Я в замешательстве забегала глазами от конвоира к главарю, но поздно поняла, какой смысл закладывался в эти слова… Уверенный захват, рывок – и хруст пронзил мой слуховой нерв, а неимоверная боль распространилась током от плеча до кончиков пальцев.
Оглушающий вопль отразился эхом от стен подвала. Первые затяжные мгновения мои глаза накрыло тьмой, а в легкие до панической атаки перестал поступать кислород. Затем с болезненным всхлипом я принялась рвано глотать воздух, и абсолютное бессилие завладело телом.
– Ну-ну, идем, – услышала вкрадчивый голос, от которого мороз прошел по коже.
Мне не дали толком прийти в себя. Один из конвоиров обхватил моей рукой свою шею, и в полуобморочном состоянии я покинула страшный подвал.
Перед глазами все прыгало и размывалось пятном из-за слез. Под действием стресса я толком не ориентировалась, как одно помещение сменялось другим – в некоторых местах было слишком темно, в некоторых меня, напротив, слепил свет, но страшные стены подвального коридора пропали, а вместо них теперь везде мелькала богатая обстановка какого-то особняка.
Пугливо озираясь, я все пыталась понять, что это за место. Особняк или дом – однозначно, только странные помещения попадались на пути: вроде кальянных, комнаты с игровыми автоматами, за которыми сидели какие-то мрачные бугаи, провожающие меня взглядом, бильярдные... Может, закрытый клуб?
К тому моменту, как меня довели до нужных дверей, я успела немного прийти в себя и даже почти передвигалась сама. Тяжелая рука конвоира по-прежнему удерживала контроль, впиваясь в мой локоть, но тащить меня уже не было нужды. И стоило переступить порог просторного темного зала, как внутри застыло понимание, что это конечная остановка...
Холод спустился по позвоночнику.
Охранники с автоматами наперевес стояли на страже по обе стороны от этих дверей, дополняя и без того напряженную атмосферу этого места. В глаза сразу бросилась отличительно роскошная обстановка: большой камин и много антикварных вещей, в том числе мебель. Особенно выделялся резной массивный стол, расположенный в центре зала, за которым в вальяжной позе сидели двое мужчин и во что-то играли. Так увлеченно играли, что их совсем не смутила вошедшая заплаканная девушка, вся потрепанная и запуганная. И то, что я со стонами проковыляла мимо под строгим контролем конвоира до длинного громоздкого дивана, на который он грубо усадил меня, их тоже никак не тронуло.
Все тело колотило, как при температуре. От бессилия и страха слезы постоянно наворачивались на глаза, но я упрямо сохраняла безмолвие и сдерживала всхлипы. Пусть и дальше меня не замечают... Я слишком слаба, чтобы бороться! Я слишком устала, чтобы придумать хоть какой-то план спасения или попробовать перехитрить этих бандитов.
Меня будто нарочно усадили как раз напротив тех дядек, которые играли в нарды. Да, это были нарды – за время абсурдного ожидания я успела многое отметить. Один из игроков – бородатый смуглый кавказец, одетый во все черное. Он постоянно хмурился и в основном молчал. Второй – мужчина заметно старше, плотного телосложения, с залысиной на короткостриженых пепельных волосах. Он выглядел небрежнее в помятой светло-голубой рубашке с закатанными рукавами, и, в отличие от партнера, вел себя развязнее: много улыбался, постоянно комментировал ход игры и все подтрунивал над кавказцем. Весельчак.
Что-то красным сигналом внутри навязчиво подсказывало, что он и был главным монстром среди этих монстров… И ведь ни разу ни одного взгляда в мою сторону! Будто я – ничто. Подушка на этом чертовом диване с дорогой обивкой.
Неожиданно игра закончилась. Весельчак хлопнул в ладоши так, что в ушах зазвенело, поднялся из-за стола и с ехидным хохотом потрепал голову проигравшего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сердце тут же заколотилось в груди.
Лениво отвлекаясь от довольствования победой, предполагаемый главарь нашел взглядом того мужчину со шрамом на лице. Он также все это время покорно ждал в тени, а стоило получить короткий знак от весельчака, мгновенно оживился и, кажется, достал из кармана телефон. Я не успела убедиться, потому что сразу после главарь удостоил взглядом меня...
Оцепенение тут же льдом пробрало до костей.
Прищурившись, он вышел из-за стола и, сунув руки в карманы дорогих брюк, начал уверенно приближаться. С опаской наблюдая за каждым шагом незнакомца, я вся покрылась испариной. А когда он как ни в чем не бывало остановился прямо передо мной, и вовсе перестала дышать.
– Значит, ты – Тая, – констатировал весельчак, с простодушной улыбкой изучая меня взглядом. Затем он неожиданно вытащил руку из кармана и протянул ее мне. – А меня Иван Сергеевич зовут.
Я так и оторопела от этого жеста. Никак не откликнулась, лишь опасливо переместила взгляд от ладони к лицу бандита.
– Что вы хотите? – жалко проронила я. – П-почему я здесь?..
Он затрясся от противного хриплого смеха, так это позабавило его.
– Надо говорить: приятно познакомиться, – терпеливо подсказал Иван Сергеевич, однако я уловила ледяной блеск недовольства в его темных глазах. – Ну? Чего так напряглась, Тая?
Мужчина вдруг наклонился, принуждая меня вжаться в спинку дивана, и, вцепившись в лицо взглядом, бесцеремонно погладил мою щеку тыльной стороной ладони.
– Не стоит меня бояться – со мной надо дружить, – уверил бандит, заправив прядь волос мне за ухо. – Ты ведь хочешь, чтобы все скорее закончилось?
Глядя на него расширенными глазами, я отчаянно закивала.
– Хорошо. Тогда будь послушной девочкой и делай, что тебе говорят, – с налетом стали бросил главарь, наконец отстраняясь. – Не волнуйся, много я не попрошу. Сейчас нам принесут телефон, и ты передашь теплый привет своему другу.
Он будто вмиг потерял ко мне интерес, нетерпеливо оглянувшись на своих подельников, а я так и оцепенела от неожиданной просьбы.
– К-какому другу? – настороженно спросила.
– Тому, кто трахает тебя, прелесть, – грубо ответил бандит, и кровь отхлынула от моего лица. – Валиев ведь трахает тебя? Или пока только тискает как котенка?
Его глаза отразили похотливый блеск, а мое лицо вспыхнуло огнем. Но сильнее внутри забилась паника, и я устремила тревожный взгляд на бандита со шрамом, который все это время с кем-то говорил по телефону. Нет… Этого не может быть!
– Что вы хотите сделать? – выпалила я, спохватившись. – Зачем вы ему звоните?..
– Ты меня удивляешь. Разумеется, чтобы он приехал и забрал тебя из этого страшного места!
Я сглотнула, лихорадочно пытаясь уловить суть в этих фальшивых словах. Этот Иван Сергеевич так меня пугал своими повадками, что кровь в жилах стыла!
– Но он… Он не приедет!.. – возразила я, отражая полную веру в это. – М-мы не вместе, вы ош-шибаетесь! Я для него никто...
Бандит вцепился в меня задумчивым взглядом и, выдержав паузу, холодно изрек:
