Шрифт:
Интервал:
Закладка:
До вынесения приговора Прайс и другим обвиняемым судья Шоу объявил об оправдании Ройзин МакНирни. Обращаясь к МакНирни – маленькой девочке с подведенными бровями, одетой в белую шаль и розовую блузку, Шоу выразил надежду, что она извлекла из этого урок и больше не даст себя «втянуть в смертельные предприятия». О ее решении предать товарищей он сказал так: «Я не знаю, какие опасности могут угрожать вам, когда вы покинете зал суда». Когда МакНирни выводили из помещения, остальные подсудимые начали напевать мелодию – зловеще слаженно. Это был «Марш мертвых» из оратории «Саул» Генделя, та музыка, что обычно играют на похоронах. Хью Фини полез в карман и вытащил оттуда монету. Он швырнул ее в МакНирли и крикнул: «Возьми кровавую денежку, продажная шкура!» Девушка, рыдая, выбежала из зала суда.
Остальных подсудимых признали виновными. Когда дело дошло до приговора, Шоу дал максимум – так называемый пожизненный срок, который на практике для пяти подрывников означал 20 лет. Для Долорс и Мариан Прайс, а также Хью Фини, которые были признаны руководителями группы, у судьи нашлось более суровое наказание – 30 лет. Долорс четко произнесла: «Это смертный приговор».
Будто смутившись строгостью наказания, Шоу объявил, что он мог бы понизить срок для сестер Прайс и Фини до 20 лет. Подсудимые выражали недовольство, привлекая внимание зала. Тогда возбужденный судья приказал им молчать в зале суда. «Нет!» – ответили обе сестры Прайс.
Отказываясь говорить о своем членстве в ИРА на протяжении всего процесса, теперь подсудимые заговорили все сразу, произнося политические речи; с галереи им аплодировали родственники и друзья.
– Я, доброволец ИРА, стою здесь, перед вами! – заявила Мариан Прайс. – Я считаю себя военнопленной!
– Да здравствует Временная армия! – закричали с галереи. – Не сдавайтесь!
– Нельзя превращать скамью подсудимых в политическую арену, – повысил голос Шоу. – Это зал суда!
Но теперь, когда приговор был уже вынесен, его никто не слушал.
– Ирландия победит! – воскликнул Фини. – Ее не поставить на колени!
* * *Ройзин Нирни поспешно ушла в сопровождении вооруженной охраны. Ей теперь следовало скрываться и полностью изменить личность. Ей дали другое имя, новые документы и велели никогда не возвращаться в Ирландию. Ее вещи забрали из дома в Андерсонстаун, поместили на хранение, а затем доставили ей, как только она начала другую жизнь. «Не заблуждайтесь по этому поводу, – сказал один из лидеров Временной армии прессе. – Ей не спрятаться». Однако Провос не удалось выследить Нирни. Она исчезла из здания суда, стала другим человеком, и с тех пор о ней больше не слышали.
Перед тем как Долорс и Мариан Прайс вывели из Винчестерского замка, они сделали заявление: они объявляют голодовку. Они будут отказываться от пищи, пока им не предоставят статус политических заключенных и не вернут в Ирландию, где они должны отбывать срок. Сестер отвезли в тюрьму «Брикстон». В ней сидели только мужчины, но к девушкам относились как к особо опасным преступникам, и для них сделали исключение. В письме своей матери Крисси Долорс писала из тюрьмы, что либо британское правительство удовлетворит их требования и отправит их домой на период отбывания тюремного срока, либо они умрут от голода и их тела привезут хоронить в Белфаст: «Так или иначе мы вернемся в Северную Ирландию к Новому году».
Глава 13
Недетские игры «продавца игрушек»
Артур МакАлистер был продавцом игрушек. Он арендовал апартаменты на первом этаже элегантного кирпичного здания в Миртлфилд Парк, районе на окраине Белфаста, где жили представители среднего класса. Даже в самый разгар Смуты иногда казалось, что религиозные раздоры и битвы военизированных группировок характерны для территорий, населенных рабочим классом, а не для покрытых зеленью пригородов, которые считались более стабильными и богатыми. Окна квартиры МакАлистера, увитые зарослями плюща, выходили на старые деревья и чудесную лужайку. Каждое утро он выходил из дома с коробкой образцов и каталогов игрушек. Он забирался в машину и ехал через весь Белфаст, заглядывая в магазины и осведомляясь, не заинтересует ли их его товар. Это был маленький, педантичный человек, всегда чисто выбритый и аккуратно постриженный. Его манера одеваться казалась мало подходящей для его рода занятий: МакАлистер был всего лишь коммивояжером, но, делая свои обходы, он выглядел как банкир, одетый в костюм-тройку.
Однажды утром – то была весна 1974 года – тишина городской окраины была нарушена появившейся там группой полицейских автомобилей и бронемашин, которые двигались по улице и вдруг резко затормозили прямо у дома в Миртлфилд Парк. Здание окружили британские военные. На самом деле солдат, одетый в камуфляж, провел здесь предыдущую ночь, скрываясь в зарослях рододендрона в саду. Он сидел в засаде так долго, что его товарищи-солдаты беспокоились, хватит ли ему еды. Они даже пытались помочь ему: проходивший мимо человек бросил в
- Сегодня День рождения мира. Воспоминания легендарного немецкого клавишника - Кристиан Флаке Лоренц - Публицистика
- Военные преступники Черчилль и Рузвельт. Анти-Нюрнберг - Александр Усовский - История
- Чисто российское преступление: Самые громкие и загадочные уголовные дела XVIII–XX веков - Ева Михайловна Меркачёва - История / Публицистика
- Русская смута XX века - Николай Стариков - История
- Офицерский корпус Добровольческой армии: Социальный состав, мировоззрение 1917-1920 гг - Роман Абинякин - История
- «Голоса снизу»: дискурсы сельской повседневности - Валерий Георгиевич Виноградский - История / Обществознание / Науки: разное
- Третья военная зима. Часть 2 - Владимир Побочный - История
- МЕЧЕТЬ ВАСИЛИЯ БЛАЖЕННОГО - Елена Чудинова - Публицистика
- Великая Смута - Юрий Федосеев - История
- Великая смута. Конец Империи - Глеб Носовский - Публицистика