жизни… Я, собственно, вот зачем пришел…
Мистер Фаррелл развернул ее лицом к зеркалу и велел.
— Закрой глаза.
Юля послушалась. Через мгновение она ощутила его пальцы на своей коже, и нечто холодное, но приятное легло вокруг шеи. Открыв глаза, Юля увидела бриллиантовое колье.
— Эти драгоценности переходят у нас в роду по женской линии, — Эдвард коснулся губами ее плеча. — Остальное тебе преподнесет Роберт.
— Спасибо, — Юля приложила руку к все еще вздымающейся от волнения груди. — Я постараюсь быть достойной этой чести.
Эдвард поцеловал ее и отошел на безопасное расстояние. Она рассмеялась.
— А где Роберт? — Юля только сейчас сообразила, что возлюбленный, скорее всего, понятия не имеет, где она.
Мистер Фаррелл выудил телефон из кармана и нажал вызов:
— Роберт, зайди сейчас, пожалуйста, в мамину комнату.
Он провел рукой по выбившемуся из парика на ее голове каштановому локону. Юля отвела глаза, чтобы вновь не утонуть в опасном омуте.
— Моя прекрасная леди, — Эдвард коснулся губами ее щеки и вышел.
Юля подошла к окну и, открыв ставни, вдохнула вечерний воздух. Мысленно она уже ругала себя за то, что согласилась на этот маскарад. Ей искренне хотелось сделать этим приятное Эдварду, но как отреагируют остальные, а самое главное, даже представить невозможно, что скажет Роберт. Слезы выступили у нее на глазах. «Этот день никогда не кончится, — подумала она, — никогда». Дверь отворилась, Юля закрыла глаза не в силах обернуться.
— Мама дорогая! — Роберт неуверенно добавил: — Любимая, это ты?
Юля опустила голову: «Провалиться свозь землю не получится, а хотелось бы». Фаррелл-младший подошел и развернул ее к себе.
— Девочка моя, — нежность в его голосе проникла в самое сердце — ты прекрасна! Я, правда, чуть не рухнул в обморок… Ты что, плачешь? Что случилось?
Юля уткнулась ему в плечо.
— Роб, — простонала она, — я пообещала Эдварду, что надену платье твоей матери, сдуру надела еще и ее парик. Но, если честно, чувствую себя теперь как клоун в опере. Я даже боялась показаться тебе на глаза хотя и ждала твоего прихода. А еще мне предстоит так выйти к ужину. Тетушки схлопочут инфаркт и проклянут меня раз и навсегда.
Роберт заразительно рассмеялся и опустился в рядом стоящее кресло, усадив Юлю к себе на колени.
— Папа решил пошалить! — он улыбнулся и провел пальцами вдоль линии колье.
— Да, он у нас тот еще баловник, — Юля обвила руками его шею.
— Судя по всему, он тебя уже видел и вручил первый приз. Это твое по праву, отныне и навеки. За мной тоже подарок.
Роберт достал черный кожаный футляр из кармана пиджака.
— Думаю, он уже сказал, что это наша семейная реликвия.
— Любимый, спасибо, — Юля открыла его: серьги в виде бриллиантовой тройной дорожки и перстень в том же стиле. — Кольцо надень мне ты.
Ямочки выступили у него на щеках, и он выполнил ее просьбу.
— Эдвард тоже помогал тебе?
— Только с застежкой, — кровь прилила к Юлиным щекам.
Она надела серьги:
— Как тебе?
Положив голову на спинку кресла, Роберт внимательно вглядывался в ее черты.
— Не могу понять, чем вы так похожи с мамой. У нее были роскошные волосы, как бронза, а последний год она носила этот парик, — с грустью проговорил он. — Давай его снимем, а то чувствую себя Эдипом. Спасибо, что приняла предложение отца, но ты права, с тетушками надо бы аккуратнее. Давай подумаем.
Он закрыл глаза. Юля положила голову ему на плечо. Ей не хотелось думать ни о чем, кроме того, что самое уютное место на свете, это его колени. Ей захотелось, котенком свернуться на них, забыв обо всех проблемах.
— Если ты в платье мамы, то я надену фрак отца! И тогда это будет смотреться гармонично и не вызовет кривотолков. Надо еще волосы зачесать как у него, — легко рассмеялся он.
— Для хороших актеров нет дурных ролей, — он потрепал ее за ухо. — Доведем наше представление до апофеоза.
— Я люблю тебя, — промурлыкала Юля. — Ты гений. Для меня большая честь исполнить роль Элизабет Фаррелл.
Они потерлись носами.
— Я побежал переодеваться, — прошептал Роберт. — Тебе что-нибудь нужно?
— Косметичка.
— Жди меня, любимая. И, если не сложно, уложи свои волосы в прическу как была. Для полного рауш-наркоза, так сказать.
Через полчаса они уже стояли перед входом в гостиную. Юля держала Роберта под руку.
— Все будет хорошо. Вот увидишь, — Роберт похлопывал ее ладонью по костяшкам сжатых в кулак пальцев. — Тетушки от тебя в восторге, а Энджи уже влетело от Эдварда.
«Хорошо, что напомнил ее имя, а то назвала бы ее миссис Аскарида в разговоре».
— Я готова, — Юля ощущала себя гончей, дожидающейся сигнала к началу охоты.
— Раз, два, три! Камера! Мотор! — скомандовал Роберт и дал знак дворецкому. Тот торжественно распахнул перед ними дверь.
Пара чинно прошествовала в зал. Последовала немая сцена. Юля, привыкшая к работе со зрителем, словила энергетическую волну и обвела глазами собравшихся. Уехали только друзья Эдварда, остальные уже сидели за столом, ожидая их. Роберт сделал небольшой поклон в сторону присутствующих, и Юля, последовав его примеру, присела в реверансе. Джейн смотрела на пару не скрывая интереса.
— Эдвард, — обратилась она восторженно к брату, — это же вы с Элизабет в молодости, копия!
Она повернулась к сестре.
— Элен, что ты молчишь?
Та большими глотками выпила целый стакан воды.
— Святые угодники, — вымолвила она, доставая очки из кармана, чтобы лучше рассмотреть племянника с Юлей, — предупреждать же надо.
Но Джейн, которая, по всей видимости, была крепче сестры, рассмеялась.
— Прекрати хвататься за сердце. Я еще за обедом обратила внимание на их схожесть. Это логично, когда мальчик подсознательно выбирает себе в спутницы девушку, ассоциируя её с матерью.
На лице Джоанны успела отразиться вся гамма оттенков неприязни. Ее мать сидела молча и не высовывалась. Глаза Рональда жадно скользнули по Юлиной фигуре.
— Прекрасная пара, — Майкл Фаррелл повернулся к брату. — Эдвард, как тебе такое воплощение?
— Это я попросил устроить для меня вечер воспоминаний, — Фаррелл-старший говорил так непринужденно, будто не он час назад чуть не овладел Юлей, не снимая брюк. — С годами я становлюсь сентиментальнее. Эта девочка, словно бальзам, пролилась на мою душу, честное слово.
Роберт с Юлей сели за стол, и Эдвард дал знак дворецкому подавать ужин.
После чая Роберта упросили сесть за рояль. Дамы расположились около него. Братья Фарреллы с бокалами бренди перебрались на небольшой диван у противоположной стены. Юля, немного послушав музыку, вышла на застекленную террасу, тянувшуюся вдоль
