Чтобы тут же встретиться с растерянным взглядом мужчины.
- Буду ждать тебя внизу, - коротко бросил Рустам и ушел.
Зинаида Петровна снова приготовила булочки, аромат которых пробудил во мне зверский аппетит. Глядя, как я уминала одну за другой, она только одобрительно улыбалась и подливала чаю. А я поймала себя на мысли, что она чем-то неуловимо напоминала мне ба.
С одной стороны, мне не хотелось злить Сабурова и задерживаться дольше необходимого, но с другой… Что-то внутри прямо подначивало заставить его ждать подольше. Как минимум за то, что он без спроса ввалился ко мне и не ушел, когда я попросила.
Если честно, то я ждала, что затянувшееся ожидание выбесит Рустама. Но нет. Он совершенно спокойно стоял возле машины и о чем-то негромко переговаривался с одним из охранников. Заметив меня, разговор он свернул и даже дверь открыл, чем вверг в настоящий шок.
Сабуров и вежливость? Что-то новенькое. Впрочем, объяснение было простое - мое положение. Не будь его, и черта с два я бы дождалась такого отношения. Хотя оно мне было и не нужно. Была б возможность - я бы рванула куда подальше.
Но увы… Вариантов пока не было.
В клинике нас, естественно, встретили, как родных. Рустам был невозмутимо равнодушен и на все заискивающие улыбки не реагировал, четко отдавая приказы, куда и зачем нам нужно.
Но мы не успели дойти совсем немного до нужного кабинета, когда нам навстречу из-за угла вывернула красивая длинноногая девушка. Увидев нас, она остановилась, как вкопанная, а затем ее лицо брезгливо скривилось при виде меня.
Это была та самая любовница Рустама, которая в прошлый раз почему-то решила, что я мечу на ее место. И судя по ее глазам, она не поздравить нас шла…
В отличие от меня, Сабуров явно решил не замечать свою пассию.
- Рустам, какая встреча, - приторно улыбнулась та, преграждая нам путь. - Значит, это правда?
- Лера, мы торопимся, - холодно ответил тот. - Ты что-то хотела?
- Ты действительно связался с этой замарашкой? - фыркнула она, даже не глядя в мою сторону. Затем она оглянулась в сторону кабинета, куда мы направлялись, и понимание отразилось на ее лице. - То есть все-таки развела тебя, как лошка?
- Лера, - обманчиво тихо произнес Сабуров. Я бы на месте этой фифы вот сейчас очень бы подумала о том, чтобы свалить, и как можно быстрее. Потому как в голосе мужчины была такая угроза, что я бы не рискнула и дальше нарываться на неприятности.
Но то - я. Лера придерживалась иных мыслей. А может, хлебнула бесстрашия до этого.
- Тебе пора, - добавил он. - И лучше больше не попадайся мне на глаза.
- А то что? - насмешливо ухмыльнулась она. - Ты уже не тот, Русик, - протянула она. - Власть уже не твоя.
- Я не воюю с бабами, но для тебя могу сделать исключение, - процедил тот. - Если не уймешься и не захлопнешь рот.
Лицо девушки исказилось злобой.
- Можешь угрожать сколько хочешь, но ты очень скоро пожалеешь, - буквально выплюнула она.
- Сцеди яд, дорогуша, - посоветовал Рустам и, взяв меня за локоть, помог обойти эту ненормальную. - Твой новый хахаль плохо тебя удовлетворяет.
Больше я не услышала ни слова до самого кабинета, но никак не могла отделаться от ощущения, что меня буквально прожигали взглядом.
Признаться, мне столкновение с бывшей пассией Сабурова не понравилось. Такая бешеная дура вполне могла и сделать что-то. Со мной. В то, что она рискнет навредить Рустаму, я не верила. А вот той, что якобы покусилась на ее место - очень даже.
- Расслабься, - посоветовал мужчина, едва мы скрылись за дверью нужного отделения.
- Ты обещал, что нам с ребенком ничего не будет угрожать, - сквозь зубы ответила я. - А сам даже свою бешеную бабу не можешь урезонить.
- Она не моя, - флегматично ответил он, открыв мне дверь кабинета. На это я только фыркнула. - Заходи.
Во время приема я все время чувствовала себя неуютно. Потому что Сабуров наотрез отказался выходить за дверь. Нет, он стоял и внимательно слушал все, что мне назначали. И остался, даже когда пришло время осмотра на кресле.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Выйди! - потребовала я, когда он шагнул вслед за мной.
- Нет.
- Ты не понимаешь? - почти прошипела я. - Мне некомфортно! Уходи!
- Нет. И чем дольше ты сопротивляешься, тем больше времени мы на это потратим, - равнодушно добавил он.
Врач в это время тактично сделал вид, что его вообще здесь нет, и он ничего не видит.
- Рустам! - повысила я голос, понимая, что мне и так-то будет непросто забраться на кресло, а уж под взглядом этого человека и подавно. А давать ему еще один козырь против себя, показывая собственную слабость… Нет уж! - Пожалуйста… - стыдно, но я действительно практически умоляла.
Уже почти плакала от отчаяния. И, наверное, он все же понял это до того, как слезы появились в моих глазах.
- Ладно, - неожиданно согласился Сабуров и вышел из-за ширмы, а я облегченно выдохнула. Даже не поверила, что он сдержит слово, но к счастью, и правда больше не заходил. Остался в кабинете, да, но хотя бы не стоял в непосредственной близости.
- Так, ну, я вижу, небольшой тонус еще остался, - подвел итог доктор, заканчивая осмотр. - Поэтому назначения остаются теми же - полный покой, никаких эмоциональных потрясений, - тут он выразительно посмотрел на Сабурова. - Половой покой и побольше положительных эмоций. Через две недели жду на повторный прием. Препараты вот, - он протянул мне листок, но я не успела даже руку протянуть - Рустам уже забрал рецепт.
Попрощавшись, мы вышли из кабинета и до самого выхода не обменялись ни словечком. А на парковке выяснилось, что обратно в дом меня отвезет охранник, тогда как за Рустамом приехал другой автомобиль.
- Надеюсь, не надо напоминать, что твои капризы и желание устроить бойкот прежде всего отразятся на ребенке? - бросил он на прощание.
- Не надо, - процедила и отвернулась к машине.
Злилась ли я? Очень даже. Но понимала, что ссоры и конфликты действительно будут отражаться на малыше. А еще, уже отъезжая от клиники, я поняла, что забыла поговорить насчет ба. В том, что она все же соберется приехать, я не сомневалась. И должна была как-то… обсудить этот вопрос. Да, обсудить. Как цивилизованные люди. Именно на это я надеялась. И даже уже прикинула, когда и как смогу это сделать, учитывая, что обычно Рустам ужинал дома.
Вот только ни в этот вечер, ни в следующий мужчина домой не вернулся. А потом… Потом случилось то, что перечеркнуло все мои планы…
22. Карина
Это утро началось привычно - с тошноты и побега в ванную. А затем завтрак от Зинаиды Петровны, которая будто чувствовала, что именно нужно моему организму. За это время мы начали немного общаться, и, пожалуй, она единственный человек здесь, кто смотрел на меня по-доброму, что ли. Не равнодушно, а с участием. Ее советы не были продиктованы какой-то необходимостью, нет. У меня складывалось странное ощущение, что она действительно переживала о моем самочувствии.
И это было неожиданно приятно. Как уж она оказалась в доме у такого, как Сабуров, было для меня загадкой.
Я даже как-то набралась смелости и спросила, на что она вздохнула и ответила не сразу:
- Рустам не такой плохой, каким кажется. - Естественно, я демонстративно фыркнула, не согласившись с ее утверждением. - Он жесткий человек, даже жестокий. Но учитывая его путь, - Зинаида Петровна снова вздохнула. - Странно, если бы он не был таким.
- Что это значит? - полюбопытствовала я.
- Это не мои тайны, Карина, - мягко улыбнулась женщина. - Не мне и рассказывать. Просто знай, что не так страшен черт…
Чуть позже она все же рассказала, что ее сын работал на Сабурова долгое время, пока не поймал шальную пулю в одной из перестрелок. Рустам хотел выплатить ей компенсацию - ведь кроме Анатолия у нее никого не было, но Зинаида Петровна попросила взять к себе в дом. Чтобы не свихнуться от тоски. И странное дело - несмотря на обстоятельства смерти сына, она почему-то относилась к Сабурову очень тепло. Я этого не понимала, но осуждать тоже не стала. Ведь каждый сам делает свой выбор. Возможно, причин для подобного у нее было куда больше, чем она озвучила.
