Я даже на автостраде в карман заезжаю и останавливаюсь, чтобы не терять время.
Четыре часа утра, я узнаю все о ментовской крысе и тупо сливаю все его связи с криминалом в службу собственной безопасности.
Кроме этого, подставляю дядю при погонах везде и всюду так, чтобы утро у него было веселым, интересным и полным разнообразных событий.
И, чтобы отомстить Кирсану, я еще и конкурентам Беркута продажного мента сдаю.
Недаром Кирсан огрызался, что сам решит все вопросы. Не успеет теперь!
Его дружок подвел нас с Ириской под пули, а, значит, похер на церемонии!
Следом за этой информацией прилетает дельце некой фирмы, что отжала бизнес у Беркута в городе, куда я ехал.
Официальные данные. Неофициальные.
Неплохо. Бандитские войны. Это отличный шанс поквитаться с обидчиками. Врагов Беркута найти оказалось не так и сложно. Инкогнито слить им информацию на все его дела тоже не проблема.
— Сам он, блядь, найдет, расстроенно шепчу я, доброе утро, Кирсанюга. Сейчас ты проснешься и начнешь хлебать мою кашу.
А потому что нехер взлетать выше дозволенной высоты.
— Игореш? мяукает девочка рядом со мной.
— Да, Лап, осталось немного, скоро будем дома, улыбаюсь я, сворачивая свою технику.
Нет. Я поеду в город, дядьке под крыло.
Естественно, рассказывать подробности моей веселой жизни ему не стану,. Но в одном Кирсан прав надо укрыться. Надо в стороне переждать.
Теперь не до гордыни. У меня семейный отдых и регистрация брака в ближайшем ЗАГСе. Мое дело сделано, остается только следить, как будут разворачиваться события. И, конечно, Ирискиных обидчиков наказать следует. Должен же я как-то совесть умаслить, а то покоя не дает.
— Кушать хочешь? я прикасаюсь к ее теплым губам.
— А что у нас есть?
— Придорожное кафе с низкокачественным кофе, пончиками, пропитанными транс-жирами, и гамбургерами с соевым мясом.
— М-м-м, как аппетитно, смеется мой Лисенок, моя Лапочка, моя Ириска. Как ее еще нежно назвать?
Все равно не вместится вся моя любовь в эти ласковые прозвища.
— Я люблю тебя, шепчу я.
Нужно взрослеть и переставать бежать от себя.
Самое правильное утро
Все так необычно.
Так странно. Проснуться и увидеть перед собой знакомый до боли белый потолок квартиры Лады.
На мгновение мне кажется, что все произошедшее со мной не более чем безумный сон. Словно я Алиса в Стране Чудес, которая просто заснула сладко на зеленой лужайке, и теперь с удивлением смотрит по сторонам, постепенно привыкая к тому, что ее Страна Чудес, Безумный Шляпник, Мартовский Заяц, Чеширский Кот… Все. Это был лишь сон.
И неожиданно становится страшно.
Нереально страшно, настолько, что мурашки бегут по коже! Я не хочу, чтоб. Это было сном! Не хочу!
Потому что у меня там, в страшной Стране Чудес тогда останется самый главный, самый нужный, самый любимый! Мой ледяной Демон, мой Игорь!
Господи.
Сердце колотится от ужасной догадки, губы пересыхают.
А затем… Затем я ощущаю тепло. Не просто тепло. Жар.
Поворачиваю голову, и облегчение бьет по нервам так ощутимо, что даже больно. Вся кожа болит, и волоски дыбом встают по всему телу.
Мой Демон рядом. Спит, прижавшись ко мне грудью, обнимает, дышит в затылок мерно и спокойно.
И с каждым вздохом, глубоким, ритмичным, утихомиривает мое разгулявшееся злое воображение.
Нет, я не Алиса. И Страна чудес была в реальности. И мой Демон тоже реален.
У него прямой профиль, четкий контур губ и длинные молочные ресницы. Он крепкий и сильный.
Дышит, держит, оберегает.
Ира,. Это мечта твоя исполнилась. Что-то, наверно, в прошлой жизни сделала хорошо и заслужила его.
За последние несколько дней мне кажется, я повзрослела минимум на десять лет, стала мудрее, поняла, что мне действительно нужно.
Мне нужно быть рядом с ним.
И. Это не благодарность за спасение, хотя, конечно, я благодарна.
Но все гораздо глубже.
Мне кажется,. Это проявилось еще тогда, в первый день нашего знакомства. И потом закрепилось в больнице, когда я смотрела на него, такого бледного, такого далекого, и ужасно, просто до сжимания в сердце хотела, чтоб у него все было хорошо. Чтоб он очнулся, выздоровел. Мне не нужно было ничего от него. Ни слов, ни взглядов, ни еще чего-то.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тогда, лежа рядом с ним на больничной койке, я просто пожелала, всей душой пожелала ему счастья.
Наверно, то мое чистое пожелание в итоге и сбылось. Да еще и меня крылом своим зацепило. Потому что он рядом. И счастлив, как мне кажется. И я счастлива рядом с ним.
И все у нас будет хорошо. Непременно.
А трудности, которые есть сейчас… Они временные. И, наверно, нужные, потому что я, по крайней мере, научилась отличать, кто друг, а кто не друг нам.
Вот Кирсанов Кирилл Михайлович нам не друг. Может, просто знакомый,. Но какой-то гадкий. Пока Игорь… Я по наивности своей восприняла его доброту… за доброту, а оказалось, что я ему интересна, как женщина. Он так сильно давил на меня, так четко и логично все разъяснял, уговаривал, чтобы я Ладе позвонила, чтобы бежала от Игоря, а лучше всего, осталась с ним в его квартире, потому что безопасно, а Игореша, по его мнению, совершенно несостоятельный и женщин любить не может. Возможно, потому что он сразу стал говорить об Игоре пренебрежительно, я словно заблокировалась от его дальнейших слов, закрылась от этого страшного человека. И не поняла, что именно он от меня хотел. Про Ладу я все поняла. Она, конечно, не осталась бы в стороне и помогла бы мне.
Но мой выбор сделан, и Лада пусть живет с мужем. А у меня есть свой мужчина.
Больше я не хочу с Кириллом Михайловичем даже видеться. Он жестокий человек, скрытный, неприятный.
Мой Демон сопит и переворачивается на спину.
А я синхронно с ним на бок, упираюсь локтем в подушку, привстаю, пользуясь редким моментом тишины и спокойствия, разглядываю его.
Красивый. Кожа гладкая, мускулы, даже в расслабленном состоянии ощутимы и тверды.
Веду пальчиком по груди, прикрывая глаза от блаженства.
Теплый. Каменный. Мой.
Неужели кто-то думает, что я могу его променять на иллюзию безопасности с другим мужчиной? Или нянькой поехать к Ладе, мешать там им под ногами?
Идиотизм какой-то. Глупость.
Четкие косые линии живота. Такое не в каждом журнале увидишь. Фигура спортсмена, не культуриста.
Кубики под ладошкой ощущаются рельефно.
Резинка спортивных штанов.
Мы вчера настолько устали, что свалились спать, едва зайдя в квартиру.
Игорь стянул с себя футболку, а штаны не смог. А меня все же хватило на душ и пижамку.
И теперь мне ужасно хочется провести ладошкой ниже. По бугру под спортивками. Но я стесняюсь.
С Андреем как-то мы эти моменты обходили. Не то, чтоб я не хотела,. Но просто… Он был у меня первым, и я делала то, что он хотел. Считала, что. Это правильно и нормально.
Это теперь я понимаю, что, наверно, секс два раза в месяц. Это ненормально… И, наверно, то, что я практически не трогала его член руками, тоже ненормально… Да и вообще, все неправильно было.
Первый мой с ним раз запомнился болью и кровью. Небольшой.
Казалось, что все так и должно быть.
Меня осеняет неожиданная мысль, что, если б мы с Андреем не расстались, то я могла бы всю жизнь прожить и не узнать, что такое оргазм, что такое качественный, сумасшедший секс… Когда отдаешься полностью, когда с ума сходишь просто от того, что твой мужчина смотрит на тебя, когда от одного его прикосновения по коже не мурашки, нет! Фейерверки удовольствия! И не стыдно с ним ничего! Не страшно! Все, что хочешь, все правильно!
Сейчас я хочу его трогать. Очень хочу. Целовать. Этот живот, с рельефными мышцами, эту грудь, с твердыми горошинами сосков, хочу облизнуть каждый сантиметр кожи… Боже, так хочу! Слюна неконтролируемо собирается, приходится сглатывать.
И стеснение уходит под наплывом гормонов.
