— Ну зачем опять…
— Чем?! — перебила она истерично. — Зачем ты пришла, Каролина?! Позлорадствовать?! Или что?! Что тебе от меня нужно?! — она вскочила, стала расхаживать туда-сюда. — Ты говоришь, что не знала — ладно. Ну а потом? Что мешало сказать: "о, да это же мой бывший, надо же!"?! Почему ты не сказала?!
— Вот поэтому! — тоже поднялась я. — Чтобы тебя не нервировать зря! Зачем? Что бы это изменило?
— Да всё бы это изменило, Каролина! — кипятилась она. — Мы бы просто посмеялись, удивляясь совпадению, и всё! Это бы значило, что ты и правда забыла, как и пытаешься мне тут доказать! Но ты не сказала! Потому что ни хрена ты не забыла! Я же помню, как ты ревела по нему! А ты продолжаешь мне врать и сейчас! Зачем ты пришла?! Я хотела поговорить сразу, но ты мне даже на сообщение не ответила!
— Струсила, — призналась я. — И потом неделю собиралась с духом.
— Потому что чувствуешь вину?
— Потому что я не хотела, чтобы всё это… я не хотела лезть в твои отношения, клянусь! Я не желаю тебе плохого! Правда! И я забыла его.
— Ой, Каролина, ну хватит! — закатила она глаза, возвращаясь на свой стул. Я тоже присела. — Бери пример с бывшего, он хотя бы врать мне дальше не стал.
— Расскажешь? — осторожно поинтересовалась я. — Как подруге, я бы посочувствовала…
— Как подруге?! — усмехнулась Кристина, потом вдруг погрустнела снова. — Надо же, как бывает. Представляешь, всех подруг растеряла, пока за Ромой бегала. Хотелось вот позвонить кому-нибудь, выговориться, но оказалось, что и некому. Стало быть, только ты и интересуешься. Ну, слушай. А сухарь-то мой, оказывается, вовсе не сухарь, если дело тебя касается! Просто баба с ним не та была, делов-то! Короче, предложение мне сделал, всё классно-зашибенно, просто супер, даже радость изображал, пока ты не ушла, — она хмыкнула. — Только вот я опять ни черта не заметила. Точнее, заметила, но не сложила. Решила, что настроение у него просто испортилось, такое же частенько бывало. День Святого Валентина он не празднует! — воскликнула Кристина. — Так, ясен красен! По тебе же страдает, уж не до веселья! — она рассмеялась, а я виновато опустила голову. — В общем, он стал напиваться, прямо как ты недавно, мне даже такси пришлось самой вызвать. Ко мне приехали, и он продолжил. Я-то подумала, что это он с холостяцкой жизнью просто так прощается, мало ли. Ну, думаю, сейчас покажу любимому, что ждёт его в семейной жизни, чтобы не переживал сильно. Стала приставать к нему, — она замолчала, следя за моей реакцией. Я была уверена, что не повела и бровью, но Кристина невесело усмехнулась, покачала головой. — Что, неприятно слушать?
— Вовсе нет!
— Да ладно. Мне было бы неприятно. Продолжать?
— Если хочешь.
— Ну, поделиться мне больше не с кем, говорю же. А тут как раз самое интересное начинается, — она тяжело вздохнула. — Тебя когда-нибудь называли в постели чужим именем?
— Нет, — сглотнула я, по-женски очень ей сочувствуя.
А Кристина вздохнула ещё тяжелее.
— А именем подруги?
— Нет, — еле слышно ответила я, чувствуя вину и заставляя себя не думать больше ни о чём.
Но, конечно, не вышло. Сердце забилось чаще. Он помнит меня, имя нелюбимых не называют вот так случайно!
— А меня — да, — мрачно произнесла моя бедная несостоявшаяся подруга. Да, уже вряд ли у нас получится сохранить дружеские отношения. Уж точно не после такого. Странно, что она вообще меня впустила в квартиру, согласилась поговорить и теперь ещё и делится всей своей болью. — Конечно, в моей голове тогда и произошёл щелчок. Я стала истерить, а он просто оделся и продолжил бухать. А я ревела рядом. Спросила, кто ты для него. Знаешь, что он ответил? — с горечью произнесла Кристина.
— Не говори, — испугалась я. Не зря же она такая печальная — там точно что-то ужасное. Для Кристины. А мне нельзя подавать даже малейшей надежды! Нельзя!!! — Не хочу знать.
— Нет, ты должна. Вдруг у вас всё еще получится. Я-то переживу, но, а вы… мало ли.
— Ничего не получится, — мой голос дрогнул, хоть я и пыталась сказать это как можно равнодушнее. — Не говори так, пожалуйста.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты любишь его? — она посмотрела мне прямо в глаза, а я поспешила отвести взгляд. — Можешь и не отвечать, — Кристина вытерла снова выступившие слёзы. — Вот же ситуация. Так вот он ответил, что ты для него — всё, задумайся. А потом я спросила про себя, и теперь вот тоже задумалась. Кем я была для него? Знаешь, что ответил? Лекарством. А потом, когда ты появилась — способом привлечь твоё внимание, представляешь?! Он только ради этого и помирился со мной!
— Я исчезну из вашей жизни, попробуете снова. Ведь вы стали встречаться как-то! Какое лекарство, когда меня тут столько лет не было?! Да он просто пьяный был! Хотел обидеть тебя!
— Ты слышишь меня, Каролина? Без тебя всё хорошо было, разве, у нас? Да он всегда был не со мной, я же тебе говорила. Но только сейчас я поняла, что лекарство не помогает, когда болезнь неизлечима. И я не хочу быть лекарством, не толкай меня к нему снова! Я хочу быть болезнью! — она всё же расплакалась, и я вместе с ней.
— Прости меня, мне так жаль…
— Не извиняйся, ты не виновата. Я же видела, что ты пытаешься забыть. И это ведь я сама к тебе подошла, ты меня даже не видела! А то, что я кричу на тебя сейчас — так это очевидно. Всегда легче, когда есть виноватый. Но это я сама во всём этом и виновата! Это я была слепая всё время, а тебя, действительно, даже не было здесь. Но вот только скажи мне одно: почему ты приехала именно сюда? Зачем?
— Случайно, я же рассказывала, — вздохнула я, понимая, что вряд ли Кристина мне верит теперь. — И очень жалею об этом.
— Не жалей, — покачала она головой. — Всё не случайно, и твой приезд тоже. Ты помогла мне снять пелену с глаз, иначе я бы и дальше продолжала обманываться. Три года в никуда, — она беспомощно развела руками. — Столько надежд, всех друзей растеряла… а теперь всё заново начинать. И для тебя всё тоже не случайно! Даже если ты действительно не пыталась его искать — я подошла и помогла тебе понять, что ты не забыла. И я не жалею, что подошла, правда. Выходит ведь, что мой мужчина меня ещё не нашёл.
— Я не знаю, — грустно ответила я.
— А твой тебя всё ещё любит.
— Он не мой, если мы не про Артёма.
— Будешь тоже обманываться, как я? Посмотри, к чему меня это привело, — она встала и покрасовалась передо мной, будто я её до этого не видела. — Ты узнаёшь здесь ту самую Кристину, которая подошла к тебе тогда? В шубке и с макияжем. А что же сейчас? Я стою тут, как чушка, и пытаюсь убедить другую девушку попробовать всё заново с мужчиной, которого совсем недавно считала своим женихом. А ты ещё и упёрлась!
— У меня получится, с Артёмом, — стояла я на своём, удивляясь её доброте. Мы же говорим сейчас о мужчине, которого она любит! И я тоже. Но у нас нет шансов, а у них, возможно, ещё есть. — Вы не виделись с тех пор?
— Нет, — присаживаясь назад, пожала она плечами. — Зачем?
— Поговорить, он же был пьяный, правда. В таком состоянии…
— Он был у тебя в ту ночь? — перебила меня Кристина.
— Да, — вздохнула я, решая отныне ей больше никогда не врать. Я просто не имею права, когда она такой хороший человек. — Но ничего не было, клянусь. Я не знаю даже, зачем он пришёл и откуда вообще знает мой адрес.
— Да он всё о тебе знает, — усмехнулась Кристина. — Говорю же, в отношении тебя Рома вовсе не сухарь. Ты думаешь, он просто так подарил мне этот ресторан, когда мириться даже не собирался изначально?! Да чёрта с два! Тебе назло! — она истерично захохотала. — Господи, какой бред! Но для него нет! Это же было типа: "Смотри, как могу! И не для тебя, а для другой бабы!" А зачем к тебе пошёл?! Да белка накрыла! — хохотала Кристина. — Бухал, а потом вскочил, сказал, что ты зовёшь, и умчался. Больше я его не видела.
— Я не звала его, — произнесла я, вспоминая, что и мне Рома то же самое говорил.
— Но ведь ревела, верно?
