— Не удерживаюсь от нервного смешка.
— Скажешь, что с тем тощим хорьком у тебя ничего не было?
Клим смотрит так, будто хочет проникнуть в голову... прочесть все, что думаю и что чувствую. Жутковатое ощущение. Я перед Хаванским как муха в паутине. Дергайся не дергайся — итог один.
— Я не стану ничего доказывать.
— А ты попробуй.
— Ты все равно не поверишь.
— Используй свои потрясающие губы, чтобы произносить слова.
От близости Клима и напряжения становится слишком жарко. Кажется, еще пара минут, и я расплавлюсь, как какая-нибудь Снегурочка. Стеку теплым ручейком на пол и окончательно исчезну.
— Слова...
Внутренний голос испуганно требует, чтобы сбежала или начала говорить, но я не могу.
Пялюсь на то, как дергается кадык на горле Хаванского, как темнеют его глаза и заостряются скулы.
Два года прошло. Между нами тонны лжи, красавица невеста, а реакция Клима все та же. Уже второй раз... точно не случайно.
— Хорошо. — Меня резко подкидывают вверх, усаживают попой на холодную столешницу и сжимают в тесных объятиях. — Давай говорить по-другому.
Глава 31
Клим
Из всех видов сумасшествия мое — самое сладкое. Знаю, что не должен этого делать. Заранее уверен, что пожалею. Но похер!
С жадным вдохом я врезаюсь губами в губы Дианы. Заставляю раскрыть рот и ныряю в него языком.
Кайф накрывает с головой, как цунами.
Сдохнуть можно от вкуса и нежности. Шизануться от стона, с которым Диана подается мне навстречу.
Это как доза наркотика после долгой завязки. Горький опыт, знания, обещания самому себе — все летит к черту. Не остановить никаким стоп-краном. Предохранители бессильны.
Все, на что я годен, — сжимать эту женщину в своих объятиях, трахать языком податливый рот и скользить руками по роскошному телу. Как два года назад, как одиннадцать... Будто проклятый.
Не чувствуя сопротивления, действую как маньяк. Не жду никакого «да». Беру все, что могу взять прямо сейчас.
— Ты охуенная, — шепчу в губы Дианы, задирая платье до самой груди. — Хочу тебя! Пиздец как сильно. — Раздвинув шикарные ноги, я вжимаюсь ширинкой в шелковый треугольник белья.
Совсем не та поза, которую хочется, — слишком много препятствий. Но от того, как мы совпадаем... всеми изгибами и впадинами, в голове коротит еще сильнее.
— Сволочь... — Диана обдает меня горящим взглядом.
Он — настоящий напалм из гнева, обиды и дикой жажды. Ничего общего с прежними робостью и нерешительностью. Богиня охоты во всей красе. Взрослая, сексуальная и горячая.
— Нереально бороться, да?
Я наматываю на кулак длинные волосы и, оттянув их назад, целую Диану в шею... Ласкаю языком бархатную кожу. Губами ощущаю, как ускоряется пульс.
Это самый правдивый ответ на все мои вопросы. Кристальная истина без всяких слов и обманчивых взглядов.
— Ты такой же самоуверенный, как и прежде, — вырывается у Дианы со всхлипом.
— Все, как ты любишь.
Правой рукой я сжимаю пышную грудь. Вначале одно охрененное полушарие, затем другое. Самые совершенные сферы на свете. Убийственно полные и отзывчивые.
Никогда не думал, что могу поклоняться женской груди. Укладывал других любовниц в свою кровать, трахал во всех позах, не зная ограничений, чувствовал пульсацию, позволял облизывать член. Сношался, не тратя время на ласку.
А эти упругие полушария... оторваться от них невозможно. Готов боготворить и гладить... бесконечно.
— К невесте иди! У нее выясняй, что она любит.
Острые зубы до крови прикусывают мою губу.
— Ревнуешь? Не пофиг тебе?
— Это просто шок. Аффект!
Серые глаза горят как у ведьмы, но тело послушно откликается на каждое поглаживание. Тонкие пальцы тянутся к моему затылку. Словно можно приворожить еще сильнее, ногтями рисуют загадочные узоры.
— Хреновая из тебя лгунья!
Сквозь ткань я сжимаю острые вершинки и тут же вижу, как Диана крупно вздрагивает и, будто от удара током, выгибается дугой. Другого ответа и не нужно.
— О боже... — Она глотает глухой стон.
Красиво до чертиков. Откровенно до ломоты в члене.
Кажется, вечность смотрел бы на ее кайф. Годами впитывал бы, как ломает себя, как отзывается на самую примитивную ласку. Ярче помешанной на сексе нимфоманки. Острее влюбленной в свое ремесло шлюхи!
— Никто тебя не трахал! Никто не прикасался!
Рычать хочется от полоснувшего озарения. Биться головой о стену. Диана почти ничего не сказала, только я все чувствую и без ее слов.
— За Вику свою переживай! Провидец хренов!
Она впервые дергается, пытается убрать мои руки и свести колени.
— У этого индюка не было шансов.
Обхватив за плечи, заставляю Диану откинуться на барную стойку. Чтобы не сбежала, фиксирую ногами и руками.
— Это у тебя нет шансов! — Красивые глаза наполняются слезами.
— Плохо было без меня?
Больше не провоцирую и не играю. Дорожкой поцелуев двигаюсь от живота к груди. Кончиками пальцев глажу Диану сквозь белье. Губами и руками лечу ее боль. Глушу вместе со своей собственной, такой же мучительной. Я хочу понять... найти хоть какой-то ответ на вопрос, что же между нами было на самом деле.
— Клим... У тебя своя жизнь. Какая тебе разница?
Диана прячет лицо в ладонях, но бороться перестает. Моя прекрасная жертва, распростертая на алтаре. Предательница, которой слишком давно не касался ни один мужчина.
— А может, она не такая сладкая, эта жизнь?
Я тяну вниз кружево бюстгальтера и впиваюсь в нежную грудь. Кружу языком вокруг набухших сосков. Облизываю их. Посасываю. Не скрываю кайфа и желания.
— Думаешь, я снова смогу ее скрасить? — Диана закусывает губу и тихо стонет.
—
