молока с мёдом. А потом подумаю, как быть дальше.
В сад в ближайшие дни Асю точно водить нельзя. И неизвестно поправиться ли она за выходные. А если нет, то придётся искать повод отпроситься с работы.
Снова Борцов будет на нервы капать. Прошло всего-ничего с тех пор, как я на него работаю, а он уже меня достал!
Когда мы останавливаемся у подъезда, Ася уже спит, но быстро просыпается стоит машине затормозить.
— Сто плиехали? — спрашивает сонным голосом.
— Да, малыш, приехали.
Отстёгиваю ремень безопасности, после чего поворачиваюсь к Александру. Дождь перестал, слава богу, так что дойти до подъезда труда не составит.
— Спасибо вам...
— Тебе.
— Спасибо... тебе большое. Я, правда, очень благодарна. Не представляю, сколько бы моталась, если бы не... ты.
— Не за что, Снежан, — улыбается мужчина. — Надеюсь заслужил плюсик в карму?
Я невольно усмехаюсь.
— Пожалуй, сотру один минус!
— Очень щедро! — смеётся Дорохов, затем обращается к Асёнку, протянув ладонь. — Ну что, принцесса, до новой встречи?
Дочка медленно, даже как-то слишком медленно, вкладывает свою ладошку в его и сжимает.
— А ты, сто, не донесёшь меня до дома?
— Ася!
— Мам, но он зе нас пливёз, и конфетку мне дал. Нузно его тяем угостить.
Ну вот что за ребёнок?! Ещё не хватало мне сейчас гостей. Тем более Дорохова. Подумает невесть что.
Да и бардак у меня. Убираться нормально особо времени нет. Не до гостей, в общем.
— В другой раз, малыш, — настойчиво произношу, кинув многозначительный взгляд на Александра, который, кажется, откровенно забавляется, но потом вдруг хмурит брови, чуть сильнее сжав Асину ладонь.
— Снежан... Кажется, у неё жар.
— Что?!
Трогаю лоб дочки и понимаю, что температура поднялась очень высоко. Боже мой!
— Она вся горит!
— Ну мама... Давай возьмём его с собой! — дует губы Ася, явно не соображая, о чём я сейчас говорю.
— Господи, детка, тебе срочно нужно дать лекарство.
Меня охватывает паника. Всем известно, как дети быстро сгорают при высокой температуре.
— Пошли, я помогу, — Дорохов выбирается из машины и помогает нам выйти, после чего, не спрашивая разрешения, берёт Асю на руки.
— Александр... Саша, этого не нужно...
— Я просто донесу её до квартиры. Вот и всё. На чай напрашиваться не стану, обещаю.
Глядя на то, как Асёнок уже от бессилия опускает голову на плечо мужчины, я вздыхаю и соглашаюсь. Он просто помогает. И ничего такого. Здоровье и состояние Аси гораздо важнее.
— Холосо, сто у меня тепель есть такой длуг.
Да уж. Не стоит к нему привязываться, Асёнок.
28 глава
Алексей
— Где план?? Где отчёты? Почему до сих пор не у меня на столе?! Пять минут даю на исправление! — швыряю трубку телефона так, что она практически трескается, затем срываю галстук и бросаю на стол.
Этот день должен был пройти совсем иначе, но всё полетело к чертям из-за одной черноволосой фурии, которая выжгла мне все нервы.
Да что уж день — с самого её появления в компании всё идёт не так. И со мной, очевидно, тоже что-то не так, потому что я как грёбаный мазохист не могу от неё избавиться и поставить точку. Лучше было бы потянуть и найти другого дизайнера, но нет, я не захотел, сроки поджимали. Да кого я обманываю? Даже приняв её на работу, я бы мог продолжить поиски дизайнера и как только бы нашёл, то расплатился с Морозовой за отработанные часы и помахал ручкой. Но я остановил поиски.
Да. Не спорю. Она хороший специалист, действительно талантливый и креативный, но эти её вывороты просто добивают.
Общается с Дороховым. Врёт мне в глаза. А теперь взяла и ушла раньше окончания рабочего дня, словно ей позволительно подобное.
Да кто она вообще такая, чтобы вести себя настолько нагло?
Стерва мелкая.
Но больше всего меня злит то, что из башки никак не вылетают мысли о поцелуе. Её вкус до сих пор у меня во рту. И она мне, млять, отвечала. Я ещё не выжил из ума, чтобы не уметь отличить настоящую ответную реакцию от притворства. Так не притворяются. Либо Снежана до такой степени отточила навыки актёрского мастерства за это время, либо ей на самом деле понравилось меня целовать. И тогда спрашивается, какого вообще чёрта происходит?!
Поднимаюсь из-за стола и начинаю нервно расхаживать по кабинету. Чувствую себя как тигр в клетке. И выхода не вижу. Терпеть не могу, когда врут или пытаются выставить меня идиотом.
А если Снежана соврала насчёт Дорохова, в чём я почти уверен, то она, получается, считает, что я полный осёл, который поведётся на эту ложь. Тогда вполне реально, что она изо всех сил изображала страсть специально. Хотела сбить меня с толку.
Твою мать!
Хватаю стакан с водой, стоящий на столе, и разбиваю о стену.
Я должен знать правду. Гадать бессмысленно.
Если она на самом деле живёт с кем-то, то почему так целует меня? Если тот, с кем она живёт, это Дорохов, то какого хрена врёт?
Хотя понятно, какого хрена — решили вдвоём подгадить компании.
Но я просто не могу и не хочу верить, что Снежана настолько дрянь.
Чёрт возьми, деньги ведь не всё в жизни решают, мать их!
Стук в дверь прерывает мрачный ход моих мыслей.
— Войди!
— Алексей Игоревич... Я принесла отчёты и план... — в дверном проёме появляется перепуганное лицо сотрудницы бухгалтерии.
— На столе оставь, — взмахиваю рукой. — И чтобы в следующий раз без задержек. Всё это, Ирина, должно было быть у меня до того, как я позвонил и наорал.
— Да. Конечно. Извините. Исправимся, — девушка бросает шокированный взгляд на стёкла от разбитого стакана на полу, после чего кладёт отчёт на стол и практически выбегает.
"В кого ты превратился, Борцов? В Воронцова? Тоже теперь будешь кошмарить сотрудников из-за женщины?"
Устало сжав пальцами переносицу, подхожу обратно к своему столу и беру в руки отчёт. Цифры перед глазами сливаются в одно сплошное чёрное пятно. Нихрена не соображаю. Так дело не пойдёт.
Я, млять, должен точку во всём этом дерьме поставить и как можно скорее.
Есть ли кто-то у Морозовой на самом деле? Дорохов ли это? Притворялась она или нет?
В ящике всё ещё лежит личное дело девушки. Достаю и
