— Не могу без тебя, — читаю по губам.
И, не теряя времени, накрывает мой рот, сдавливая щёки так, что у меня, наверное, останутся следы от его пальцев. Он ускоряет ритм, доводя меня до грани, до вершины блаженства. Притягиваю его свободной рукой за затылок и прикусываю его нижнюю губу до крови, когда меня накрывает лавина кайфа. Я улетаю в космос, иначе не могу назвать своё состояние наивысшей степени эйфории. Макс совершает ещё несколько резких толчков и в последний момент выходит из меня. Развернувшись, наблюдаю, как он финиширует, закрыв глаза от удовольствия, и с ужасом понимаю, что не прочь приступить ко второму раунду.
— Мне даже начинает нравиться твоё молчание. Более сговорчивая, — он с самоуверенной ухмылкой наблюдает за моим зардевшимся от смущения лицом, потому что ловит меня на разглядывании его мужского достоинства.
Не дождавшись от меня никакого ответа, притягивает к себе и мягко целует в губы. Нежно проводит рукой по волосам, убирает большим пальцем капли воды с бровей, на место которых моментально приходят новые. Он с такой любовью смотрит на меня, что я готова расплакаться от счастья. Обнимаю его в ответ, прижимаясь щекой к тому месту, где бьётся его сердце.
— Макс, почему ты так со мной? — думала он не услышит меня, но он всё слышит, потому что отвечает сразу, ещё крепче прижимая к себе:
— Прости меня, Лили, прости, — приподнимает моё лицо за подбородок. — Давай уедем, а?
— Куда? — отчаяние в его голосе меня пугает.
— Хоть куда. Подальше отсюда. Прямо завтра? Давай просто будем вместе.
— Я… я не знаю. К чему такая спешка, Макс? И зачем уезжать?
Вместо ответа он поднимает с пола флакон с шампунем, выдавливает немного на свою ладонь и начинает намыливать мои волосы. Стекающая пена приятно щекочет моё тело. Улыбаюсь, как дурочка, от такого проявления заботы и полностью отдаюсь на волю его рукам. Таким нежным со мной он ещё не был.
Макс серьёзно предлагает мне уехать? А как же дело Демона? Его работа и должность? Разве можно вот так просто взять и сбежать? А главное, зачем?
Глава 26.2 Мы
***
Уже два дня мы не можем насытиться друг другом. Всё, что мы делаем — это занимаемся любовью, в перерывах смотрим фильмы из коллекции Макса, едим готовые блюда из доставки, снова занимаемся любовью и говорим. Много и долго. Как будто прорвало плотину из наших недомолвок. К счастью, голос ко мне вернулся, и Макс стал задавать море вопросов о моей прошлой жизни, прежних увлечениях и детстве. Он постоянно смеётся над моими воспоминаниями, совсем не удивляясь тому, как я, например, училась кататься на велосипеде.
Мой дедушка почему-то решил, что шестилетняя я запросто сможет обуздать его взрослый велосипед. Я даже до сиденья не доставала, что уж там! Поставил меня на педали и сказал: «Крути!» Я и крутила. Вот только, когда настала пора тормозить, я поняла, что он меня уже не придерживает сзади, да и тормозить не научил. Так и въехала прямиком в чей-то припаркованный автомобиль, чтобы не врезаться в кучку детишек.
Сейчас мы с Максом нежимся в джакузи, которое я заботливо приготовила к его приходу с работы. Правда, в мой план не входил секс прямо возле входной двери, но так тоже неплохо.
— У тебя были строгие родители? — теперь мой черёд засыпать его вопросами.
К слову, Макс не возражает против моего напора. Совсем наоборот. Целует меня в макушку и укладывает на себя, не забывая как бы невзначай скользнуть пальцами по моим взбудораженным соскам. Я лежу, устроившись между его ног, и блаженно прикрываю глаза от умиротворения.
— Нет, они были замечательные. Отец работал главным инженером в крупной строительной компании, мама — бухгалтером. Обычная среднестатистическая семья. Папа держал нас в ежовых рукавицах, а мама сглаживала углы.
— Нас?
— Нас с мамой, — уточняет Макс, прикусывая меня за ухо.
— Куда ты хочешь уехать? Обратно в Лос-Анджелес? — с того вечера мы решили не поднимать тему нашего отъезда, пока я не поправлюсь, а он не уладит дела с департаментом.
Спиной чувствую, как напрягаются мышцы его груди. Чуя неладное, начинаю сооружать на его коленях, выглядывающих из воды, пенные фигуры, чтобы придать своему виду беспечность. Может, он передумал и не знает, как об этом сказать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А ты куда хотела бы?
— Честно? — резко крутанувшись, оказываюсь с ним лицом к лицу. — Я всегда мечтала жить в Калифорнии у океана, поэтому Город Ангелов был бы отличным вариантом. Мой отец вряд ли будет возражать. Тем более, я уже не в том возрасте, чтобы у него отпрашиваться, — протараторив ответ, чмокаю Макса в губы и укладываю подбородок на ладони, сложенные на его груди.
На лице Кроу появляется ласковая улыбка, и он начинает выписывать восьмёрки на моей спине.
— Что? — интересуюсь я, видя, как в его глазах разгорается дьявольский огонь. В живот начинает упираться что-то большое и очень многообещающее.
— Ты такая красивая, — произносит негромко, убирая мокрые пряди мне за ухо. Заметила, что он любит прикасаться к моим волосам, проявляя так, по-видимому, свою нежность.
— Спасибо.
— Спасибо в постель не положишь.
— Эм-м, мне кажется в этой фразе какая-то ошибка, — начинаю хихикать, когда он резко зажимает меня коленями, чтобы пощекотать. — Мааакс! Прекрати! — смеюсь против воли, не имея никакой возможности освободиться.
Ну всё, он сам напросился. Начинаю атаковать его рёбра в ответ и с удовольствием добиваюсь его раскатистого смеха.
— Всё-всё! Сдаюсь! — Макс отпускает меня на волю, тяжело дыша.
— Мне так хорошо сейчас, — не знаю, зачем я делаю это признание, но почему-то испытываю острую потребность сообщить ему об этом. Хочу, чтобы он знал.
— А мне всегда с тобой хорошо, — говорит на полном серьёзе, подкупая меня своей искренностью. Так непривычно слышать из его уст нечто подобное. Обычно я только и делаю, что разгадываю ребусы его мыслей, а теперь он добровольно их озвучивает. Неужели это всё на самом деле? Хочется себя ущипнуть, чтобы убедиться, что это не сон, и мы в самом деле теперь пара.
Из нашего рая нас выдёргивает мелодия его телефона. Макс перевешивается через край ванны, чтобы сбросить вызов, но краем глаза я успеваю заметить, что звонят с неизвестного номера.
— Лили, я совсем забыл отправить кое-какие документы.
— Да, конечно. Иди. Я сполоснусь и положу своё «спасибо» в постель.
Этот Аполлон во плоти со взглядом хитрого лиса целует меня в нос и, совершенно меня не стесняясь, выходит из воды. Даже не смыв с себя пену, он наспех обтирается полотенцем и покидает меня.
Хочу устроить ему небольшое шоу. Надеваю чёрный шёлковый халатик, который он купил мне вчера, и выхожу из ванной минут через десять после него, чтобы дать возможность уладить все дела. Нахожу Макса в его кабинете за компьютером. Лампы в комнате выключены, поэтому его сосредоточенное лицо освещается лишь экраном.
— Тук-тук-тук, — слегка стучу по дверной коробке, оповещая о своём присутствии.
Макс отрывается от печатания, и я с удовольствием подмечаю смену выражений его лица: от озадаченного до заинтересованного. Всё дело в моей дерзкой позе с полураспахнутым халатом, оголяющим некоторые участки моего тела.
— Кажется, я не до конца выздоровела, и мне срочно нужен осмотр врача, — прикусываю кончик указательного пальца и бросаю на него кокетливый взгляд из-под ресниц.
— И что же у вас болит, мисс? — лукаво ухмыльнувшись, он включает настольную лампу и присоединяется к игре, откидываясь на спинку своего кресла.
Вот значит как. Любит смотреть на меня при свете? Я, тем временем, неторопливо обхожу его стол и встаю прямо перед Максом, не разрывая зрительного контакта. Он машинально облизывает верхнюю губу, когда я усаживаюсь на стол, слегка раздвигая ноги. Полы халата разъезжаются ещё больше, но не настолько, чтобы увидеть то, что пока не позволено. В женщине должна оставаться загадка, в конце концов. Хотя бы на пару минут.
— Вот здесь, — прикладываю ладонь к своей левой груди, — что-то ноет постоянно.
