подумай… — начал Андрей, но я прервала поток раскаяния.
— Ты не должен мне ничего объяснять. Давай просто оставим эту тему.
— Ладно. — Бывший муж как-то сразу потух и вышел из комнаты, добавив напоследок: — Но я бы не стал тебя обманывать, правда.
— Я знаю.
Вера вопросительно посмотрела на меня, но я лишь качнула головой, показывая, что сейчас не время и не место для объяснений. Понятливо кивнув, подруга бросила выразительный взгляд на Игоря, который тут же заторопился:
— Все-все, я вам не мешаю. Пойду помою посуду.
Когда историк, захватив пустые чашки, покинул гостиную, Вера тихонько прикрыла за ним дверь и, округлив глаза, громко прошептала:
— Ну ты даешь! Да у тебя тут целый гарем собрался! Кто сегодня любимый муж?
— Никто! Все бесят! — нервно отозвалась я таким же эмоциональным шепотом. — И выгнать не могу. Они же помочь пришли, заразы такие!
— Много посуды разбили, пока пытались тебя поделить?
— Ни блюдца. Зато выпили, кажется, все запасы чая и кофе.
Подруга хихикнула, явно не проникшись тревогами бедной больной женщины.
— А где еще двое из твоей великолепной пятерки? В туалете прячешь?
— Я тебя позвала спасать меня, а не издеваться!
— Да ладно, дай хоть чутка поглумиться. Когда еще такой шанс выпадет?
В дверь деликатно постучали, и мы с Верой затихли, когда на пороге появился Константин с маленькой чашкой в руке, разукрашенной под божью коровку.
— Тамара, я принес вам воды. Вы будете пить лекарство?
— Да-да, спасибо большое, — поспешно закивала я, принимая чашку из его рук.
— Вера, налить вам чай? — Следом за Константином в комнату проник не в меру активный Игорь. — Или вы, как Тамара, предпочитаете кофе?
— Чай, пожалуйста, — пропела подруга, одарив историка благосклонной улыбкой.
— Будет сделано! — принял заказ Игорь и самоустранился.
Я вернула Константину полупустую чашку и устало откинулась на подушку. На минуту прикрыла глаза, а когда открыла их, в комнате опять собралась вся честная компания.
— Чувствую себя Алисой на безумном чаепитии, — тихо поделилась я с Верой, которая обнадеживающе похлопала меня по руке.
Я полезла в Ватсап проверить, не прозевала ли ответ от фелинолога. Но мое последнее сообщение до сих пор значилось как непрочитанное, отчего я уныло вздохнула.
— Ты чего? — одними губами спросила Вера, и я развернула к ней экран телефона.
Подруга быстро пробежала глазами по переписке и непонимающе нахмурилась. Взглядом указала на Константина, как бы спрашивая, не он ли скрывает свое истинное лицо за аватаром гепарда. Я задумчиво посмотрела на журналиста, снова невозмутимо застывшего перед маминой картиной. Когда он гипнотизировал ее в кафе, я чувствовала себя польщенной, но теперь это уже слегка напрягало. Не могло же мужчину так удивить наличие у меня копии работы, украшавшей стены кофейни? Мало ли репродукций висит по чужим домам? Неопределенно покрутив пальцами в воздухе, я поморщилась, словно сомневалась в причастности Константина к моей тайной сексуальной жизни. Тогда Верунчик покосилась на суетящегося у стола Игоря и заиграла бровями. Я закусила губу и пожала плечами — без понятия! Верины глаза, расширившись, в неверии уставились на поникшего Андрея, примостившегося у окна, и мне оставалось только с таким же безумным взглядом развести руками.
— Тамар, а где Аня? — неожиданно поинтересовался Игорь, присаживаясь на диван рядом с Верой. — Я ей подарок принес, хотел порадовать.
— Какой еще подарок? — хмуро спросил вскинувший голову Андрей. — Какое вам дело до моей дочери?
— Ну, она как бы не только ваша дочь. Да, Тамар?
Тут Андрей и Константин на удивление синхронно повернули головы в мою сторону. Во взгляде бывшего мужа читалось недоумение, а в глазах журналиста сквозило легкое ехидство, будто он сходу разгадал мои эскапады с историком.
— Сюррпррриз! — как набат, прозвучал голос Рюка, от которого даже я вздрогнула.
— Аня не моя дочь, но я этого и не утверждала.
— Ты рассказываешь людям, что Аня твоя дочь? — спросил Андрей с совершенно нечитаемым выражением.
— Я же сказала, что нет! — вырвался у меня раздраженный ответ. — Но, знаешь ли, мне совсем не хочется объяснять каждому, что дочка бывшего мужа, с которой я частенько сижу, не имеет ко мне никакого отношения. А что люди додумывают у себя в головах не моя проблема!
Поймав укоризненный взгляд Веры и непривычно серьезный Игоря, я фыркнула и приняла максимально независимый вид.
— Окей, я понял… — протянул историк и вдруг, ни с того ни с сего, наклонился ко мне и решительно спросил: — Сходим еще раз в театр?
— А? — растерялась я, не понимая выверта мужской логики.
— В прошлый раз было здорово, давай еще вместе куда-нибудь выберемся? — с воодушевлением затараторил Игорь. — Когда нога заживет, ты не против?
— Не то чтобы…
— Думаю, Тамара с б о льшим удовольствием снова посетит со мной галерею, — поспешил внести свое предложение Константин. — На следующей неделе планируется выставка Аллана Ранну, у него потрясающие горные пейзажи, навеянные впечатлениями от путешествий по Тибету. Если хотите, я могу вас познакомить — весьма неординарная личность!
— Ну, э-э… — промычала я и нервно повернулась к Вере в поиске поддержки, когда поняла, что ситуация выходит из-под контроля.
— Знаешь, Том, когда ты поправишься, мы тоже могли бы… — Андрей замолчал, будто собираясь с духом, и от предположения, что он сейчас скажет, меня сковал ужас. — Мы могли бы снова…
В напряженной тишине, стоя под прицелом множества ошеломленных взглядов, Андрей набрал в грудь побольше воздуха и отчаянно сжал кулаки.
— Снова по… — попытался закончить свою мысль бывший муж, но переливчатый звонок не дал ему договорить, заставив всех присутствующих подскочить от неожиданности.
— Это то, что я думаю? — осторожно спросила у меня подруга.
Я обеспокоенно прислушалась, когда Константин вышел в коридор и открыл дверь. Выхватив обрывки разговора, зажмурилась и накрыла пледом свою бедовую голову.
— Вера, — глухо прошептала из-под покрывала, — трындец…
Подруга откинула уголок покрывала, заставляя смело взглянуть в лицо приближающейся опасности, и предвкушающе уставилась на проход в гостиную, где не замедлил появиться Сергей. Мужчина молча обвел взглядом нашу компанию, будто решая, кого назначить Шляпником, чтобы отрубить ему голову.
— Грррабители! — запаниковал Рюк, у которого появление Сергея сбило устоявшуюся парадигму, но жако быстро взял себя в лапы, добавив: — Сюррпррриз! Сюррпррриз! Сюрррпррриз!
— Еще слово — и я запру тебя в шкафу до завтрашнего утра, понял? — предупредила я попугая, потирая виски.
— Понял, не дурррак!
— Добрый вечер, — с каменным лицом поприветствовал сосед всех собравшихся. — Вижу, сегодня гостей больше обычного…
Я гулко сглотнула. Но Сергей, широко шагнув к дивану, лишь наклонился и небрежно чмокнул меня в губы.
— Тебя совсем нельзя оставить одну? Что случилось?
— Тамара подвернула
