из пары голубков лишался работы. К сожалению, чаще всего под раздачу попадали женщины. В «СиЭндСи Трейд» не придерживались столь строгих ограничений, но крутить романы в одном отделе все же было не желательно. А в идеале каждый сотрудник вообще должен быть обручен со своей работой или вообще дать обед безбрачия. По крайней мере, о подобном мечтал любой уважающий себя руководитель.
— Полагаю, я все же был слишком напорист, — Со Ван опустил голову, о чем-то задумавшись. — Простите, что поставил вас в неудобное положение.
С его лица исчезла привычная улыбка. Ли Юнхи впервые было так паршиво, хотя отказала она, а не ей. Хотелось самой извиняться перед Со Ваном за то, что не может разобраться в собственных желаниях. И все же она покривила душой, когда сказала, что не ищет отношений. Нет, Юнхи не была против отношений, просто не с Со Ваном.
— Вам не за что просить прощение, — ее взгляд потеплел. — Мне льстит, что в нашу первую встречу я смогла оставить о себе такое хорошее впечатление.
Со Ван медленно поднял голову и посмотрел на Юнхи. Этот прямой слегка озадаченный взгляд как будто пронзал ее насквозь.
— Но ведь это была не первая наша встреча.
— В каком смысле?
Юнхи попыталась вспомнить, могла ли раньше где-то встречаться с Со Ваном, но на ум совершенно ничего не приходило. Разве что во время посещения какого-нибудь мероприятия, где она сопровождала директора Кан Хансока в качестве его личного секретаря. Но таких вечерах к ее боссу подходило поздороваться столько людей, что запомнить всех было просто нереально. Однако, Со Ван явно имел ввиду что-то другое.
— Ты, правда, не помнишь? — Со Ван так резко перешел на неформальный стиль общения, который до этого ни разу не использовал, что заставил Ли Юнхи очень сильно удивиться.
Со Ван всегда оставался с ней неизменно вежливым и немного отстраненным, так что в его симпатию порой верилось с трудом. И вдруг он обратился к ней на «ты», смело стирая границы официоза, делая их разговор более личным.
— А что я должна помнить?
Со Ван наклонил голову на бок, словно пытаясь понять, смеется ли она над ним или правда ничего не помнит. Убедившись, что Юнхи действительно не понимает, о чем он говорит, Со Ван вдруг развеселился. К нему как будто вернулась уверенность.
— Вообще-то, мы с тобой в детстве были соседями. И дружили. Точнее, ты ходила за мной хвостиком.
Ли Юнхи посмотрела на него так, словно впервые видит. Она не помнила, чтобы когда-то в детстве водила дружбу с мальчиком.
— Мы дружили? — удивилась Юнхи. — И по сколько лет нам было?
— Думаю, тебе тогда было лет шесть или семь, — Со Ван оперся о поручень. — Ты называла меня оппа.
Не успела Ли Юнхи задать новый вопрос, как лифт вдруг дернулся и остановился. От неожиданности она выронила документы. Едва удержавшись от возмущенного возгласа, Юнхи присела на корточки, чтобы их собрать, и Со Ван поспешил придти к ней на помощь.
— И что с этим лифтом в последнее время? — пробурчала Юнхи, поднимая бумаги с пола.
Словно обидевшись на ее необоснованные обвинения, свет в лифте несколько раз моргнул и погас.
— А в детстве ты боялась темноты, — тихий голос Со Вана слышался так близко, как будто он был совсем рядом, буквально нашептывая ей на ухо. — Постоянно плакала и хваталась за меня.
По спине Ли Юнхи побежали мурашки.
— Я этого не помню, — возразила она. — К тому же, я была ребенком.
— Очень
